1
2
3
...
58
59
60
...
64

Хмурым взглядом окинув обращенные к нему лица, Девлин вслед за Монтрозом вышел из зала, и дверь снова громко хлопнула. Подходя к своей спальне, Девлин резко вскинул голову от пронзительного крика, разорвавшего ночную тишину. Он, пошатываясь, сделал несколько торопливых шагов, а потом, побледнев, остановился. Раздался еще один крик, еще громче, чем первый, а затем наступила тишина – полнейшая, абсолютная тишина. Время тянулось медленно, и никто не выходил позвать его или сказать, что с Кэтрин. Он больше не слышал крика и не знал, жив ли ребенок, жива ли Кэтрин. Внезапно раздался тоненький писк; потом он стал более громким и сердитым, и Девлин облегченно улыбнулся. Он подошел к двери в спальню и осторожно открыв ее, заглянул в комнату. Кэтрин, лежавшая на подушках с закрытыми глазами, выглядела такой усталой, такой маленькой и беззащитной, что Девлин почувствовал почти непреодолимое желание защитить ее от всяческого зла. Девлин подошел к кровати, и стоявшие женщины отошли в сторону, наблюдая, как он осторожно опустился на матрац рядом с Кэтрин. Ласково взяв ее руку в свои, он нежно смотрел на Кэт с улыбкой, игравшей в уголках его сурового рта. Девлин не мог устоять и не убрать ей со. лба выбившийся завиток медных волос. Кэт подняла длинные ресницы и при виде сидевшего рядом Роберта улыбнулась, а в ее фиалковых глазах засветилась радость.

– Вы уже видели его?

– Его? – Он глуповато улыбнулся. – Нет, миледи, я сначала подошел к вам.

– Покажите милорду его сына, – распорядилась тогда Кэтрин и, повернув голову к Марте и нахмурившейся повитухе, протянула к ним руки, но потом передумала и жестом указала на Девлина. – Пусть отец возьмет его.

Девлин не успел воспротивиться, как старая повитуха положила ребенка в кольцо его рук и прикрикнула, чтобы он осторожно держал ребенка, потому что это не меч, который он привык держать. Оробев, Девлин почувствовал себя так, словно у него остались только большие пальцы вместо положенного их количества, но ему все же удалось удержать ребенка в своих грубых руках.

– Он такой маленький, – пробормотал Девлин, глядя на сморщенное личико, выглядывающее из складок мягкого одеяла.

– Маленький, вы говорите? – фыркнула повитуха. – Ну и норманны! А какого ожидали вы, здоровый дурень? Ваша леди родила вам ребенка, а не быка! Да к тому же большущего ребенка! Поэтому вашей леди и пришлось так тяжело. Если бы отец ребенка был поменьше, она бы меньше страдала.

Роберт виновато посмотрел на Кэтрин, и она тихо засмеялась. От этих новых ощущений Девлин пришел в замешательство, не находя нужных слов, и Кэтрин решила ему помочь. Потянувшись, она откинула одеяло с ребенка, чтобы показать Роберту крошечные пальцы на ногах и руках сына, завитки черных шелковых волос на головке и маленькую ямку у него на подбородке.

– Такая же, как у вас, – заметила она, нежно проведя кончиком пальца по квадратному подбородку Девлина. – Вы не побрились, – шутливо укорила она Девлина, почувствовав под рукой колючую щетину.

Ощутив, как от прикосновения Кэт в нем разгорается жар, Девлин, стараясь не причинить вреда ребенку, неуклюже накрыл рукой ее руку и в который раз удивился, что Кэтрин могла так возбуждать его просто взглядом или словом, улыбкой или прикосновением.

– Дайте мне ребенка, пока вы не уронили его, – поспешила вмешаться Марта, протянув руки к свертку в одеяле.

Девлин с благодарностью передал ей ребенка, ощущая внутри странную слабость, – ребенок был таким маленьким и хрупким, что он со страхом держал его.

– Вы уже выбрали для него имя? – спросила Кэтрин, все еще держа Девлина за руку. – Ребенок должен иметь хорошее христианское имя.

– Нет, дорогая. Имя выберете вы сами, это ваше право.

– Я думала назвать его в честь другого завоевателя, жившего давным-давно, милорд. – Кэтрин помолчала, но, не видя возражения на лице Девлина, закончила: – Александр был великий и могущественный воин, а его имя означает «защитник человечества». Я полагаю, сыну норманна и саксонки вполне подходит это имя.

– Да, – кивнул Девлин в знак согласия, – вы выбрали хорошее имя, и он будет носить его с гордостью.

