ЛитМир - Электронная Библиотека

Наступило молчание. Даймонд уставился на Кинга.

— Ты — единственный, кого я слышу, — прохрипел он и перевел взгляд на трех мужчин, стоявших за Лонни. Он застонал от боли и вдруг расхохотался: — Насколько я понимаю, это ответ.

— Вот и прислушайтесь к нему, — мягко проговорил Кинг. Он подошел к Деборе, помог ей встать, не отрывая взгляда от Зака и его смертоносного пистолета.

— Как вы, мэм?

— Все хорошо.

Она прерывисто дышала. Зак не пошевелился и не произнес ни слова с того момента, как выстрелил в Декстера. Однако вид его не предвещал ничего хорошего, и мужчины притихли, опасаясь спровоцировать Зака.

Дебора направилась к Заку, но тут услышала, как кто-то тихо вскрикнул, остановилась и оглянулась. К ним бежала Джудит, длинные золотые волосы развевались на ветру. Всхлипывая, она опустилась на землю рядом с Декстером.

— О, милый, любимый, ты ранен! Господи, я не перенесу, если ты умрешь…

— Тихо, дорогуша, — пробормотал Даймонд, морщась от боли. — Я пока еще жив. — Он с яростью посмотрел на своих стрелков. — Благодарить мне некого.

Джудит положила, его голову к себе на колени и тихонько всхлипывала. Она покачивалась взад и вперед, шепча ему нежные слова.

Дебора подошла и встала рядом с Заком, ощущая его напряжение — он все еще наблюдал за людьми, окружившими Даймонда.

— По-моему, мы можем идти, — тихо произнесла она. Он обнял ее за талию и привлек к себе, не опуская пистолета.

— Идите, Баннинг, — проговорил Лонни Кинг. — Выбирайтесь отсюда, пока не поздно.

Зак кивнул и сделал несколько шагов назад, увлекая Дебору за собой.

Дебора оглянулась на Джудит.

— Пойдешь с нами? — мягко спросила она.

Кузина подняла голову. Ее лицо было залито слезами, но на губах играла улыбка. Ее голубые глаза блеснули. Она покачала головой:

— Нет. Я останусь с Декстером.

Другого ответа Дебора и не ожидала.

— Будь счастлива, — прошептала она.

Больше она ничего не успела сказать. Зак увлекал ее за собой. Наконец они добрались до следующей гряды, где он оставил лошадь.

Он подсадил ее, сам сел позади и потянулся за поводьями.

Развернул лошадь, пришпорил ее, и Дебора услышала стук копыт об утоптанную землю. Она прислонилась к широкой груди Зака и закрыла глаза. Дебора была в полном изнеможении и уснула с мыслью о том, что наконец-то они с Заком соединились, а это для нее главное в жизни.

— Notsa?ka, — прошептал Зак, тихонько снимая Дебору с лошади.

Он осторожно потряс ее, чтобы разбудить.

— Нас тут никто не найдет. Тебе нужно немного отдохнуть.

Она медленно открыла глаза, и на ее губах появилась легкая улыбка, когда она снова прижалась к нему.

— Что это значит?

— Ты о чем?

— Notsa?ka.

Он усмехнулся и провел пальцем по ее щеке и губам.

— Это значит любимая, — проговорил он. Она широко распахнула глаза:

— Правда?

— Да, ты моя любимая и единственная. — Он крепко обнял ее.

— Где мы? — помолчав, спросила она.

— В горах Узко.

— Куда едем?

— В Пресидио.

Она озадаченно взглянула на него:

— А там что?

— Моя мать.

— Твоя мать. — Она помолчала. — Ты собирался рассказать мне о ней.

— Да, конечно, но сначала нужно разложить костер и поесть, а потом я тебе все расскажу.

Дебора сидела на камне, грея у костра руки. Он быстро нашел убежище среди кустарника и камней, разложил на земле одеяла и накидки.

— Ты все предусмотрел, — заметила она.

Он взглянул на нее, от костра его бронзовое лицо светилось.

Улыбка тронула уголки его губ.

— Ты всегда готов к неожиданностям? Он улыбнулся, его зубы сверкнули.

— Я не был готов, к встрече с тобой.

— Что, уже жалеешь?

Дебора затаила дыхание. Он смотрел на нее так же пристально, как и в тот раз, когда впервые увидел, и она ощутила знакомый трепет.

— Нет, — тихо сказал он, — не жалею.

Он легко встал на ноги, подошел к ней и привлек к себе.

