ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Который день ты твердишь, что я недостойна твоего внимания. Неужели ты изменил свое мнение обо мне?

Тайлер глубоко вздохнул.

— Как ни странно, должен признать: да, я передумал. Я не имел права осуждать тебя за намерение покончить с браком, превратившимся в настоящий фарс, — спокойно сказал он.

Как долго она ждала этого признания! Почему же оно не радует ее?

— Да, ты был несправедлив ко мне, — подтвердила она.

Тайлер кивнул в знак согласия:

— У меня были на то причины. Я не сомневался в своей правоте, но ты сумела доказать, что я ошибался.

— И теперь ждешь благодарности? — спросила она, глядя на него в упор.

К чему он клонит?

Тайлер отрицательно покачал головой:

— Ты в самом деле считаешь меня бесчувственным эгоистом? Я признал свою ошибку, потому что ты заслуживаешь этого. Взамен я ничего не жду. Просто… я надеялся, что мы могли бы попробовать забыть прошлое и начать сначала. Теперь все зависит от тебя, Клаудия, я приму любое твое решение.

Клаудия опустила ресницы. Неужели он думает, что это так легко? И она тут же согласится простить его? Ну уж нет, надо его немного помучить. Она не в силах отказать себе в таком удовольствии!

— Начать сначала? То есть снова стать… друзьями? — невинным тоном спросила она и удовлетворенно подметила, что он заколебался. На что ему ее дружба!

— Да… если ты этого хочешь, — неуверенно буркнул он.

Ага, дружба тебя, похоже, не очень-то устраивает, мстительно подумала Клаудия и с чисто женским злорадством решила повернуть нож в ране.

— Не знаю, что и сказать… Это так неожиданно… — Она не договорила: ладонь Тайлера легла на ее руку. Клаудия вздрогнула и подняла голову. Его глаза гневно сверкали.

— Черт побери, Клаудия… В моем предложении нет ничего неожиданного, и тебе это прекрасно известно! Понимаю, ты хочешь меня помучить, но зачем же отрицать очевидное? Нас по-прежнему влечет друг к другу!

Она затрепетала, всем существом откликаясь и на его слова, и на прикосновение горячей руки. Тайлер сказал правду… Однако он глубоко заблуждается, если думает, что стоит ему поманить ее — и она тут же бросится в его объятия! Нет, она не бездушная кукла, она любит его всем сердцем, а вот он пока ни словом не обмолвился о любви.

Внутри у нее все кипело, но она ничем не выдала своего смятения.

— Это к делу не относится, Тайлер. Что-то ты слишком торопишься. Еще неделю назад ты меня ненавидел…

Он снова перебил ее:

— Ничего подобного! — и добавил уже мягче: — Я так и не смог тебя возненавидеть, как ни пытался…

— А у меня сложилось впечатление, что ты не испытываешь ко мне ничего, кроме презрения.

Тайлер невесело рассмеялся:

— Нет, Клаудия, я презирал себя… за то, что считал проявлением слабости. Сегодня ты упрекнула меня в непоследовательности, посоветовала разобраться в своих чувствах. Поразмыслив хорошенько, я пришел к выводу, что мне нужна ты, а все остальное не имеет значения.

Его признание повергло Клаудию в еще большее смятение. Казалось, он говорил искренне, и ее первым побуждением было броситься в его объятия, но что-то остановило ее… Каковы его истинные мотивы? Может, им движет простой физический инстинкт? Не слишком ли удачно для него все складывается?

Тайлер снова прочел ее мысли — его рука еще крепче сжала ее пальцы.

— Я понимаю, все это очень неожиданно… У тебя нет оснований доверять мне. Но обещаю, я не буду торопить тебя, Клаудия. Нам обоим нужно время.

Для чего? Какую цель он преследует? Затащить ее в постель? Это удалось бы ему без особого труда, прояви он побольше настойчивости, она вряд ли сумела бы устоять, и оба они знают об этом. Однако ей хотелось большего: любви, внимания… Можно ли ему верить? Но ведь он сказал, что все будет зависеть от нее, так чего она боится? Зачем лишать его надежды?

— Хорошо, — прошептала она и удивилась, заметив в его глазах облегчение. Значит, он не был уверен, что она примет его предложение? Выходит, не такой уж он непробиваемый? Его уязвимость придала ей уверенности.

