ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Хотя что тут удивительного, думала она, нанося тонкий слой косметики на умытое лицо. С Тайлером вообще все ясно, это случай безнадежный, а вот Натали — совсем другое дело. Следует помнить совет Венди Николс и не отчаиваться. В этом ее единственная надежда.

Однако, подходя к палате дочери, Клаудия снова ощутила уже знакомый страх. По дороге в больницу она упросила Тайлера заехать в магазин игрушек. Она долго раздумывала, какую куклу купить, и выбрала ту, которая, по словам продавца, очень нравится маленьким девочкам. К сожалению, Клаудия понятия не имела, играет ли Натали в куклы. Может, она предпочитает другие игрушки? Тайлер хранил гордое молчание и всем своим видом показывал, что считает эту затею пустой тратой времени.

Сердце у Клаудии неровно забилось. Как встретит ее Натали на сей раз? Она недолго оставалась в неведении. Венди Николс приветливо улыбнулась, но Натали сосредоточила все внимание на Тайлере. Ей уже сделали успокаивающий укол перед операцией, и поэтому взгляд у нее был слегка затуманенный. И все же, увидев своего опекуна, она искренне обрадовалась и протянула к нему руки.

— Тайлер! — улыбаясь, воскликнула она и обвила руками его шею, бросив на мать недовольный взгляд, словно говоря: «Видишь, тебя никто не звал, так что уходи поскорее». «Позволь мне остаться», ответили ей глаза Клаудии.

Натали надула губки и, отпустив Тайлера, откинулась на подушки.

— Зачем ты привел ее с собой? — капризным тоном спросила она.

— Она имеет право быть здесь, малышка, — мягко объяснил Тайлер.

Натали сердито взглянула на мать.

— Никто тебя не звал!

Клаудия, внутренне сжавшись от жгучей обиды, глубоко вздохнула.

— Верно, никто меня не приглашал. Я пришла, потому что хотела снова тебя увидеть. Так делают все мамы. — Если им предоставляется такая возможность, подумала она.

— Ты не пришла, когда я болела корью… и когда руку сломала, — запальчиво возразила девочка.

— Я непременно пришла бы, если бы знала, поверь мне.

— Я тебе не верю! — заявила Натали и повернулась к своему опекуну. Тайлер, пусть она уйдет, — захныкала она.

Он обнял девочку и стал что-то шептать ей на ухо. Натали тут же успокоилась и заулыбалась. Клаудию пронзила острая ревность. Как ей хотелось оказаться сейчас на месте Тайлера! Но она тут же устыдилась своего чувства. Конечно, Натали тянется к Тайлеру, ведь он вырастил ее. Посторонней для нее была родная мать.

Но я не хотела этого! — мысленно воскликнула Клаудия и в отчаянии отвернулась к окну. В ее глазах стояли непролитые слезы, слезы гнева и жалости к себе. И то, и другое одинаково бессмысленно, подумала она, печально качая головой.

Тайлер шептал Натали слова утешения, Натали что-то отвечала, но Клаудия ничего не могла разобрать. Глядя на них, она вдруг поняла, что ведет себя неправильно. Несмотря на то что неприязнь дочери больно ранит ее, она должна бороться, делать вид, что не обижается, стараться завоевать доверие девочки.

Вздохнув, она подошла к кровати и взглянула на притихшую Натали.

— Жаль, что ты так настроена, Натали. Я не хотела тебя огорчать. Со временем ты поймешь, что не все в жизни получается так, как хочется. — Натали явно не слушала ее. Клаудия решила перейти от слов к делу и, открыв коробку, которую держала в руках, положила ее на колени Натали. — Я кое-что принесла. Надеюсь, тебе понравится, — сказала она, робко улыбаясь.

Венди, молча наблюдавшая за этой сценой, подошла поближе, чтобы рассмотреть подарок.

— Ой, какая красивая кукла! Скажи «спасибо», Натали, — подсказала она.

— Спасибо, — неохотно буркнула девочка.

Клаудия растерялась, снова наткнувшись на глухую стену отчуждения.

— Если тебе не нравится, я принесу другую игрушку, — с надеждой предложила она.

— Тебе Тайлер сказал, что я хочу такую куклу? — подозрительно спросила Натали.

Вспомнив упорное молчание Тайлера в магазине, Клаудия невольно улыбнулась.

— Нет, я сама решила купить тебе подарок. Но если хочешь, я ее заберу.

— Нет… пусть остается.

