ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мой знакомый гений. Беседы с культовыми личностями нашего времени
Как перевоспитать герцога
Hygge. Секрет датского счастья
Лес тысячи фонариков
Стражи Галактики. Собери их всех
Когда Ницше плакал
Хоумтерапия. Как перезагрузить жизнь, не выходя из дома
Капкан для MI6
Царский витязь. Том 1
A
A

— Питомник… А, это ты. Что случилось? Даже не дослушав, она бросила трубку и мгновенно примчалась, не потрудившись сменить комбинезон и старый желтый свитер с потертым воротом. Волосы, как всегда, растрепаны, из пучка на затылке торчит забытый ею карандаш.

Она тщательно изучила цветочные узоры на полу.

— Видимо, у нее не нашлось ничего другого для рассадки кустарника…

— О чем ты, черт возьми, говоришь? Она же изрезала это треклятое покрывало! Не знаю, что по этому поводу думаешь ты, но, с моей точки зрения, это признак повреждения рассудка.

— Не обязательно. — Поставив локоть на ладонь, Ангелина подперла кулачком подбородок. Сэнди пробовала себя в планировании цветочных клумб, используя рассаду в горшочках, припомнила Ангелина, и звала Гаса оценить ее усилия.

— Хочу позвонить в полицию. Я собирался позвонить им раньше, но подумал, что она могла укрыться у тебя.

— Подожди. Успокойся и дай мне подумать, хорошо?

— О, черт, это моя вина, — произнес он чуть позже. Голос его дрожал от боли и беспокойства. — Если бы я не переволновался… если бы не умчался к тебе вчера вечером и потом…

— И потом не потратил бы столько времени в моей постели.

— Я этого не говорил.

— И не нужно. Но пойми, Алекс, это не твоя вина. Сэнди — умная девочка. И если она сбежала среди ночи из дома, не сказав никому ни слова, значит, на то есть важные причины.

— Какая ночь? Сейчас три сорок семь дня.

— Ты знаешь, что я имею в виду, Алекс. Она просто пытается достучаться до тебя, вот и все. Наверняка вскоре позвонит и спросит, получил ли ты сообщение.

— Сообщение! Если это сообщение, то дурацкое! Ты можешь рыться здесь и искать эту профанацию сколько хочешь. А я собираюсь найти сопляка Монкрифа и выбить ему несколько зубов, пока не узнаю, что происходит!

Спорить Ангелина не стала. Она знала точно:

Сэнди не может быть с Арвидом, потому что, какой бы притягательностью ни обладал

этот мальчишка, он потерял ее навсегда. А это значит, что, побегав вокруг, Алекс позвонит в полицию и они скажут то, что обычно говорят полицейские, когда девочки-подростки среди белого дня уходят из дома, не говоря ни слова, и теряются на несколько часов.

Ну, скажут, что она пошла по магазинам или околачивается с друзьями. Или просто спряталась от докучливых назиданий отца. В общем, все зависит от того, чего она хочет добиться.

Хотя если были причины изрезать покрывало, значит, что-то действительно случилось.

Девочка чем-то расстроена… но чем? Ангелина услышала, как на улице взревела машина Алекса. Слава Богу, Монкрифы живут по соседству, потому что в его состоянии ездить по дорогам явно опасно. Переключив внимание на шкафчик Сэнди, Ангелина попыталась вспомнить каждую вещь, которую они доставали оттуда и обсуждали однажды вечером, когда подбирали вечернее платье. Она просматривала все снова и снова, но вещей было так много, что невозможно было сказать, пропало ли что-нибудь.

Через десять минут Алекс примчался назад. Она слышала, как хлопнула дверца машины, потом входная дверь. Затем наступила тишина.

Очевидно, в доме Монкрифов дела пошли не так гладко.

Ангелина продолжила свой поиск улик. Или, вернее, недостающих улик. Где ее новые серьги? Наверное, она надела их. Расческа? Зубная щетка? Косметика? Все это в беспорядке валялось на туалетном столике между флаконом светло-розового лака для ногтей и пакетом с фотографиями, подпертым потрепанным желто-зеленым помпоном. Да еще конверт. Целых тридцать секунд Ангелина смотрела на него, перед тем как взять в руки. Словно не письмо это было, а гремучая змея.

Письмо было адресовано отцу. Конверт заклеен. Ангелина не знала, читать или не читать. Почувствовав внезапный озноб, начала вскрывать конверт, но потом передумала.

Когда Ангелина нашла Алекса в гостиной, руки ее были все в пыли, в голове вертелся миллион мыслей — и ни одной утешительной.

