ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Русская зима
Наследие
Влюбиться в жизнь. Как научиться жить снова, когда ты почти уничтожен депрессией
Бруклин
Разведенная жена, или Жили долго и счастливо? vol.1
С мечтой о Риме
Вторая брачная ночь
Как в первый раз
Академия темных. Преферанс со Смертью
A
A

Не отрывая от нее губ, он скользнул рукой между их разгоряченных тел и нашел, нашел слияние мягких изгибов, ощутил чувственную влагу и громко застонал.

Да, да! — теряя рассудок, думал Алекс, когда ее бедра приподнялись, чтобы встретить его руку. Услышав ее прерывистое дыхание, он заторопился, подталкивая ее к краю. Он все еще не мог осознать, как отзывчива, как она щедро, неистово отзывчива.

— Алекс, я хочу тебя, — задыхалась Ангелина, сжав бедрами его руку, прижимаясь к нему. — Немедленно!

Свободной рукой он раздвинул ее бедра достаточно широко, чтобы поместиться там, и вошел в нее мощным толчком, потом заставил себя подождать. Она торопила его, бурно, дико, бесконтрольно, но он сжал ее бедро рукой, заставляя хоть на секунду замереть, пока он не возьмет себя под контроль.

— Подожди, — прошептал он, но было уже поздно. Пока он отчаянно пытался удержаться, она подталкивала его к краю, горячо терлась об него, цеплялась зубами за его сосок. — Безрассудная женщина, — выдохнул он, жалкая пародия на улыбку исказила его разгоряченное лицо. — Ты сама не знаешь, как ты опасна.

Из своего опыта Алекс знал, что женщины медленно загораются или не загораются вовсе, но сейчас некогда объяснять, почему ему жизненно важно доставить женщине максимальное удовольствие.

Ангелина вонзила пятки ему под ребра. Алекс рывком поднял ее ноги и положил лодыжками себе на плечи. И соединился с ней бурно и быстро, а она вся задрожала под ним.

— Мой Ангел! — закричал он, сжав зубы, когда из ее груди вырвался хриплый крик. Тело Алекса дернулось раз, другой, затем он содрогнулся и рухнул.

Через мгновение перевернулся, увлекая ее за собой, но не размыкая рук, будто не собираясь ее никогда отпускать.

Шел проливной дождь, когда Ангелина проснулась от дальнего шума на кухне. Не обнаружив рядом Алекса, она скорчила гримаску, но не удивилась. Наверняка кто-то, Алекс или миссис Джилли, готовит завтрак.

Она отдала бы все на свете, чтобы снова спрятаться в свой кокон, но жизнь требовала свое. Сэнди все еще нет. И все еще есть Алекс.

Проклятие, ей давно пора уйти и заняться повседневными делами.

Ангелина с трудом села и, смахнув волосы с лица, посмотрела на часы, стоящие на туалетном столике в углу комнаты. Утро наполовину прошло, а еще ничего не сделано.

Что это за запах? Кофе? Крепкий, густой и ароматный, он внезапно показался самым желанным на свете. Но сначала нужно смыть усталость с тела.

Нет. Сначала нужно позвонить.

Она все еще раздумывала, что важнее, когда Алекс локтем открыл дверь и появился на пороге мрачной старинной комнаты, заполненной мебелью, принадлежавшей еще его предкам. Поднос в его руках опасно накренился.

Дина ненавидела эту мебель, как ненавидела все в его доме. Он просил ее сделать перестановку, если захочет, но она даже пальцем не шевельнула.

На месте Дины Ангелина за шесть месяцев поменяла бы здесь все. Без всяких усилий ей удалось развеять темноту, впустить солнце, поднять его дух, что казалось уже совсем невозможным.

Но не для Ангелины. Вокруг нее всегда что-то светилось. Даже ребенком она умудрялась своей прямолинейной честностью и неукротимой бодростью создавать у него хорошее настроение. Она всегда нравилась ему, но как только он начал замечать ее, как похотливый мальчишка замечает девочку, то постарался держаться от нее подальше.

Потом он встретил Дину. Старое трио стало расклеиваться, и Ангелина внезапно исчезла из поля зрения — занятая своей жизнью, как говорил Гас.

И вот она здесь, сидит на его кровати среди измятых простыней, опершись локтями на голые колени и положив подбородок на руки. Та же прямолинейная, светящаяся Ангелина. Она выглядела так чертовски привлекательно, что он с трудом удержался, чтобы сию секунду не броситься к ней и не искать снова забвения в ее объятиях.

