ЛитМир - Электронная Библиотека

Усталые и окровавленные саксы узнали Роджера Монтроза, который прежде уже бывал в Челтенхеме, и неохотно смирились с его словами, ибо было бы глупо возражать приверженцу короля, к тому же они еще в какой-то степени хранили верность Вильгельму. После того как нескольких упрямых саксов увели, нормандские солдаты отправились осматривать замок. Когда они вошли в главную башню, оттуда раздались крики женщин и детей.

– Оно не велико, – оглядев свое новое владение, недовольно заметил граф Девлин, обращаясь к Роджеру, своему другу и верному подданному, – но Вильгельм, видимо, считает, что я буду доволен.

Монтроз лишь кивнул, окинув взглядом внутренний двор замка, хранивший следы битвы, и подошел ближе к графу, собираясь указать ему на обширные поля, раскинувшиеся за стенами замка, но в это мгновение воздух разрезал пронзительный возмущенный крик, привлекший внимание обоих мужчин. Обернувшись, они увидели, что тяжело дышащий солдат тащит через разрушенные главные ворота отбивающуюся и сердито кричащую девушку, а его приятели, забавляясь, наблюдают за ним. Девушка колотила и царапала своего похитителя, оставляя на его незащищенном лице длинные кровавые полосы. Извиваясь, она старалась освободиться от его хватки, и во время борьбы ей удалось вытащить из ножен его меч, но здоровенный солдат занес руку в тяжелой перчатке и нанес девушке удар, от которого она рухнула на землю у его ног.

– Ну и ну! – рассмеялся один из его товарищей. – Не можешь справиться с девушкой, Хью? Она лишила тебя мужества?

Раздосадованный их насмешками и колкостями, солдат, схватив девушку за волосы, поставил ее на ноги. Шелковые медные локоны привлекли внимание Девлина, и он окинул девушку оценивающим взглядом. «Даже с грязными полосами на лице и синяками чертовка очень хороша», – с уважительной улыбкой подумал он. Пышная грудь того и гляди могла вывалиться из разорванного ворота платья, а сквозь дыры в юбках видны были длинные стройные ноги. Но, подойдя ближе и услышав говор девушки, Девлин в изумлении замер. Его солдат держал не просто грубую рабыню, а образованную леди из замка.

– Стой! – приказал он звенящим голосом, и солдат от испуга отпустил девушку. – Как ваше имя? – обратился Девлин к девушке.

Оправив одежду и дрожащей рукой стянув разорванный ворот, она откинула назад спутанные волосы и презрительно посмотрела на него темно-фиалковыми глазами. Это была совсем не та реакция, которой ожидал граф. Пожалуй, он ожидал страха, возможно, даже благодарности, но никак не этого откровенного, вызывающего презрения.

– Нормандский пес, – громко, отчетливо произнесла она спокойным, холодным тоном и, наклонившись вперед, плюнула ему под ноги.

Те, кто стоял рядом и слышал слова девушки, затаили дыхание, поражаясь ее дерзости, а у Роджера удивленно поползли вверх брови, он узнал девушку – это была единственная дочь Уолтера – и, смущенно поежившись, бросил взгляд на Девлина. На краткий миг взгляд темных глаз Девлина встретился со взглядом девушки, а затем граф, схватив ее за волосы, рывком притянул к себе, так что ее лицо оказалось в дюйме от его лица.

– Хотите лишиться жизни в таком юном возрасте? – тихо спросил он. – Если пожелаете, это можно устроить. А сейчас назовите ваше имя.

– Я Кэтрин Челтенхем, дочь Уолтера, – сглотнув, громко ответила девушка, с ненавистью глядя на завоевателя прищуренными глазами. – Я требую, чтобы вы немедленно покинули мои владения!

Кое-кто из солдат смущенно закашлял, но лицо Девлина осталось бесстрастным, хотя он и не ожидал, что встретится с семьей Уолтера. Видя, как холодно смотрит на нее высокий рыцарь, Кэт почувствовала, что ее охватывает паника. Ей пришлось собрать все свое мужество, чтобы у нее не задрожали губы и не подкосились ноги, когда она дерзко глянула в лицо норманна.

– Моя мать! – неожиданно воскликнула Кэт. – Где она? Что с ней? Ваши бравые солдаты добрались и до хозяйки замка?

Нахмурившись, Девлин в раздражении сжал губы. Эта девушка вела себя так, словно была победительницей, а не побежденной.

– Я не трогаю невинных женщин, красавица, – коротко отрезал он.

