ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ты должна запомнить, Сэнди, должно быть много сортов и размеров, чтобы получился красивый садик. Однообразное быстро надоедает.

— Стараешься развеселить меня, да? Склонившись над грядкой цветочной рассады, Ангелина занималась разметкой. Сэнди уселась рядом, погрызла ноготь, состроила гримасу и спрятала руки под попкой, обтянутой джинсами.

— Послушай, озеленение — мой бизнес. Я никогда не шучу о бизнесе.

— Миссис Джилли говорит, что мы должны брать то, что дает Господь, и быть благодарны Ему, что не вышло хуже. Я имею в виду, почему Он не дал мне нормальную грудь, хотя мог бы?

— Возможно, хранит ее в подарок на твое шестнадцатилетие.

— Конечно, всегда так. Я тогда уже буду слишком старой. Я — единственная девочка в классе, которая должна набивать себе тряпки в лифчик и… кошмар, сюда идет папа! Почему он вечно следит за мной? — Сэнди посмотрела в сторону дома, где Гас беседовал с инспектором энергонадзора. — Я думала, вы с Гасом собирались отвезти меня домой.

Гас прибыл в город накануне, но появился у Ангелины только несколько часов назад, очевидно, с похмелья. Она знала, что заночевал он у Алекса, но никаких вопросов не задавала.

Поднявшись, Ангелина почистила колени, стряхивая налипшую еловую кору, и тут появился Алекс. Он выглядел усталым и раздраженным, но в то же время столь притягательным в легком сером костюме, чуть помятом, с ослабленным узлом галстуке и с тенью щетины на выступающей челюсти.

Не надо было даже присматриваться, чтобы понять, что он тоже с похмелья.

Алекс обнял дочь, но взгляд его был устремлен прямо на Ангелину.

— Я смотрю, ты переночевала без особых катастроф.

Кошмар. Даже от его голоса все вздрагивало внутри. Ее щеки пошли пятнами.

— Тебя это удивляет? — спросила она, ощущая все старые симптомы — щемящее чувство в груди, покалывание между бедер и внезапно набухшие соски. Помоги ей Господь, если бы он случайно коснулся ее!

Раньше он любил смеяться, обнажая крупные белые зубы. Сейчас даже улыбается редко. Он так изменился за те годы, что она наблюдала за ним издали; Ангелина понимала, что под великолепно сшитыми дорогими костюмами и рубашками с вышитыми монограммами прячется настоящий Алекс. Даже в старших классах и на начальных курсах в колледже в нем было что-то особенное. Что-то сильное, гордое, честное и благородное — все то, чем обладали Рыцари в Блестящих Доспехах и что, казалось бы, безвозвратно ушло вместе с Камелотом и Рыцарями Круглого Стола и превратилось в развлекательное шоу.

Оказывается, исчезли не все. Меч Алекса немного затупился, доспехи значительно потускнели, но он по-прежнему сражается — с драконами бизнеса.

Ангелина подошла к размеченной грядке.

— Вы приглашены сегодня вечером на ужин, — напомнил Алекс. — Гас тебе говорил?

Ангелина молча кивнула. У нее не было намерения подвергать себя новым искушениям. Гас мог бы пойти один. Она собиралась в последнюю минуту сказать, что болит голова.

Не спеша подошел Гас, выглядевший немного бледнее обычного.

— Послушай, парень, мы бы могли привезти Сэнди сами. К чему лишние хлопоты?

— Я был по соседству.

Гас приподнял бровь. Ангелина сконцентрировалась на перегнившем коровьем навозе, прилипшем к носку ее левого ботинка. Сэнди преувеличенно тяжко вздохнула и поползла к конторе, где оставила учебники.

— Он держит эту юную леди в кулаке, — заметил Гас, стоя вместе с сестрой у теплицы и наблюдая, как они уезжают на блестящем «XJ6» Алекса.

— Четырнадцать — бурный возраст. Однако она справляется с ним прекрасно. Между прочим, я не собираюсь ехать с тобой вечером.

Беззвучно присвистнув, Гас произнес:

— Этого я и боялся.

— Беда невелика. У меня разболелась голова, вот и все.

— Плохо дело. Я выпил весь твой аспирин. Постой-ка, как я сразу не догадался! Это такая особая головная боль, которая началась у тебя лет двадцать назад, да?

Она бросила на него гневный взгляд.

— Мое электричество в порядке?