Запечатанный конверт означал, что Сэнди вряд ли просто пошла по магазинам. Она бы сказала миссис Джилли, если бы только это было у нее на уме. Или прижала бы записку магнитом к холодильнику.

Письмо в запечатанном конверте, адресованное отцу, означало, что она действительно сбежала. Но зачем, черт возьми, она сначала искромсала прекрасное покрывало от Лауры Эшли?

— Алекс, — произнесла Ангелина из дверей, пытаясь говорить спокойно и уравновешенно, что совсем не отражало ее чувств, — я нашла записку.

Развалившись в большом кожаном кресле в гостиной и поставив на пол перед собой телефон, Алекс невидящим взглядом смотрел на нетронутый стакан выпивки в руках. Глаза его мутились от беспокойства. Ясное дело, он не нашел ее у Арвида и сейчас настраивал себя позвонить в полицию.

Он взглянул на Ангелину с такой надеждой, что у нее появилось странное чувство, будто она укачивает его на руках и обещает, что с ним больше ничего страшного не случится.

Однако жизнь полна острых углов…

— Письмо? — настороженно спросил он. — Что в нем?

— Я не вскрывала. Оно адресовано тебе. — А ведь Дина могла поступить так же, подумала она. Сбежать без предупреждения, оставив записку на туалетном столике.

Ангелина вручила ему конверт, украшенный детским рисунком из единорогов, окруженных цветами. Он взял конверт и уставился на него, будто в нем таилась гремучая змея.

— Вскрой, — сказала она. Алекс вернул ей конверт.

— Пожалуйста, ты…

Она отдала бы за него всю свою кровь, но сейчас никто не мог облегчить его боль.

Проглотив ком в горле, Ангелина вскрыла конверт и развернула листок, украшенный рисунком единорога. Затем, опустившись в ближайшее кресло, откинула голову назад и поднесла листок к глазам.

— О Господи, маленькая бедняжка… сует нос не в свое дело… — прошептала она.

С лица Алекса сошла последняя краска. Он бросился к бумажке в руках Ангелины, а ей хотелось разорвать ее в клочья, сжечь, проглотить — что угодно, лишь бы он ее не видел.

— «Дорогой папочка, — забормотал он. — К тому времени, когда ты это прочтешь, я буду у Друга, так что не беспокойся обо мне. Вам с Ангелиной нужна личная жизнь, чтобы во всем разобраться. Ты знаешь, что я имею в виду».

— А что она имеет в виду? — спросила Ангелина. — В чем мы должны разобраться? — И тут глаза ее округлились. — Алекс, ты ей сказал…

— Что мы… Конечно, нет, черт возьми! За кого ты меня принимаешь?

— Тогда почему она пишет про личную жизнь? С чего она взяла, что нам нужна личная жизнь? И в чем мы должны разобраться? И почему она так уверена, что ты знаешь, что она имеет в виду? Можешь объяснить?

Алекс почувствовал, что лицо его начинает гореть, несмотря на холодный пот, который лился по телу.

— Ну ладно… Единственное, чего я не могу понять: почему ей вздумалось изрезать прекрасное покрывало.

— Наверняка чтобы привлечь твое внимание. Ослу понятно как дважды два, но всяким дурацким папашам…

Миссис Джилли принесла поднос с кофе и жестким сухим кексом в исполнении Флоры, разложенным на веджвудском блюде. Алекс кивнул Ангелине, и она налила кофе из тяжелого серебряного кофейника, вспоминая единственный случай, когда наливала Алексу кофе у себя дома.

Алекс сообщил миссис Джилли о письме, и женщина сразу ударилась в слезы и побрела рассказывать мужу, который тут же почал новую бутылочку, чтобы справиться с чрезвычайной ситуацией.

— Что ты узнал у Монкрифов?

— У Арвида болит горло.

— И что он?

— Он звонил предупредить ее. О чем — не в курсе.

— Ты звонил в полицию?

Алекс тупо кивнул.

— Ну? Что они сказали?

— Именно то, о чем ты подумала, — кисло улыбнулся он. — «Проверьте у ее друзей, подождите двадцать четыре часа, есть шансы, что вы услышите о ней раньше…»

Ангелина взяла письмо и перечитала его, понимая, что Алекс следит за каждым ее жестом. Подумав, она решила, что действие — любое действие — лучше, чем просто ожидание. Особенно если никто из них не знает, что их ждет.

Странная мысль беспокоила ее с самого начала: побег девочки имеет косвенное отношение именно к ней.

26
{"b":"4649","o":1}