– О, как вы благородны! – Кэтрин покраснела. – Вы просто нападаете на незащищенные замки, верные королю Вильгельму, а не на невинных женщин! Объясните мне, сэр Рыцарь, почему вы пришли грабить земли человека, присягнувшего Вильгельму?

От усмешки этого высокого рыцаря у Кэт перехватило дыхание, а его последующие слова и многозначительная улыбка до смерти напугали ее.

– Присягнувшего Вильгельму? Да, красавица, но не сдержавшего клятву! Уолтер Челтенхем – подлый изменник и верен только самому себе!

– Лжец! – бросила Кэт. Неверие превратилось в злость, и, широко размахнувшись, она ударила ладонью по гладко выбритой щеке норманна. – Нормандская свинья! – Девушка отвела назад другую руку, собираясь еще раз проделать то же самое, но от железной хватки, остановившей ее движение, ей на глаза навернулись слезы, и она едва не задохнулась от боли.

Но болезненная хватка была ничем по сравнению с пронзившим ее убийственным взглядом темных глаз. «Норманн не простит, что я набросилась на него перед лицом его подданных», – подумала Кэт. Она испугалась, что поплатится жизнью за свои слова, и, решив, что ее дурной характер дорого обойдется ей, закрыла глаза, ожидая удара. Однако удара не последовало, и Кэт осмелилась взглянуть на человека, крепко сжимавшего ее запястье, – он мрачно смотрел на нее, на его худой щеке подергивалась мышца, а губы были сердито сжаты.

– Вы слишком много себе позволяете, – наконец сказал он. – Думаю, вы заслуживаете менее вежливого обращения.

Заломив Кэт одну руку за спину, он поставил ее перед собой и подтолкнул к главному зданию замка. Она сдержала стон, не желая выдавать свою боль, и двинулась вперед. При виде разгрома, учиненного в зале, Кэт широко раскрыла глаза. Столы были перевернуты, на полу, устланном соломой, лежали тела, и вытекшее из винных бурдюков красное вино смешалось с темно-красной кровью убитых. Кэт не смогла сдержать рыдания, когда узнала кое-кого из погибших.

– Вы оплакиваете себя или мертвых? – усмехнулся рыцарь, неумолимо подталкивая ее к широкой каменной лестнице, ведущей наверх в апартаменты хозяев. – Вы так же преданы своим людям, как ваш отец Вильгельму? – Он хрипло засмеялся, услышав ее приглушенный возмущенный возглас.

Кэт поняла, что захватчик направляется в сторону спален, и ей не составило труда догадаться, какая судьба ее ожидает. Кэт решила, что долго не выдержит натиска такого высокого и мускулистого рыцаря, и ее хрупкое тело содрогнулось. Остановившись перед полуоткрытой дверью, норманн ударом ноги распахнул ее и втолкнул Кэт в комнату. Она упала на колени, и волосы медно-рыжим занавесом закрыли ей глаза. Она хотела убрать волосы, но рыцарь безжалостно потянул шелковые локоны, чтобы поднять ей голову. Кэт твердо решила не показывать этому человеку своего страха, чтобы он знал, что дочь Уолтера не дрогнула перед лицом смерти. «Нет, уж лучше умереть, чем подчиниться такому человеку!» – твердо решила Кэт.

– Верши свое черное дело, норманн, – язвительно сказала она, жестом указав на оголенную шею и молча моля о быстрой смерти. – Я не смогу сопротивляться клинку рыцаря, столь честно и храбро воюющего с женщинами!

Быстрым движением Девлин приставил острый конец кинжала к горлу Кэт, и уголки его рта приподнялись в насмешливой улыбке, когда девушка затаила дыхание от страха.

– Все еще храбрая и вызывающая, красавица? – В свою очередь, съязвил он. – Не отвечаете? – Он издевательски улыбнулся. – Так-так, мне следовало бы догадаться, что дочь Уолтера Челтенхема окажется трусливой.

Повернувшись, Кэт бросила на него полный ненависти взгляд, лезвие рассекло ей кожу, и по шее побежала теплая струйка крови.

– Ну, убейте меня! – прошипела она. – Проклятый кровожадный пес! Зарежьте меня! – Не сводя глаз с его лица, Кэт в напряженной тишине ждала укола кинжала. «Неужели он готовит мне долгие мучения, чтобы я молила о смерти, как о желанном спасении? Что за человек этот рыцарь, который медлит убить женщину?» – вертелись мысли в голове девушки.

5
{"b":"4646","o":1}