Пока Клаудия думала, что еще сказать, двери распахнулись. Натали уложили на каталку и повезли в операционную. Сердце у Клаудии сжалось от мучительной боли. Девочка выглядела такой маленькой, такой хрупкой… Венди ободряюще коснулась руки Клаудии и заторопилась вслед за своей воспитанницей. В палате воцарилась гнетущая тишина. С трудом проглотив комок, подкативший к горлу, Клаудия повернулась к Тайлеру. Его напускная веселость исчезла, гладкий лоб прорезали глубокие морщины. Он расстегнул верхние пуговицы на рубашке, словно ему не хватало воздуха, и запустил руку в волосы.

— Теперь можешь уйти, если хочешь, — буркнул он.

Клаудия не поверила своим ушам.

— Что ты сказал? — ахнула она, потрясенная этим предложением.

Тайлер бросил на нее раздраженный взгляд.

— Зачем тебе тут болтаться? Операция продлится очень долго. Натали все равно не узнает, была ты здесь или нет. Можешь пока походить по магазинам.

Неужели он действительно думает, что она способна уйти в такой момент? Как он жесток к ней! Хотя почему она все время удивляется? Давно пора понять, что он считает ее настоящим чудовищем.

— Неважно, сколько придется ждать. Я все равно никуда не уйду.

— Набираешь очки? — съязвил он и, пожав плечами, отвернулся. — Поступай как знаешь.

После этого он надолго замолчал. Он стоял у окна, засунув руки в карманы и гладя вдаль, но Клаудия, заметив, как напряжены его плечи, поняла, что он ничего не видит. Она опустилась на стул, украдкой наблюдая за ним. Если бы она могла подойти и обнять его… Невозможно выносить это ледяное отчуждение. Какая нелепость! В такой трудный час они должны поддерживать друг друга, а не молчать, как чужие.

— Все будет хорошо, Тайлер, вот увидишь, — тихо сказала она.

Он вздрогнул и резко обернулся.

— Ты так полагаешь? Что ты смыслишь в медицине? — огрызнулся он.

Потрясенная его несправедливым упреком, Клаудия быстро встала и схватила свою сумку, лежавшую на кровати.

— Пойду выпью кофе, — отрывисто сказала она, глядя в сторону. — Пойдешь со мной?

— Проклятье… Извини, Клаудия, я был не прав. Я знаю, что ты волнуешься не меньше меня.

От неожиданности Клаудия вздрогнула.

— Спасибо…

— Я не должен был вымещать на тебе свое настроение.

Клаудия смущенно улыбнулась:

— Ничего, я сильная, выдержу… Почему мы все время молчим? Давай поговорим, нам обоим станет легче. Расскажи мне о Натали.

— Я принесу кофе сюда. Нам предстоит долгое ожидание.

Тайлер оказался прав. Время тянулось мучительно медленно. Постепенно он немного оттаял и разговорился. Клаудия напряженно слушала его, жадно ловя каждое слово. Она так мало знала о дочери.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем они услышали звук приближающихся шагов. Оба замерли и взглянули на дверь. Клаудия порывисто встала. В палату вошел мужчина в белом халате. Кивнув Клаудии, он широко улыбнулся Тайлеру.

— Поздравляю, мистер Монро. Операция прошла успешно. Натали сейчас в реанимации, но скоро мы переведем ее сюда.

— Слава Богу! — вырвалось у Клаудии. Слезы облегчения и радости набежали ей на глаза. Повернувшись к Тайлеру, она заметила, что его глаза тоже увлажнились. Врач неслышно вышел, оставив их одних.

То, что произошло потом, явилось для Клаудии полной неожиданностью.

Плача и смеясь, она бросилась к Тайлеру, и он — чудо из чудес! — раскрыл ей свои объятия и так крепко обнял, что у нее хрустнули косточки. Клаудия спрятала лицо у него на груди и разрыдалась. Они оба так нуждались в утешении, и она готова была отдать ему всю свою нежность, разделить с ним и горе, и радость.

— Что я тебе говорила! — воскликнула она, поднимая голову, и, не удержавшись, расцеловала его в обе щеки.

Тайлер с трудом улыбнулся, и их губы нечаянно соприкоснулись. На секунду оба замерли, Тайлер застонал и жадно припал к ее губам.

Клаудия не сопротивлялась. Ее губы раскрылись, как раскрываются лепестки розы навстречу живительным солнечным лучам. Они забыли обо всем, время словно остановилось. Клаудия запрокинула голову, и Тайлер, оторвавшись от ее рта, стал покрывать поцелуями ее шею, спускаясь все ниже, к нежной ложбинке, видневшейся в вырезе жакета.

14
{"b":"4647","o":1}