ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Было совершено с полдюжины таких бросков, после чего удача неожиданно улыбнулась пешему Властителю. Повисшие на Летуне упыри не дали дракону уклониться от сокрушительного удара. Меч-серп обрушился на расправленное крыло.

Болезненный взрык, подобный грому, огласил ущелье.

Крыло преломилось. Летун пал наземь.

Сбитый дракон метнулся в сторону в тщетной попытке вновь подчинить себе воздух. Раз метнулся, другой, третий…

Не смог. Перебитое крыло лишь царапало землю.

Не имея более возможности летать, раненый змей неуклюже, но довольно быстро волочил свое массивное чешуйчатое тело по камням, прорываясь назад – в глубь ущелья, к своим. Спасая себя и седока.

Черная туша сминала любого, кто вставал на пути, шипастый хвост не давал подойти сзади. Наездник, так и не покинувший седла, рубил противников, подступавших справа и слева.

Им повезло: они вырвались из плотного вражеского кольца. Черный Князь на покалеченном змее добрался-таки до авангарда своего войска. Но вот вывести армию из ущелья он так и не смог. Не дали. В узкое пространство меж скалами втискивались все новые и новые Пьющие другого Властителя. Преграждая путь, оттесняя противников обратно. Армия Шоломонара, пробившегося в этот мир раньше, оказалась все же сильнее и многочисленнее…

Бернгард опомнился первым.

– К ущелью! – крикнул магистр. – Быстрее!

До горловины ущелья, куда уже втянулись все темные твари, они домчали галопом. А вот дальше было сложнее. Дальше начинались завалы, по которым лошадей можно вести только в поводу.

Спешились. Бросили коней.

Задержались перед грудой крупных валунов и скальных обломков. «Прежде их вроде бы не было», – машинально подумал Всеволод. И лишь потом увидел черный чешуйчатый бок под камнями. Различил нелепо вывернутое крыло. И изгиб массивного хвоста с обломанным шипом. И длинную толстую драконью шею. И огромную полузмеиную-полуптичью голову с пугающим мертвым оскалом. Сбитый Сагаадаем Летун лежал неподвижно, уставив на них из-под толстых век обломки стрел в пустых глазницах.

Теперь ясно, кто устроил обвал у входа в ущелье…

Заминка была недолгой. Бернгард, сорвавшись с места, полез наверх – по камням, по черной чешуе мертвого дракона. Всеволод поспешил за магистром. Остальные тоже старались не отставать.

Полностью сломав строй, они перебрались через завал. А за завалом…

За завалом – вновь стена белесых тел. Начиналась она всего в паре десятков шагов и, начавшись, тянулась извилистой змейкой дальше по неровному дну тесной расщелины. Правда, нечисть, загораживавшая проход, теперь была обращена спинами к сторожному отряду. Лишь отдельные упыри оборачивались и угрожающе щерились на людей, однако напасть не пытались.

И все же…

Путь к Мертвому озеру все же был перекрыт. Глухо. Намертво.

Все ущелье впереди было забито, запружено, запечатано темными тварями. Здесь, на стиснутом ненадежными сыпучими склонами пространстве, упыри стояли еще плотнее, чем на равнине перед замковой горой. Меча не просунуть – так тесно они стояли. Единой слипшейся массой. На камнях, на завалах, на уступах, а кое-где – буквально на головах друг у друга…

Сотни, тысячи, быть может, десятки тысяч упырей. В один, в два, в три слоя…

Многие пытались лезть по скалам – выше, дальше. Но выветренная, потрескавшаяся порода не держала бледные тела и крошилась под крепкими когтями.

А впереди – такие же спрессованные толпы. А с противоположной стороны напирают другие твари – столь же плотно поставленные. А в глубине ущелья меж теми и другими кипит яростная битва.

Да, одни упыри теснили других. Назад, к Мертвому озеру. Но – медленно, слишком медленно теснили, А прорубаться сквозь этакую преграду самим… и притом в пешем строю прорубаться… Впрочем, здесь, в беспорядочных россыпях камней и трупов, и строя-то не удержать. Да что там строй! Здесь попросту некуда будет падать срубленным тварям. А людей, сунувшихся меж скал, сомнут, расплющат в давке. И никакие доспехи не помогут.

