ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
О чем молчат мертвые
Хочу и буду: Принять себя, полюбить жизнь и стать счастливым
Вне подозрений
Теория всего. От сингулярности до бесконечности: происхождение и судьба Вселенной
Бумажная принцесса
Продажная тварь
Разведенная жена, или Жили долго и счастливо? vol.1
#Попутчик (СИ)
Она всегда с тобой

Увидев, что он занимается любовью с другой, Дебора почувствовала укол ревности, хотя и не призналась себе в этом. Ястреб разбудил в ней женщину. Сделал то, чего не мог сделать ее муж, Мигель. При воспоминании о том, что произошло в тот вечер в амбаре, Деборе становилось не по себе.

Она понимала, что отдаться Ястребу добровольно было бы безнравственно, но не могла не думать о нем. В ушах у нее звучал его голос, севший от страсти. Он мог овладеть ею без особого труда, но пока не сделал этого. Почему? Дебора терялась в догадках.

Так было и сейчас. Ястреб долго смотрел ей в глаза, затем поднялся и жестом приказал ей одеться. А сам отошел на некоторое расстояние и повернулся к ней спиной. Он стоял неподвижно, отбросив волосы на широкие плечи. И Дебора невольно вспомнила ястреба, кружившего в небе над ними с распростертыми крыльями.

Она дрожащими пальцами расправила складки на юбке и кашлянула. Ястреб повернулся и с загадочной улыбкой сказал:

— Kima.

Это означало, что она должна последовать за ним. Дебора не знала, как долго еще сможет выдержать его атаки, и решила положиться на судьбу.

Глава 8

Прошла неделя. Время тянулось мучительно медленно. Дебора была близка к отчаянию. С того дня, когда она дала Ястребу пощечину, он больше не приближался к ней. Приходил в свой типи поесть, поговорить с сестрой, но с ней, ни разу не обмолвился ни словом.

Однако она постоянно ощущала на себе его взгляд, от которого бросало в жар, дрожали колени, и замирало сердце. Но это был не страх, а какое-то другое, неведомое ей чувство.

Когда она рассказала об этом Джудит, та пришла в ужас.

— Ты не можешь так думать всерьез, — прошептала она, когда однажды утром они мыли в реке деревянные миски.

Те, кто за ними следил, находились неподалеку, а из-за шума воды приходилось говорить громче.

Дебора покраснела.

— Я вполне серьезно. Он не такой плохой, как я думала.

— Ради Бога, Дебора! Согласна, он привлекателен, как индеец, но он жестокий дикарь! Ты забыла, что команчи силой привезли нас сюда.

— Джудит, он мог овладеть мной, но не сделал этого, потому что я попросила.

— Попросила? — Джудит округлила глаза. — И он понял тебя? Ведь эти дикари не понимают по-английски!

— Возможно, кое-что понимают. Но очень мало. Иначе говорили бы с нами на английском. Для собственного удобства. — Дебора криво усмехнулась. — Даже Подсолнух расстраивается.

— Тебе, я вижу, очень нравится эта девочка, — укоризненно произнесла Джудит.

— Да, нравится. Она милая, жизнерадостная, веселая. Будь она бледнолицей…

— Но она — не бледнолицая, — раздраженно возразила Джудит.

— Нет, не бледнолицая, — вздохнула Дебора.

— Надеюсь, ты не настолько очарована этими дикарями, что раздумала отсюда бежать, — помолчав, сказала Джудит.

— Нет, не настолько. Кстати, у меня есть план.

— Рассказывай! — нетерпеливо сказала Джудит.

Дебора огляделась. Женщины стирали и болтали.

Подсолнух сидела на камне, вымачивая тростник, чтобы стал более гибким. Казалось, девочка полностью поглощена своим занятием.

— Лошадей держат на лугу сразу за лагерем. Я видела, когда ходила за ягодами. Ты знаешь это место?

Джудит кивнула:

— Да, я тоже их видела, когда ходила за хворостом. Она плеснула водой на расцарапанные руки.

— Еще я заметила, что многие мужчины держат лошадей стреноженными рядом со своими жилищами.

— Думаю, только любимых лошадей.

Дебора помолчала. Это было так. Даже у Ястреба была любимая лошадь — огромный серый жеребец с черными гривой и хвостом и с мускулистой грудью. Она видела, как он чистил его щеткой, говорил с ним, кормил прямо с рук.

— Но только ночью. Другие свободно пасутся.

— Да, я видела. Их очень много.

