1
2
3
...
13
14
15
...
76

Озадаченная этими словами, Иден покачала головой:

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду…

— Извини за резкость, но я вынужден сказать тебе прямо: если я покажусь там, где меня узнают представители власти, мне тут же всадят пулю в лоб. Теперь поняла?

По спине Иден пробежал холодок.

— Да, теперь поняла… — пробормотала она. Стив коротко кивнул:

— Прекрасно. Теперь, когда мы поняли друг друга, можно наконец подумать о том, как лучше переправить тебя в город.

Иден смотрела на него во все глаза. Было ясно, что дальше объяснять он не собирается. Ужасно хотелось засыпать его вопросами, однако вряд ли ей понравились бы ответы.

Возможно, ему не следовало это делать. Вообще-то Стив и сам не знал, почему так поступил. Может, потому, что между ним и этой женщиной начали зарождаться чересчур уж теплые отношения? Да, наверное, именно в этом все дело. Ему было слишком просто общаться с ней, смеяться, смотреть на нее и восхищаться ею.

Иден Миллер — очень неглупая, смелая и красивая. Именно такие женщины и привлекали его. И это главная проблема. Ему не нравилось, что его влекло к ней. Впрочем, физическое влечение он считал вполне естественным, ведь оно ни к чему не обязывало. Доставив друг другу удовольствие, они могли спокойно расстаться и больше ни о чем не вспоминать. Однако его привлекало в ней не только тело, и это очень тревожило.

Стив с силой рубанул своим мачете по низко свисающей лиане, и острое лезвие безжалостно перерубило тонкий стебель. Да, он не хотел надолго связываться с женщиной. Не хотел, чтобы кто-либо стал для него важным и нужным. Если он впустит кого-нибудь в свою жизнь, то наверняка лишит себя возможности жить счастливо, в этом он нисколько не сомневался.

Когда куча нарубленных веток и листьев под ногами показалась Стиву достаточно большой, он подхватил ее и понес к костру, возле которого, поджав колени к подбородку, сидела Иден. Она обхватила согнутые ноги руками, как бы стараясь защититься от него, и Стив нисколько не осуждал ее за это. Он сделал все, что мог, чтобы до смерти напугать ее. Возможно, в эту минуту она размышляла о том, кто более опасен — хищники, блуждающие сейчас по джунглям, или то чудовище, с которым она только что поужинала.

Иден украдкой бросила на него взгляд из-под опущенных ресниц, и Стив, заметив этот взгляд, еще больше укрепился в своих догадках.

Что ж, теперь он должен радоваться. Ему удалось разрушить ту дружбу, что начала зарождаться между ними.

Он бросил ветки и листья неподалеку от костра:

— Вот. На этом спать гораздо приятнее, чем на голой земле. Расстели на своей половине полотенце, так будет помягче. А вторым полотенцем можешь прикрыться, чтобы насекомые не особо докучали.

Она бросила на него еще один взгляд.

— Но у нас всего два полотенца. Чем же будешь пользоваться ты?

— Мне ничего не нужно. — Он пожал плечами. — Я подкину в костер побольше серых веток, и едкий дым отгонит от нас проклятых кровососов. К тому же я к ним привык.

Поднимаясь на ноги, она пробормотала:

— Не понимаю, как к этому можно привыкнуть. Не уверена, что я даже за сто лет смогла бы привыкнуть к такому множеству насекомых.

— Привыкнуть можно абсолютно ко всему. Бог свидетель, мне частенько приходилось подставлять себя этим маленьким хищникам.

На это Иден ничего не ответила. Наклонившись, она принялась раскидывать ветки и листья, чтобы они хоть немного походили на постель. Хотя она и перевязала разорванную почти до самой талии штанину веревочкой па уровне колена, это почти не помогло спрятать ногу, и Стив позволил себе полюбоваться и даже пофантазировать немного, прежде чем отвел взгляд. Не было смысла самому навлекать на себя неприятности. Этой ночью ему и так придется несладко. Следовало держаться от нее подальше.

Постелив одно полотенце на импровизированную постель, Иден, удовлетворенно улыбаясь, выпрямилась.

— Готово. На вид — очень уютно. Прямо как мягкая постель в родном доме.

— Как подумаю о твоей прежней жизни, меня в дрожь бросает, — пробормотал Стивен.