Некоторое время Девлин сидел молча, охваченный чувством, которому не мог дать названия. Взгляд его темных глаз был прикован к женщине, обессилевшей после рождения его ребенка и теперь устало лежавшей в его постели.

Мог ли он отрицать очевидную правду? Вины ребенка не было в том, что его отец боялся обручального кольца, как не было в этом и вины девушки, которую он первый раз взял против ее воли. Как мог он, верный рыцарь Вильгельма, человек чести, продолжать вести себя столь безответственно? Вздохнув, Девлин поднес к губам руку Кэт и поцеловал в ладонь, а потом бережно опустил на постель и, повернувшись, вышел из комнаты, не сказав ни слова.

Жгучие слезы блестели в фиалковых глазах Кэтрин, когда она провожала взглядом удаляющуюся высокую фигуру Девлина. Она устала, как никогда в жизни, а он предстал перед ней таким отстраненным, таким чужим. Однако Кэт очень хорошо его знала; малейший оттенок его голоса, то, как Роберт кривил уголки сурового рта и высокой дугой поднимал темные брови, было знакомо Кэт так же хорошо, как ее собственное тело.

Марта и повитуха обменялись хмурыми неодобрительными взглядами, добрые сердца женщин разрывались при виде лежавшей в постели печальной молодой женщины. «Да, нелегко быть предметом желания этого норманна», – тихо ворчали они. Возможно, было бы лучше, если бы Кэтрин никогда не любила Девлина, но любовь к норманну была явно написана у нее на лице, хотя она и не хотела в ней признаться.

– Ах, бедная маленькая девочка. С этого норманна нужно живьем содрать шкуру! – тихо шепнула повитуха Марте.

Молча согласившись. Марта подала плачущего ребенка матери и улыбнулась, глядя, как Кэт бережно приложила его к груди. Младенец жадно прильнул к матери, женщины восхищались чудесным ребенком, и вскоре спальня наполнилась тихим смехом.

Кэтрин в конце концов спросила, где Роберт, и ей доложили, что он покинул стены замка Челтенхем, не сказав, когда вернется. Расстроенная Кэт, снова опустившись на подушки, невидящими глазами уставилась в потолок. «Роберт оставил меня и ребенка, вероятно, ради того, чтобы отправиться в другие, более крепкие объятия. Он по натуре страстный человек и, с его точки зрения, не получал удовлетворения, наверное, целую вечность. Неужели такова моя судьба – ждать его, пока он ищет другую женщину?» – печально размышляла Кэт.

– Вы должны поесть, миледи, иначе ребенку будет плохо, – нахмурившись, стала уговаривать ее Марта, увидев, что еда на подносе, который она принесла своей хозяйке, осталась нетронутой. – Попробуйте хоть маленький кусочек, – умоляла служанка.

– Нет, Марта. У меня пропал аппетит, и еда кажется мне тяжелой. Я поем потом. Скоро у меня придет молоко, так что Александр не останется голодным. А сейчас оставь меня в покое. – Отвернувшись, Кэт смотрела в противоположную стену, снова унесясь мыслями к Девлину.

Взяв поднос, Марта медленно пошла к двери и резко отскочила назад, чтобы не получить удар, когда дверь без предупреждения распахнулась. Только один человек имел обыкновение так входить в комнату, и действительно в спальню стремительно вошел Девлин. Марта широко раскрытыми от изумления глазами смотрела на его покрытые грязью сапоги и накидку, на шпоры, с которых на каменный пол падали большие комья грязи.

– Милорд! – прошептала Марта, опасаясь, что Девлин в одном из самых отвратительных своих настроений, и поднос задрожал у нее в руках.

– Чья это еда? – прогремел Девлин, взглянув на поднос с нетронутым мясом и сыром, и обернулся к Кэтрин.

– Это… это миледи, – тихо призналась Марта. – Она не вполне хорошо себя чувствует и не хочет есть.

– Дайте мне поднос. – Забрав у Марты поднос и приказав ей оставить их одних, Девлин подошел к Кэт и поставил еду возле нее на край кровати. – На мне сейчас слишком много грязи, и я не могу сесть рядом с вами, но есть срочное дело, которое нам нужно обсудить. Я хочу, чтобы, вернувшись, не нашел на этом подносе еды. – Он помолчал и добавил: – Если вы чувствуете, что не можете есть все подряд, кушайте только то, что можете. Вам нужны силы. – Он замялся, словно собираясь еще что-то сказать, но потом только улыбнулся Кэт и вышел.

59
{"b":"4646","o":1}