— И наверняка заметила, что они бегают свободно, на них есть только ремень, за который их ловят. Поймать бы двух лошадей и ускакать отсюда.

— Но как это сделать? С нас глаз не спускают. Твой обожатель следит за каждым твоим шагом, а в его отсутствие это делает девочка.

— Мы должны быть готовы в любой момент, как только представится возможность.

Дебора заметила, что Подсолнух передвинулась поближе к ним.

Она отошла от кузины и сделала вид, будто поглощена своим занятием. Мгновение спустя Дебора зашептала так, чтобы ее могла услышать Джудит.

— Собери как можно больше вещей для дальней дороги. Спрячь их. Будь готова. Я тоже сделаю, что смогу. Думаю, нам не придется долго ждать.

Джудит откинула упавшие на глаза волосы и взглянула на Дебору:

— Я буду готова. А теперь нам лучше разойтись. Женщины медленно направились к деревне, неся в корзинах выстиранное белье. Джудит шла впереди, согнувшись под тяжелой поклажей. Дебора ничем не могла ей помочь. Знала бы она язык команчей, упросила бы Ястреба купить кузину. Жизнь не щадила Джудит, она вся была в синяках.

Вдруг Дебора услышала громкий крик, подняла глаза и увидела, что на кузину налетел какой-то высокий индеец. Джудит пыталась сопротивляться, но команчи схватил ее за волосы. Наблюдавшие за этой сценой, громко смеялись. Дебора устремилась вперед, но Подсолнух схватила ее за руку и помотала головой.

— Я должна ей помочь! — огрызнулась Дебора, оттолкнув руку девочки.

Но тут дорогу ей преградила полная женщина, глаза ее угрожающе блестели.

— Пропустите, — спокойно произнесла Дебора. Женщина не пошевельнулась.

Подсолнух ей что-то сказала. Когда Деборе снова удалось посмотреть в сторону Джудит, кузина пропала. Мужчины, который напал на нее, и след простыл.

Мгновение спустя женщина-команчи ушла, а Подсолнух дернула Дебору за рукав. Она знаками пыталась успокоить ее, но не смогла. Дебора чувствовала себя совершенно беспомощной.

Она могла лишь молиться за Джудит.

Когда они вернулись в деревню, Подсолнух принесла из типи большой рулон хлопчатобумажной ткани, встала на колени и положила его Деборе на руки. Она избегала взгляда Деборы, когда объясняла, что от нее требуется. Дебора поняла, что должна сшить платье. Ткань была мягкой, Дебора продела нитку в длинную иглу и взялась за дело. Стежки были маленькими, швы аккуратными. Шить ее научили в детстве, но ей и во сне не могло присниться, что она будет этим заниматься в деревне команчей.

Почти всю неделю Дебора провела за шитьем, хотя Подсолнух время от времени выносила игру, в которую играли с помощью палок и одеяла. Дебора поняла, в чем смысл игры. Надо успеть первым дотронуться до шила — инструмента, использовавшегося для того, чтобы колоть то место, где прячется жирный зверь, а прятался он повсюду вокруг одеяла. Места были размечены, а палочки кидали, чтобы установить количество полученных очков. Деборе понадобилось почти три дня, чтобы освоить правила. Она пребывала в мрачном настроении, что очень веселило остальных игроков. Но тяжелее всего Деборе было ночью. Она часто чувствовала на себе взгляд Ястреба. Он не избегал ее, но и не искал с ней встреч. И все же она знала, что он не оставил ее в покое. Он просто ждал.

В тот вечер Дебора с Подсолнухом сидели возле типи Ястреба. Дебора заметила, что в центре деревни собираются мужчины. Там что-то происходило. Мужчины были возбуждены, громко смеялись, болтали.

Ястреб стоял немного в стороне, лицо его оставалось непроницаемым и неподвижным, словно вырезанным из камня. В свете костра оно казалось Деборе особенно красивым. Неужели она потеряла голову, как говорит Джудит. Но как она могла полюбить команчи? Ведь он насильно увез ее из родного дома, сделал пленницей, обреченной на мучения, он — враг. Однако Дебора так не думала, хотя понимала, что он никогда не войдет в ее мир, а его мир останется для нее чужим.

Желание бежать усиливалось с каждым днем. Надо успеть, пока Ястреб не овладел ею. Его пылавший огнем взгляд говорил о том, что этот день уже близок, что он больше не будет ждать.

Возбуждение в деревне росло. Команчи потрясали оружием, лошади гарцевали, вздымая облака пыли. Дебора уловила несколько уже понятных ей слов.

12
{"b":"4640","o":1}