ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Фирма
О лебединых крыльях, котах и чудесах
Самоисцеление. Измените историю своего здоровья при помощи подсознания
Пообещай
Бумажная магия
Что такое лагом. Шведские рецепты счастливой жизни
Последние гигаганты. Полная история Guns N’ Roses
Земля лишних. Горизонт событий
Уроки обольщения

– Это уж точно, – с иронией произнес он. После паузы снова заговорил: – Ты бы сняла ее. Что в ней, что без нее. Разницы нет.

Ханна метнула в него гневный взгляд:

– Спасибо за совет!

Крид вздохнул и предложил ей надеть его запасные брюки.

– Они у меня не лишние, но так уж и быть, отдам их тебе. По крайней мере приличнее, чем эта, с позволения сказать, юбка.

Ханна замерла и ответила ледяным тоном:

– Я не виновата!

– Неужели это я заставил тебя бегать ночью по лесу? Последний идиот не сделал бы такого!

– На что это вы намекаете?

– Так, ни на что, – произнес он невинным тоном и с лукавым видом опустил глаза.

Ханна с трудом сдержалась, чтобы не выплеснуть содержимое котелка прямо ему на голову.

– Я вовсе не собираюсь выслушивать все ваши оскорбления… – начала было она, но Крид дернул ее за юбку, и девушка упала на одеяло рядом с ним.

– А я и не собираюсь ссориться с тобой, Ханна. Я только хотел сказать кое-что насчет прошлой ночи…

– Нет! – Ханна отпрянула от него и опрокинула котелок прямо на одеяло. Крид схватил се за руку, чтобы не сбежала, и лицо его посуровело. – Я не желаю обсуждать прошлую ночь, – заявила Ханна. – Скорей бы ее забыть…

– Так ты и в самом деле убегаешь от реальности, крошка? – догадался наконец Крид, не выпуская ее руки.

Он смерил ее презрительным взглядом, потом привлек к себе. Она задрожала. Крид понимающе улыбнулся и обнял ее гораздо нежнее.

– Что касается прошлой ночи, Ханна: не думай, что все изменилось.

– Ах, ну конечно, – бодро сказала она, борясь с разочарованием, хлынувшим в ее душу после его слов. – Я и не ждала ничего такого. Ведь это всего лишь эпизод в твоей жизни. Я понимаю: не будет ни роз, ни вина, ни уж тем более венчального пения…

– Ханна, – раздраженно прервал се Крид.

– Да не волнуйтесь вы так, мистер Брэттон! – воскликнула Ханна, и ее словно прорвало: – Я хорошо все знаю. Вы не поступите благородно, и уж тем более не станете отвечать за свои поступки. Вы этого боитесь как черт ладана…

– Ханна! – вскричал он. – Я вовсе не это имел в виду. Я думал… проклятие! Да лучше бы я ослеп, чем обидел тебя!

– Ну конечно! И ваш намек на прошлую ночь тоже не оскорбление?

– Да я не то хотел сказать, – примирительно произнес он. – И ты это знаешь.

– Да уж, знаю, конечно. Я всего лишь кроткая овечка, зараженная особого рода лихорадкой, не так ли? И теперь ты хочешь сказать, что жизнь продолжается, верно?

– Нет, не верно! Просто я не хочу обещать тебе спокойную семейную жизнь, сараи с домашними животными за свежевыкрашенным забором. Вот и все.

– О, хватит с меня! Будьте хотя бы чуточку снисходительны к моим чувствам, мистер Брэттон! Скажите на милость, неужели я выгляжу такой простушкой, такой дешевкой? Нет, мне не нужны такие простые вещи. Мне нужны жемчуга, бриллиантовые диадемы, сокровища, золото… Неужели непонятно, насколько я прагматичная особа, мистер Брэттон? – Она сорвалась на крик. По лицу катились слезы. Плечи вздрагивали. – Ты мне ясно дал понять, что не собираешься менять образ жизни. Но я и не надеялась на это. Просто я проиграла… Я проиграла, проиграл мой отец… Господь…

– О, ради Бога, перестань! – раздраженно прервал ее Крид. – Ты ничего не проиграла, Ханна! Вину за случившееся я полностью беру на себя. Только не вини себя во всех смертных грехах! Ради самого Господа! Ведь это в природе человека… Он должен хотеть…

– Не тебе судить о том, что грешно, а что нет, – печально промолвила она. – Как ты можешь с такой легкость относиться к тому, что между нами произошло? Или ты бродишь по лесам, соблазняешь девственниц, а потом бросаешь их на произвол судьбы и счастливый едешь дальше?

– Соблазняю? Можно подумать, что я самый коварный мужчина на свете, – сказал он, бросив на нее лукавый взгляд.