— Я хочу тебе кое-что сказать.

Дебора насторожилась.

— Я не убил Декстера, потому, что он — отец твоего ребенка. — Она хотела возразить, но он перебил ее: — Дай мне договорить. Твой ребенок никогда не узнает ненависти. Я буду любить его, как родного. Заменю ему отца.

Слезы обожгли ей глаза. От волнения она не могла вымолвить ни слова и спрятала лицо у него на плече. Когда же к ней вернулся дар речи, сказала:

— Зак, любовь моя, это твой ребенок. Наш ребенок. Когда придет весна, ты сможешь взять на руки дитя нашей любви. У нас будет семья.

Он долго молчал. Лицо его оставалось бесстрастным. Только взгляд потеплел.

У него не было слов, чтобы выразить охватившие его чувства, он медленно опустился на колени, увлекая за собой Дебору.

— Ты в этом уверена? — наконец спросил он без тени упрека.

Дебора кивнула.

— Декстер ко мне ни разу не прикоснулся. Сначала пытался, а потом испытывал ко мне только ненависть.

Зак нежно толкнул ее на одеяла, упав вместе с ней. Ее тело горело от его прикосновений.

Их озаряла луна. Зак медленно раздел ее, немного помедлил, положив ей на живот теплую ладонь.

— Я люблю тебя, — произнес он. Дебора стянула с него рубашку.

— Я люблю тебя, Зак, — прошептала она. — Ястреб, мой красивый гордый возлюбленный. Когда я была одна, потерянная и оскорбленная, ко мне прилетала эта прекрасная птица. Я знала, что это — ты. Она вернула меня к жизни, когда я уже совсем отчаялась.

— До чего же ты хороша! — прошептал он, лаская ее грудь, ее затвердевшие соски.

— Мы — единое целое, Дебора. Ты владеешь моим сердцем, а я — твоим. И так будет всегда.

— Всегда, — прошептала она.

Они долго и неистово ласкали друг друга. Вдруг Дебора рассмеялась:

— Наш ребенок напоминает, что нас сейчас трое.

Зак положил ладонь ей на живот и ощутил сильные толчки. Он закрыл глаза, лицо его приняло сосредоточенное выражение. Потом губы его тронула едва заметная улыбка.

— Надеюсь, он не возражает, что я немного побуду с его матерью.

Дебора затаила дыхание. И когда он вошел в нее, издала стон.

Объятая огнем желания, Дебора прошептала:

— Пожалуйста, Зак, пожалуйста, люби меня…

Волна облегчения захлестнула ее и унесла так высоко, что ей показалось, будто она коснулась луны. Глаза Зака горели от страсти, но ей казалось, что это огни фейерверка. Зак застонал, она услышала его прерывистое дыхание.

— Usъni, — прошептал он, когда взорвался внутри у нее.

— Usъni.

Навсегда. Да, навсегда.

Эпилог

Пекос, Техас, 1873 год

— Я получила письмо от Джудит.

Дебора протянула Заку листок. Он взглянул на аккуратный почерк и вернул письмо.

— Кажется, она счастлива с тех пор, как они поженились.

— Да.

Дебора сложила листок, засунула его обратно в конверт, улыбнулась и посмотрела на мужа, державшего на руках ребенка.

— Как хорошо, что мы успели с разводом. Они с Декстером ждут ребенка следующей весной.

Улыбка тронула его губы.

— Бедный ребенок, — пробормотал Зак.

Дебора закрыла ему рот рукой.

— Это нечестно. Джудит хотела, чтобы ее кто-то любил, а Декстер…

Она замолчала, он поднял брови и лукаво усмехнулся:

— Ты собиралась сказать что-то хорошее о несчастном Декстере? Я жду.

Он не смог удержаться от смеха под ее укоризненным взглядом.

— Милая, ты же знаешь, что он скуп и амбициозен. Но твоя кузина, видимо, знает, во что ввязалась.

— Разумеется. Но она любит его, и это главное, — со вздохом ответила Дебора.

Зак с болью, вспомнил годы, проведенные без любви. Слава Богу, эти воспоминания постепенно стирались из памяти. У него была Дебора, у него был сын, вечно норовивший обмочить то пеленки, то колени отца. В этот момент дверь открылась, и послышался голос Эмили Баннинг-Майлз.

— Закари, дорогой, нечего морщиться. С детьми, такое случается. — Женщина поднялась на крыльцо. Ее голубые глаза сияли, как и глаза сына.

57
{"b":"4640","o":1}