ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Что?

Он сказал это так резко, что Клаудия вздрогнула и вжалась в кресло.

Господи, как же он ее ненавидит!

— Ничего. Не беспокойся, — пробормотала она, глядя на облако, проплывающее рядом с самолетом.

Тайлер вздохнул с видом мученика.

— Клаудия, у меня нет времени играть в твои игры. Ты хотела о чем-то спросить? Так спрашивай!

Ее пальцы крепче сжали чашку. Зачем она начала этот разговор? Теперь отступать некуда.

— Скажи… как она выгладит? — Ну вот, спросила все-таки. Сейчас он ей нагрубит.

Очевидно, Тайлер не ожидал такого вопроса. Он молчал. Молчал так долго, что Клаудия решила, что он не хочет отвечать.

— У Натали длинная коса…

Клаудия подняла на него глаза.

— Значит, у нее длинные волосы? — обрадовалась она.

Тайлер покосился на нее с насмешливым видом. Но в его тоне не было и тени иронии. Более того, его слова прозвучали неожиданно мягко.

— Натали убедила Венди, свою гувернантку, позволить ей отрастить волосы.

— У нее были такие чудесные густые волосы… — пробормотала Клаудия, вспоминая. — Каштановые… А сейчас?

— И сейчас такие, — сухо отозвался Тайлер, искоса наблюдая за Клаудией. — У нее светло-карие глаза, вздернутый носик, что ей очень не нравится, и веснушки на щеках, которые ее раздражают. Кожа у нее немного светлее твоей. Помяни мое слово, Натали будет настоящей красавицей. Клаудия рассмеялась от удовольствия:

— В самом деле?

Тайлер насупился:

— Она вся в тебя. На Гордона совсем не похожа.

Клаудия вздохнула:

— Тебе это неприятно? Я хочу сказать, это не влияет на твое отношение к Натали?

— Разумеется, нет! — отрезал он. — Не ее вина, что у нее такая мать.

Просто ей не повезло. Она невинное дитя, и я сделаю все, чтобы она такой и осталась.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Не надейся, что сможешь подчинить Натали своему влиянию! — холодно предупредил Тайлер. Их взгляды встретились.

— Она моя дочь, Тайлер. Я не хочу быть для нее посторонней, — твердо заявила Клаудия. — Что ты ей рассказывал обо мне?

Тайлер хмуро усмехнулся:

— Ни слова.

Клаудия встрепенулась:

— Я тебе не верю! Она наверняка спрашивала обо мне.

Темные брови Тайлера слегка приподнялись.

— Меня не спрашивала. Да и других тоже, насколько мне известно. Боюсь, Натали не подозревает о твоем существовании.

Глава 3

Когда самолет приземлился в лондонском аэропорту Хитроу, уже темнело.

Шел дождь, небо заволокли тяжелые тучи, и оттого казалось, что вот-вот наступит ночь, хотя было еще довольно рано. Холодный влажный воздух обдал лицо Клаудии, когда она спускалась по трапу. Плохая погода ухудшила ее и без того мрачное настроение. Чем ближе было свидание с Натали, тем больше Клаудия волновалась. Последнее замечание Тайлера усилило ее нервозность до предела. После этого разговор оборвался, оба надолго замолчали, и Клаудия оказалась наедине со своими тревожными мыслями. Узнав, что Натали не проявляла к ней никакого интереса, Клаудия терзалась дурными предчувствиями. Я не готова к встрече с дочерью, в смятении думала она. Что, если Натали не захочет говорить со мной?

Клаудия почувствовала облегчение после завершения полета. Вынужденное бездействие кончилось. Теперь можно было заняться практическими делами. Багаж им выдали на удивление быстро, и вскоре они уже направлялись к выходу.

Тайлер крепко взял ее за руку выше локтя и потащил к стоянке.

— Я оставил там свою машину, — кратко сообщил он и, не выпуская Клаудию, зашагал так быстро, что она и носильщик, везущий в тележке их чемоданы, едва поспевали за ним.

— Сколько времени нам понадобится, чтобы доехать до больницы?

— В это время суток движение на дорогах небольшое, так что мы скоро будем на месте. — Тайлер отпер машину и отпустил Клаудию, чтобы расплатиться с носильщиком. — Посетителей пускают в любое время; можно, конечно, прийти и попозже, но я думаю, надо ехать прямо в больницу. Или ты хочешь сначала заехать в гостиницу и переодеться? — Он явно был уверен, что Клаудия предпочтет второй вариант.

