ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава 9

-Клаудия!

Мгновенно проснувшись, Клаудия села в постели и от резкого движения почувствовала легкую дурноту. Она потрясла головой, чтобы прийти в себя, и заморгала, вглядываясь в темноту и стараясь сообразить, что ее разбудило. Сердце бешено золотилось, во рту пересохло. В доме царила тишина, но она не могла обмануть Клаудию. Что-то случилось до того, как она проснулась. Она ощупью нашла на столике будильник и, повернув его к окну, попыталась разобрать, который час. Будильник показывал половину третьего.

Может, Натали позвала ее? Клаудия спустила ноги на пол и потянулась за легким шелковым пеньюаром. Ночи стояли жаркие, она спала без рубашки, укрываясь только прохладной простыней. Ее обнаженное тело матово блеснуло в лунном сиянии. Клаудия запахнула пеньюар и затянула поясок на тонкой талии.

Подкравшись на цыпочках к комнате Натали, она осторожно приоткрыла дверь и заглянула в щелочку. Девочка крепко спала, раскинув руки — очевидно, ей было жарко. Венди в комнате не было, значит, это не она кричала. Наверно, мне просто приснился дурной сон, решила Клаудия. Однако, приблизившись к своей спальне, она вдруг услышала приглушенный стон, доносившийся из другого конца коридора. По позвоночнику пробежал холод, лоб покрылся испариной. На этот раз она догадалась, в чем дело.

Тихонько подойдя к двери Тайлера, она остановилась и прислушалась. После отъезда Нэнси и Оскара они не виделись. К обеду Тайлер не вышел, и Мэри сообщила ей, что он даже не притронулся к еде, которую она отнесла ему в кабинет. Он так и просидел там до вечера, и Клаудия легла спать, не дождавшись его, Вероятно, он поднялся наверх вскоре после полуночи. Однако мирно заснуть ему, похоже, не удалось. Через дверь до нее донеслось неразборчивое бормотание, потом яростный вскрик «нет!». Не выдержав, она переступила порог и тихо притворила за собой дверь.

Тайлер беспокойно метался на кровати, прикрытый только шелковой простыней, но через секунду простыня сползла на пол, и серебряное сияние луны осветило его обнаженное тело, блестевшее от пота. Выпуклые мышцы бугрились под смуглой кожей. Взгляд Клаудии невольно скользнул по его широкой груди, покрытой густыми черными волосами, плоскому животу, узким бедрам и длинным сильным ногам. Зрелище оказалось таким возбуждающим, что пульс у Клаудии участился и где-то глубоко внутри пробудилось желание.

— Нет, Клаудия! Не уходи!

Его отчаянный крик привел ее в чувство.

Значит, ему снится она! Клаудия протянула руку и отвела влажные спутанные волосы со лба Тайлера.

— Проснись, Тайлер, проснись!

Его руки, беспокойно блуждавшие по кровати, с неожиданной силой схватили ее запястья.

— Не покидай меня, Клаудия! Вернись!

Оказавшись в ловушке, Клаудия лихорадочно соображала, что делать.

— Я здесь, дорогой, с тобой, я никуда не ухожу. Ты слышишь меня, Тайлер? Это просто дурной сон.

Постепенно он ослабил свою железную хватку и отпустил ее руки. Веки его дрогнули, глаза приобрели осмысленное выражение.

— Клаудия? — удивленно произнес он.

Она облизала пересохшие губы.

— Да, это я. Ты позвал меня, я так испугалась… Тебе, наверно, что-то приснилось.

— Приснилось? А-а, да, припоминаю, — хрипло пробормотал он.

— Ну вот и хорошо… — Клаудия неловко попятилась, но отойти не успела: руки Тайлера обвили ее талию. Она замерла, не в силах оторвать от него глаз. — Пусти меня, — задыхаясь, потребовала она. От опасной близости его тела у нее закружилась голова, сердце учащенно забилось. — Мне нужно идти.

— Нет, твое место здесь, рядом со мной!

Горячечный блеск его глаз обжигал ее — она зажмурилась.

— Тайлер, это нечестно.

— Клаудия, ты нужна мне как никогда. Ни одну женщину я не желал так сильно.

Открыв глаза, она взглянула на него.

— Тайлер…

— Не уходи, умоляю, останься со мной. — Его голос упал до шепота. — Позволь мне любить тебя… — Эта тихая мольба окончательно сломила ее сопротивление.