— Спасибо, — благодарно улыбнулся Тайлер. — Обещаю, ты не пожалеешь о своем решении.

Хотелось бы надеяться, подумала Клаудия.

— Слышишь? Внизу заиграл оркестр. Потанцуем? — Тайлер подозвал официанта и попросил счет.

Домой ей совсем не хотелось, она так разволновалась, что вряд ли сможет уснуть. Так почему бы не продлить вечер?

— Пожалуй, — согласилась она с легкой улыбкой.

Радостно улыбнувшись в ответ, Тайлер расплатился по счету и повел свою спутницу вниз по лестнице, в ночной клуб. Все столики были заняты, так что он засунул маленькую серебристую сумочку Клаудии в карман пиджака и увлек ее на квадратную площадку для танцев в центре полутемного зала.

Когда он обнял ее, Клаудия почувствовала себя на седьмом небе от счастья. Только сейчас она поняла, как была одинока, как ей недоставало его объятий. Сомнения рассеялись и унеслись прочь. Оркестр заиграл что-то медленное и романтическое; они начали танцевать, двигаясь в такт музыке и все теснее прижимаясь друг к другу. Подчиняясь непреодолимому порыву, Клаудия нежно обвила руками шею Тайлера, ласково ероша его густые волосы, и положила голову ему на плечо.

Как же я истосковалась по тебе, думала она, жадно вдыхая знакомый аромат тела Тайлера, смешанный со свежим запахом лосьона. Весь вечер она подсознательно ждала этой минуты. Теплое дыхание Тайлера согревало ее обнаженную шею, его руки гладили ее спину и, дойдя до талии, так крепко сжали ее, что у Клаудии перехватило дыхание.

Его горячие губы коснулись завитка волос над ухом, и до ее слуха донесся его хриплый шепот:

— Боже, как я хочу поцеловать тебя… Давай уйдем отсюда.

Не дожидаясь ответа, он крепко взял ее за руку и повел к выходу.

Их встретила теплая безлунная ночь. Очертания машин и домов тонули в густом мраке. Тайлер решительно зашагал на стоянку, где была его машина, но, вместо того чтобы отпереть дверцу, прислонился к ней спиной, широко расставив ноги, и привлек к себе Клаудию. Потом опустил голову и припал к ее губам. Из груди Клаудии вырвался сдавленный стон, ее руки взметнулись вверх и обвили его шею.

Когда их губы слились, время словно остановилось. Волна страсти захлестнула их, поцелуй становился все глубже, отчаяннее, превращаясь в утонченное, эротическое путешествие в прошлое, в чудесный мир чувственного восторга, когда-то покинутый ими… Они словно заново узнавали друг друга.

Забыв обо всем, Клаудия издала низкий хрипловатый стон, отдаваясь покоряющей силе, окутывающей ее, подобно волшебному облаку. Только это и есть реальность в призрачной неопределенности ее существования, в котором все так зыбко и ненадежно. Она чувствовала, что и Тайлер ощущает то же самое. Оторвавшись от ее губ, он зарылся лицом в ее волосы, сердце его бешено колотилось.

— Автомобильная стоянка — не самое лучшее место для первого поцелуя, — пробормотал он. — Извини, я просто не смог сдержаться.

Не открывая глаз, Клаудия кивнула.

— Да… Поедем домой, — шепнула она, отступая на шаг. Ее глаза, затуманенные желанием, ярко и горячо блеснули в темноте.

Дорога показалась ей бесконечной, однако, когда они подъехали к особняку, она бросила взгляд на часы и с удивлением убедилась, что еще не очень поздно — чуть больше половины одиннадцатого. Старинный дом смутно вырисовывался на фоне ночного неба. Огни были погашены, лишь слабо светилось окно Натали да горела лампа в холле. В доме царила тишина, все уже давно легли спать.

С оглушительно бьющимся сердцем Клаудия последовала за Тайлером в гостиную. Он включил торшер и, сбросив пиджак и галстук, повернулся к ней, подошел ближе и приподнял кончиками пальцев ее сияющее лицо, любуясь его розовой свежестью. Губы Клаудии, припухшие от поцелуя, слегка раскрылись под его взглядом.

Казалось, Тайлеру было трудно дышать.

— Я не очень тороплюсь? — шепнул он, давая ей путь к отступлению.

— Нет… не очень, — ответила она, понимая, что сжигает за собой мосты.

33
{"b":"4647","o":1}