Под замковой горой, на открытом пространстве, возможно, еще был невеликий шанс пробиться к ущелью. Но пройти через само ущелье. Через ТАКОЕ ущелье… Битком забитое нечистью… Сейчас пройти…

Они все же попытались.

Налетели сзади. Без строя, без смысла, без надежды врубились в бледные спины. Задние ряды упырей развернулись, вступили в бой – больше обороняясь, отмахиваясь от нападавших, как от назойливых мух.

Бились долго. Изрубили уйму тварей. Потеряли двоих ратников: одного живого, одного умруна. Продвинулись лишь на пару-тройку аршинов.

Нет, оно того не стоило. Такими темпами и с такими потерями не пройти и половину ущелья. Пришлось отступить.

Сделать это им позволили. Их не преследовали. Им не мстили. На них по большому счету не обращали внимания. У Черного Князя и его темного воинства, втиснутого меж скал, была сейчас другая цель и другой враг.

– Бесполезно! – Голос Бернгарда походил на стон. – Эта дорога к озеру не для нас, русич.

– А есть другая дорога? – Всеволод повернулся к магистру.

– Есть, – пожал плечами тот. – По воздуху. Но у нас нет Летуна. А значит, и ее у нас тоже нет.

– И что же теперь делать?

– Ждать, – рассеянно отозвался Бернгард.

– Чего ждать?

– Что будет дальше. Если повезет, те, кто сейчас закрывает нам путь, расчистят его.

– А если нет? Не повезет если?

Бернгард поднял забрало. Глаза его были злы и печальны. Редко Всеволоду доводилось видеть такое сочетание.

– Значит, битву за твое обиталище мы проиграли, русич. В любом случае от нас больше ничего не зависит. Все зависит от того, кто победит там, в ущелье. Как победит. И когда победит.

Бернгард вложил меч в ножны.

Значит, ждать? Кто, как и когда…

Они ждали. Наблюдая, как одно упыриное воинство оттесняет другое.

И они шли за наступающим белесым валом, как трусливое мародерское отребье следует за победоносной армией.

Черной крови и рваной плоти под ногами было все больше и больше. Идти становилось труднее. Ожесточенная битва двух темных армий продолжалась, но битва эта откатывалась по теснине ущелья. Дальше. Быстрее. А они лишь тупо преследовали ее. Не теряя своих бойцов. Увязая в чужих трупах.

Вновь время утратило всякий смысл. Время словно бы остановилось. Ночь, казалось, тянется уже целую вечность и продлится еще столько же. Такое было чувство. Убегающие в никуда минуты и часы не ощущались совершенно. Времени попросту не было. Были только реки упыриной крови и груды дохлой нечисти на непролазных каменных завалах.

По которым нужно карабкаться, через которые нужно лезть.

И была продвигающаяся вперед стена бледных спин, от которой нельзя было отставать.

И еще – стены сыпучих скал по бокам. И – раскол звездного неба над головой.

Они уже перебрались через неподвижную тушу второго Летуна – издохшего, вытянувшегося поперек ущелья, взгромоздившего вокруг себя горы мертвых упырей. У твари с перебитым крылом была теперь еще и сломана шея. Даже нет, не сломана – размозжена серповидным мечом наступавшего Властителя. Чудовищные удары изогнутого лезвия не столько рассекли крепкую драконью чешую, сколько смяли, раздробили и перемешали укрытую за нею плоть и кость.

А битва не утихала. Оба Черных Князя еще были живы. Правда, преимущество одного над другим становилась все очевиднее.

Темные твари, напиравшие со стороны замковой горы, уже вытесняли противника из ущелья, выпихивали его в клубящуюся зеленоватую дымку над каменистым плато. Одни упыри недалеки были от того, чтобы сбросить других в мертвые воды, когда…

Странная дрожь прошла вдруг по плотным белесым рядам. Всеволод отметил это машинально, не задумываясь о причинах.

Зато Бернгард сразу понял, в чем дело.

– Рассвет! – голос князя-магистра звучал бесцветно и вовсе уж потерянно. – Скоро рассвет!

Сознание и мысли Всеволода вмиг прояснились.

РАССВЕТ!

Нет, на черной полоске неба над головой еще не было и намека на утренние зарницы. Но темным тварям дано чувствовать восход светила задолго до багрового росплеска первых солнечных лучей.

46
{"b":"465","o":1}