Несколькими быстрыми движениями Стив разровнял свое собственное ложе у самого костра, постаравшись при этом устроиться как можно дальше от Иден. Он слышал, как она перемещается, устраиваясь поудобнее. Ветки и листья шуршали, когда она укладывалась на них. Теперь их разделял костер, и Стиву было гораздо спокойнее смотреть на языки пламени, чем на женщину.

«Чертовски правильно!» — промелькнуло у него, когда Иден начала стаскивать тяжелые башмаки. Она закинула одну ногу на другую, чтобы развязать шнурок, и Стив отчетливо увидел ее обнаженную ногу, выглядывающую из разорванной штанины. Он снова отвел глаза и принялся изучать возвышающуюся за ним каменную громаду. Это был, без сомнения, храм. Даже толстый слой оплетающих камни лиан не мог скрыть от глаз безошибочно угадывающийся ряд узких ступеней, ведущих на самую вершину. В джунглях ему довелось повидать немало таких сооружений. Древние каменные строения, украшенные тонкой резьбой и зачастую — также золотом и нефритами. Однако Иден об этом говорить не стоит. Да, не стоит, иначе она будет донимать его просьбами показать, где находятся храмы, а Стиву очень не хотелось, чтобы сотни любопытных и алчных американцев заявились на Юкатан. Ведь в этом случае кто-нибудь из них вполне мог бы его узнать.

Стив перевернулся на спину и принялся разглядывать темное небо, проглядывавшее сквозь дыры в крыше из листьев и веток. Луна стояла высоко над горизонтом, нежно серебря ночную природу. Где-то вдалеке в испуге вскрикнула ганагра, и к ней тут же присоединился хор квакающих, словно лягушки, туканов. Несколько обезьян тоже решили подать голос — они сонно загомонили, будто протестуя против того, что им не дают поспать. Шумных соседей даже в джунглях не очень-то любят.

Тихонько шелестя, высоко над головой мерно покачивались листья. Воздух наполнялся едким густым дымом костра. К сожалению, от насекомых этот дым не очень-то помогал, потому что Стив расположился с наветренной стороны и дым шел в основном к Иден. Но он сам выбрал это место. Ведь из них двоих именно он привык к укусам назойливых москитов. К тому же Стиву не хотелось слушать жалобы Иден по поводу зудящей кожи.

— Стив… — внезапно послышался ее голос.

Стивен насторожился:

— Да, слушаю.

— Спокойной ночи.

Он закрыл глаза.

— Спокойной ночи.

Боже милостивый! Всего двумя словами она могла пробить брешь в выстраиваемой им стене отчуждения. Простым «спокойной ночи», произнесенным тихо и нежно. И вся его решимость рухнула, как известняковая стена. Как же он слаб!

Ну почему он все еще помнит, как она выглядела тогда, когда сидела на камне? Молочно-белая кожа, почти перламутровая, гладкая, влажная от воды. И водопад ангельски светлых вьющихся волос…

Боттичелли. Вот имя того художника. Это он написал «Рождение Венеры». Уж итальянцы-то знают, как оживить женственную форму всего несколькими мазками краски на холсте.

Но настоящая, живая женщина лежала всего в нескольких футах от него, их разделяла лишь груда тлеющих веток. Разочарование, казалось, съедало Стива заживо. Что об этом говорил его отец?

«Берегись своих желаний, потому что однажды они могут исполниться». Вот в чем все дело. Он все еще не усвоил этот урок. Он все еще горел желаниями.

Сейчас ему нужно думать не о ее обнаженном теле, а о том, как с наименьшими потерями оторвать Иден от ее новой находки и притащить наконец обратно в лагерь. Когда она смотрела на каменные барельефы, он безошибочно распознал, что означал блеск в ее глазах. Он означал неприятности. А именно этого Стиву очень хотелось избежать.

Действительно, что ему нужно сейчас больше всего? Нужно избавиться от Иден при первой же возможности. О том, чтобы идти в Мериду, не могло быть и речи. И о Тулуме придется забыть — там обитают крусообы, а они крайне враждебны по отношению к белым. Если бы ему удалось отправить ее на юг, к Амбергрис-Кей, там ей на помощь пришел бы Джеймс Блейк. Он знает Стива и не станет предавать его. Беда в том лишь, что Амбергрис-Кей находится чертовски далеко… Чем дальше Стив будет уходить от своего убежища в сельве, тем больше он рискует вовсе не вернуться туда.

14
{"b":"4642","o":1}