— Как новое, даже еще лучше. Я заставил ребят поработать на славу. Домик-то построен в сороковые, когда и нужно было только радио, вентилятор, несколько лампочек и холодильник. Сейчас ты можешь установить по крайней мере достойный водонагреватель.

— Прекрасно. И раз уж ты отправляешься вечером, прими-ка сначала душ. Как только я закончу здесь, тоже собираюсь отмачивать свои старые кости, пока они не перестанут болеть.

— Мне казалось, у тебя болела голова?

— Предлагаешь мне замочить и голову?

— Подумай еще раз, и поехали вместе, сестренка. Мы все уже подросли, и Алекс тебя не укусит, — усмехнулся Гас.

Заметив, что ее глаза потухли, он проклял свои бездумные слова. Он знал — глубокое безответное чувство может нанести неизлечимые раны. К счастью, его боль улеглась с годами и в душе остался только маленький шрам. Беда Ангелины в том, что она снова, впервые после того ублюдка Перкинса, что был бледной тенью Алекса, прыгнула в огонь.

Хотя у Перкинса хватило достоинства жениться на ней, оказалось, этим он ее не осчастливил. Гас не знал, были ли в ее жизни другие. Скорее всего, нет, потому что, как он подозревал, его младшая сестренка до сих пор без ума от Алекса.

Ангелина не приехала. Алекса обеспокоила глубина собственного разочарования. Он прилагал максимум усилий, чтобы казаться жизнерадостным. Постарался подключить Сэнди к разговору за столом и был вознагражден ее внезапно умными комментариями текущих событий. Гас светился, как гордый ребенком дядюшка, а Алекс подумал, что мало-помалу, методом проб и ошибок, его крошка дочь определенно выросла.

Гас рассказал о недавнем опыте скачек верхом, который закончился падением в овраг, где он столкнулся с пожилой дамой с двухстволкой. Старушка приняла его за федерального агента, нежданно-негаданно свалившегося на ее голову, чтобы сжечь ее посевы индийской конопли.

— О, вы любите лошадей? — сияя, спросила Сэнди. — У папы есть кобыла по кличке Танзи, раньше она принадлежала маме. Мы могли бы покататься. Я бы поехала на Танзи, а вы — на Буране, как думаешь, папа? Может, в субботу?

Чувства Алекса колебались между восторгом и раздражением.

— А вдруг у Гаса другие планы на уик-энд, принцесса? — мягко предположил он.

— А что? Звучит привлекательно, — отозвался Гас. — Почему бы нам не устроить пикник — вы двое, Ангелина и я? Если не вызволить сестрицу из ее пещеры, она заработается насмерть.

Сэнди, очевидно, не планировала проводить уик-энд вчетвером, особенно вместе с отцом.

— Но… она ведь занята и по субботам…

— Мальчики справятся без нее, пока она отдохнет несколько часов.

— Что ж. Отлично. Папа может взять напрокат еще пару лошадей, а мы поедем дальней

тропой — она шире. Я покажу, где Танзи спугнула стаю куропаток и где чуть не сбросила меня наземь.

Любопытно, подумал Алекс, знает ли Гас, на что толкает себя? Сэнди могла болтать без умолку, когда волновалась, а уж рядом с Гасом волновалась всегда.

— Я позвоню утром, и мы обо всем договоримся, — сказал он. — А тебе, Гас, я поручаю договориться с Ангелиной.

Суббота выдалась свежей и ясной; бездонное небо ярко синело над их головами. Алекс всегда любил осень. По труднообъяснимым причинам она казалась ему скорее началом, чем концом. Но на этот раз чувство радостного ожидания быстро растаяло, когда Ангелина отказалась присоединиться к ним.

— Ты уверена, что не изменишь своего решения? Нас не будет лишь пару часов. — Проклятие, он должен упрашивать!

— Прости, но мне обязательно нужно посадить эти ломбардские тополя: в понедельник обещают дождь.

Алекс в раздражении повесил трубку. Нет, какое там раздражение — он был зол как черт! Ни секунды не раздумывая, он набрал номер Кэрол.

— Прокатиться? Замечательно… Я как раз хотела выйти, но могу пройтись по магазинам позже. Дай мне полчаса переодеться, — согласилась она, и Алекс тут же пожалел о своем предложении. В глубине подкорки засела глупая идея проверить что-то в себе, но ничего не получалось. Кэрол — не замена Ангелине и никогда таковой не станет.

15
{"b":"4649","o":1}