— Я думаю, ты начнешь с кофе и тостов, а потом мы продолжим чем-нибудь посущественнее, — сказал он.

— Алекс, ты говорил с учителями Сэнди? С этой… Тоддихой?

— Миссис Тодд.

— Все верно. Ты мог бы от них что-нибудь узнать.

— Ангелина, я не хочу тебя отпускать. Она с озорством посмотрела на него.

— А еще я подумала, что можно заскочить к Гасу, потому что…

— Никуда и никогда.

— Алекс, не надо устраивать диспут! Пойми, я думаю, есть прекрасный шанс, что…

— Ты слышала, что я сказал?

— Конечно: «Ты слышала, что я сказал?» Рискуя повалить лампу и телефон, он поставил поднос на столик у кровати и сел позади нее.

— Послушай, я знаю, время неподходящее, но учти, я не могу допустить возможность потерять тебя на следующие десять или двадцать лет.

Ангелина никак не ожидала увидеть, что у него дрожат руки. Под глазами круги, темные как виноградное желе, на щеке порез от бритвы, и она любила его таким и будет любить, пока стучит ее сердце.

Но он прав. Сейчас неподходящее время.

— Алекс, послушай внимательно. Через день после того, как Сэнди помогала мне в питомнике, а Гас возился с проводкой, она стала меня расспрашивать, где дом Гаса, и кто с ним живет, и была ли я там.

Наконец-то удалось привлечь его внимание. Ангелина потянулась за его спину, налила две чашки кофе и положила в него три ложки сахара, как он любит. Алекс насторожился, а она добавила:

— Так что я подумала, что есть шанс…

— В этом случае Гас наверняка уже позвонил бы.

— Смотря сколько времени Сэнди туда добиралась. Если кто-то подбросил ее на машине, то недолго. Несколько часов. Но если ей пришлось добираться автобусом — намного дольше. А потом еще дорога от автобусной станции до его дома. Кроме того, если ей пришло в голову убедить Гаса, что мы могли… то есть под влиянием момента могли бы…

— Обнаружить, что не можем жить друг без Друга?

Ангелина почувствовала, что ее лицо начинает гореть. О Господи! Именно этого она желала всю жизнь, но разговор слишком серьезный, чтобы начинать его сейчас, когда после сна волосы ее напоминают воронье гнездо, а физиономия — как всегда, когда она волнуется, — красная, словно зрелая клюква.

Завладев непослушным завитком над ее ухом, затем еще одним, Алекс обернул их вокруг пальца. Его глаза снова стали серебристыми.

— Я говорил, что, когда вернулся от тебя, она меня дожидалась? Хотела узнать, спали ли мы, собираюсь ли я жениться на тебе и почему не привез тебя с собой. Вот в этом и крылась идея идиотского исчезновения.

Ангелина прижала руки к пылающим щекам.

— Итак, я догадалась правильно!

— О чем? Что она у Гаса? Я опережаю тебя на два шага. Утром я первым делом пытался дозвониться ему домой, но там не отвечают.

— А по сотовому?

В этом не было нужды. Гас позвонил сам, пока Алекс принимал душ, и сообщил, что

едет с гор с пассажиркой и они прибудут в город примерно через час.

Отдаленный звук хлопнувшей дверцы автомобиля пробился к ним сквозь стук дождя по черепичной крыше.

— Флора, — сказала Ангелина.

— Не думаю, — усмехнулся Алекс. Удар возник от чего-то более солидного, чем маленькая «хонда» его поварихи. Скорее так звучит хороший трудяга грузовичок. И в этот утренний час только один такой грузовичок может остановиться перед его дверью.

Повернувшись к растрепанной женщине на его кровати, Алекс наклонился и подхватил ее на руки вместе с покрывалом.

— У нас лишь две минуты до момента, когда они ввалятся сюда. Итак… не пора ли завершить торги до того, как твой брат и моя дочь потребуют сатисфакции, или ты собираешься лицезреть, как эта парочка будет таскать мое окровавленное тело по полу?

Ангелина с подозрением посмотрела на него.

— Ты успел выпить утром?

Торопясь и захлебываясь, Алекс рассказал ей всю историю. Когда он закончил, на лестнице раздались шаги Гаса и возбужденное чириканье Сэнди. Еще секунда — и они появятся на пороге спальни.

— Быстрее! Ответь мне, — потребовал Алекс. Его глаза смеялись. — Мне запереть дверь и снова убеждать тебя?

— Это абсурд, — произнесла она, пытаясь говорить гневно, но получилось жалко.

29
{"b":"4649","o":1}