Воздух вокруг них словно раскалился, дышать стало нечем. Напрягшееся тело Тайлера тянулось к Клаудии, открыто заявляя о своих правах. Обуревавшее ее желание вряд ли могло служить ей защитой, скорее, наоборот… Страсть захлестнула ее, она опустилась на постель и прильнула к Тайлеру. Он притянул к себе ее голову и впился в ее губы. Когда его ищущий язык настойчиво вторгся в глубь ее рта, ее словно опьянил сильный наркотик. Какое наслаждение!.. Все преграды рухнули, все сомнения развеялись как дым. Они вновь узнавали, открывали друг друга. Клаудия осыпала поцелуями лицо Тайлера. Он распахнул полы ее короткого шелкового пеньюара и с силой прижал к себе трепещущее тело.

Ее легкое одеяние соскользнуло на пол. Тайлер перевернул ее на спину, и она обвила его руками, выгибая спину, чтобы ощутить прикосновение шелковистых завитков на его груди. Сладкая истома овладела ими, Тайлер вскрикнул от наслаждения, и Клаудия ответила ему глубоким вздохом.

Его губы коснулись ее шеи — она задрожала, забилась в его объятиях.

Горячие руки гладили ее тело, чутко откликавшееся на каждое прикосновение.

Магия ласк Тайлера завораживала ее, пьянила, как волшебный любовный напиток. Его рука блуждала по ее бедру, словно завоевывая дюйм за дюймом. Легкие поглаживания, напоминающие прикосновения пальцев музыканта к струнам чудесной арфы, будоражили ее кровь, наполняли жаром каждую клеточку тела. Когда ее напряжение достигло предела, его губы нашли ее рот. Низкий гортанный стон вырвался из груди Клаудии, она впилась ногтями в плечи Тайлера, пылко отвечая на поцелуй, и выгнулась, чтобы полнее ощутить тяжесть его ладони в низу живота. Оторвавшись на секунду от его губ, она, как сквозь туман, увидела над собой его счастливое лицо и тут же почувствовала влажность его языка в ямке на шее, где пульсировала голубая жилка.

Он инстинктивно находил те потайные места, прикосновение к которым возбуждало ее до безумия. Чувствуя, как она вся дрожит словно в лихорадке, он начал обводить пальцами напрягшиеся розовые соски, не торопясь дотронуться до них. Клаудия накрыла ладонью его руку, словно умоляя пожалеть ее, и он наконец внял ее мольбе: его пальцы сомкнулись на ее соске, подобном упругому, нераскрывшемуся бутону.

— Ты настоящий дьявол, — прошептала Клаудия, когда он убрал руку и прижался к соску губами.

Внезапно он поднял голову, и Клаудия застонала от разочарования, протянув руки, чтобы снова привлечь его к себе, но он отвел их и лег рядом. Она приподнялась на локте, ища объяснения в его глазах.

— Дотронься до меня, Клаудия. Я так люблю твои руки!

Она обвела глазами все его тело и позволила своим пальцам ласкать его, возбуждаясь от сдавленных стонов, слетавших с губ Тайлера. Собственная смелость поразила ее. Только с Тайлером она могла так свободно выражать свою любовь. Гордон сковывают ее страстную натуру, Тайлер же раскрепостил ее. Она с радостью дарила ему то же наслаждение, которое только что испытала сама, и, почувствовав, что довела его до исступления, в свою очередь остановилась, глядя на него сверху вниз.

— Ты сводишь меня с ума, — хрипло пробормотал он.

— Это доставляет мне удовольствие.

— Нет, дорогая, нам обоим, — заявил он и притянул ее к себе.

Клаудия склонилась над ним, ища его губы. Он перевернул ее на спину и раздвинул ей ноги, сгорая от желания довести до высшей точки напряжение, которое они создали утонченной любовной игрой.

Клаудия судорожно вздохнула и раскрылась ему навстречу. Он попытался отдалить миг полного слияния, но их обоюдная жажда была слишком велика. Теряя над собой контроль, он вскрикнул, и их закружил огненный водоворот страсти. Потрясенные почти невыносимым наслаждением, они словно парили в заоблачных высях, освободившись от земного притяжения, и только стук сердец напоминал им о бренности сплетенных

тел.

Долгое время они лежали без движения, не в силах пошевелиться. Наконец Тайлер собрал остатки сил и отпустил Клаудию. Она поежилась, ощутив прохладное дуновение на разгоряченной коже. Ее веки отяжелели, глаза слипались, но она прогнала обволакивающее забытье, желая продлить волшебство этих минут. Тайлер положил голову ей на плечо, и теплое дыхание защекотало ее влажную шею.

37
{"b":"4647","o":1}