Клаудия смотрела, как он ставит вещи в багажник, чувствуя, что вся дрожит от страха. Ее сознание словно раздвоилось: сгорая от нетерпения поскорее увидеть дочь, она в то же время инстинктивно оттягивала эту минуту.

— Нет… Натали ждет тебя, не так ли? — Клаудия провела рукой по волосам и нервно улыбнулась. — Неважно, как я выгляжу. Но… не вредно ли ей волноваться перед операцией? — Ей показалось или в глазах Тайлера действительно мелькнуло одобрение?

— Тогда поедем прямо в больницу, — решил Тайлер, придерживая дверцу.

Через несколько секунд он умело влился в поток транспорта, направлявшегося в сторону Лондона. Дождь усилился, и Клаудия машинально следила за ритмичным движением «дворников» по лобовому стеклу машины. Они словно отсчитывали секунды. Тик-так… Если бы Тайлер проявил хоть чуточку внимания, разделил ее волнение, ей было бы легче. Но он упорно смотрел прямо перед собой, сосредоточившись на дороге, и Клаудия снова погрузилась в размышления. Что ее ждет? Как встретит ее Натали? Она лихорадочно прокручивала различные варианты, обдумывала, как войти, что сказать, чувствуя, что все больше поддается панике, и очнулась только тогда, когда машина свернула к больнице. Тайлер припарковал автомобиль на стоянке, и вот уже Клаудия идет за ним на ватных ногах к огромному, ярко освещенному зданию.

Решающий момент неотвратимо приближался. Сейчас они войдут в лифт, поднимутся на нужный этаж, пройдут по коридору — и она окажется лицом к лицу с дочерью…

Когда двери лифта захлопнулись, Клаудия вздрогнула. Сердце у нее упало. Ничего не получится. Как она смела надеяться, что Натали примет ее с радостью? Клаудия обозвала себя эгоисткой, она думает только о себе. Девочка не ждет ее, она может испугаться, расстроиться, а ведь ей предстоит опасная операция… Все-таки следовало подождать и прийти после операции.

Лифт бесшумно остановился. Жребий брошен, пронеслось в голове у Клаудии, пути к отступлению отрезаны. С бьющимся сердцем она двинулась за Тайлером по длинному больничному коридору. Никогда в жизни она не испытывала такого страха. На секунду ей даже показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Возле одной из дверей Тайлер остановился и повернулся к своей спутнице. Их взгляды встретились. Заметив, что Клаудия на грани обморока, Тайлер немного смягчился.

— Натали не знает, что ты здесь. Пожалуй, тебе лучше подождать за дверью. Я ее предупрежу.

Клаудия благодарно кивнула и с трудом сглотнула, не в силах вымолвить ни слова. Тайлер постоял с ней еще минуту и прошел в палату. Дверь начала автоматически закрываться. До слуха Клаудии донесся приглушенный голос Тайлера, кто-то ему ответил, и сердце у нее болезненно сжалось, ноги подкосились. Не сознавая, что делает, она придержала дверь, не дав ей закрыться. Звук тоненького детского голоска притягивал ее как магнит. Клаудия переступила порог и остановилась, оглядывая комнату.

В палате находились три человека. У кровати стояла молодая женщина лет двадцати с небольшим в скромном летнем платье. Тайлер сидел на краю постели, склонившись над худенькой девочкой. Натали!

Клаудия с усилием вдохнула воздух в легкие. Наконец-то она видит свою дочь! Сердце у нее разрывалось на части. Боже мой, какая она маленькая, хрупкая, беззащитная и очень, очень красивая… Тайлер хорошо описал ее: вздернутый носик, россыпь веснушек на щеках, большие светло-карие глаза. Она ничем не напоминала ту крошку, которая осталась в памяти у Клаудии. Гордон украл у нее все эти годы, когда Натали росла и развивалась. Я же ее совсем не знаю, в отчаянии думала Клаудия, эта девочка — не мое дитя, беззвучно рыдало ее сердце, перед ней незнакомка, обладающая безграничной властью, о которой она и не подозревает, — властью уничтожить собственную мать.

У Клаудии заныли руки — так страстно ей захотелось подхватить дочь, прижать к груди и никогда не отпускать. Заполнить наконец пустоту, которая мучила ее шесть лет. Только Натали может заполнить эту бездну. Подчиняясь внезапному порыву, Клаудия шагнула вперед. Три пары глаз удивленно взглянули на нее. Наступило напряженное молчание. Первым опомнился Тайлер. Нахмурившись, он подскочил к Клаудии и схватил ее за руку. — Я, кажется, велел тебе подождать, — сердито прошипел он.

9
{"b":"4647","o":1}