– Прости. Тебя, конечно, не волнует ничто земное и грешное, ты же у нас безгрешный. Крид гневно сжал губы:

– Послушай, я только хотел сказать, что между нами ничего не изменилось. Я не прикоснусь к тебе до тех пор, пока ты сама не попросишь меня об этом.

– Благодарю, это так благородно, так деликатно с твоей стороны. Но где же было твое благородство в прошлую ночь? – с горечью спросила Ханна.

Крид не ответил. Лишь укоризненно посмотрел на нее. И Ханне стало стыдно. Ведь она сама виновата в случившемся. А обвиняет Крида. Это несправедливо. Опять только черный и белый цвет. И полное отсутствие серого. Впервые она поняла, как в древности люди мучились сознанием собственных грехов и надевали власяницы, чтобы помнить об этом каждый миг. Это было не только искупление грехов, это было справедливо. Даже если окружающие и не знали твоих грехов, их нельзя было скрыть от Бога.

Крид Брэттон тоже носил с собой своего рода власяницу – шерстяную рубашку, но раскаяние было ему чуждо.

Ханна хотела все ему объяснить, сказать, что не права, но он вдруг вскочил на ноги и ушел.

Ханна посмотрела наДжессику. Девочка сидела на одеяле, озабоченно глядя на нее.

– Почему вы ссорились? – спросила девочка с присущей ей прямотой.

Немного подумав, Ханна ответила:

– Мы с мистером Брэттоном не сходимся в одном вопросе, Джессика. Ничего особенного. Я случайно пролила кофе. Давай приберемся, а потом разбудим остальных.

Через два дня Ребекка полностью выздоровела. За это время между Кридом и Ханной произошла не одна стычка. Она не хотела принимать его подарок – запасные брюки. Ей было стыдно. Пришлось также надеть мокасины, потому что один ботинок потерялся в ту злополучную ночь.

– Я выгляжу убого, – пробормотала она, на что Крид заметил, что она похожа на деревенского парнишку, довольно смазливого к тому же.

Обиженная, Ханна молчала весь остаток дня, явно игнорируя Крида. В ту ночь он вряд ли думал о ней как о парнишке. Пусть и смазливом. Тогда он восхищался ее женственностью!

Крид наблюдал за ней с легкой улыбкой: Ханне очень шли брюки, обтягивающие ее изящную фигурку. Стройные ножки выглядели еще соблазнительнее. Не хватало лишь фетровой шляпы и ремня с пистолетами, как у заправского бандита. По выражению лица девушки Крид догадался, что она чувствует свою вину, и подумал, как хорошо, что он умеет загонять совесть в тайники души.

Время тянулось слишком медленно, и к вечеру второго дня Крид как бы мимоходом сообщил Ханне, что утром собирается тронуться в путь.

– С вами или без вас, – добавил он. Девушка кивнула:

– Мы будем готовы, мистер Брэттон.

Крид удивился. Он ждал возражений или упреков. Но Ханна лишь устремила на него взгляд своих огромных голубых глаз, и он пожал плечами.

– Трогаемся с первыми лучами, – предупредил он. Девушка снова кивнула:

– Я же сказала, что будем готовы. Есть еще распоряжения?

– Да. Будь со мной поласковей.

Он повернулся и пошел прочь. Ханна в бешеной ярости смотрела ему вслед. С каким удовольствием она пристрелила бы этого наглеца или же запустила в него чем-нибудь тяжелым, чтобы размозжить ему голову! Возможно, со временем она научится жить с болью, которая терзала ее и днем и ночью.

Ближе к вечеру следующего дня, когда небо потемнело и тени деревьев увеличились, появился Кер-д'Ален. Деревянные хижины и прочие строения приютились на берегу озера с тем же названием.

– А мне он запомнился огромным поселением, – сказала Ханна с некоторым разочарованием. – Не могу понять почему…

– Он, пожалуй, не больше нашего Джубили, мисс Ханна, – поддакнул Эрик Рапсом.

– Да, Эрик, ты прав. – Ханна глазам своим не верила, глядя на открывшуюся ей картину.

Крид Брэттон остановил коня рядом с ней:

– Вы думаете, что быстрее дойдете, если будете беспрерывно болтать, мисс Магуайр? Я был бы вам очень признателен, если бы мы добрались до Кер-д'Алена, пока не наступила ночь.

Словно не замечая сарказма в его тоне, Ханна вежливо ответила:

– Конечно, мистер Брэттон! Но вы можете нас оставить, если очень торопитесь. Поселок виден как на ладони, и мы спокойно до него доберемся.

29
{"b":"4644","o":1}