ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Разведенная жена, или Жили долго и счастливо? vol.1
Книга огня
Замок из кошмаров
Любовь колдуна
Забытые
Социопат по соседству. Люди без совести против нас. Как распознать и противостоять
Она не объясняет, он не догадывается. Японское искусство диалога без ссор
Гигантские шаги
Круг Героев

— Саша не сдастся без боя. Она дизайнер, и вся цветовая гамма здесь — ее рук дело. Вы когда-нибудь слышали о бархате, внутри которого паровой каток? Так вот, это — Саша.

— Я говорю не о сочетании цветов, а о том, как установить полки, — пояснил Коул. У нее нежные губы; уголки рта устало опущены, как будто она потеряла всякую надежду, подумал он. Черт, ничего с ним не случится, если он немного подбодрит ее.

К счастью, прежде чем он успел поддаться порыву, инстинкт самосохранения взял верх. Сделав глубокий вдох, Коул сказал:

— Хотите знать, что я думаю? Я готов держать пари, что вы устоите против любого парового катка, покрыт он бархатом или нет.

Кажется, его слова произвели некоторое впечатление. По крайней мере уголки полных губ слегка приподнялись.

— Наверное, я просто сошла с ума, задумав все это. Не возражайте — теперь уже слишком поздно; я зашла слишком далеко, — на этот раз Марти хихикнула.

У Стивенса возникло искушение притянуть ее к себе — так, чтобы она склонила голову на его плечо, и сказать, что не надо беспокоиться, потому что после непроглядной тьмы всегда наступает рассвет.

— Покупатели должны иметь возможность свободно передвигаться по магазину, вы же понимаете? Они не захотят листать книги в помещении, где будут страдать клаустрофобией.

Подойдя к Марти, Коул положил руку ей на плечо.

— Как вы отнесетесь к тому, чтобы укоротить несколько полок до метра восьмидесяти сантиметров и установить их у стены вот здесь, здесь и здесь? — он указал рукой на стену, снова коснувшись плеча Марти. — Тогда появится много свободного места, а пространство в углу за дверью можно использовать для навесных полок.

Цветы. Даже несмотря на слабый запах краски и жженой корицы, Коул чувствовал исходивший от нее аромат цветов. Ни одно растение не цветет у нее во дворе. Должно быть, это запах женщины.

Никакого макияжа, растрепанные волосы, одежда, возможно купленная в благотворительном магазине, — и при этом она источает запах тропических цветов.

Чувствуя, что краска заливает ей лицо, Марти медленно кивнула.

— И я могла бы использовать оставшиеся части полок вот здесь… и вон там. — Она указала на пространство между окнами на каждой стороне комнаты. — И ведь еще есть столовая.

Постепенно озадаченное выражение — оно показалось ему таким — исчезло с ее лица. Он не мастер читать настроения по женским лицам, но больше она не выглядит настороженной. Похоже, она возбуждена, а такая Марти Оуэнз заставляет его терять присутствие духа. Стивенс подошел к двери и прислонился к косяку, глядя, как Марти расхаживает по комнате, жестикулируя и тихо бормоча что-то, по всей видимости, бессознательно.

Он и не предполагал, что серые глаза могут заискриться. Если так она выглядит в постели…

— Пожалуй, мне лучше возвратиться на причал, заявил Коул. Одно дело — помогать ей в перестройке дома, и совсем другое… мда… забудь об этом! Мне бы хотелось попасть сюда к семи часам, если это не слишком рано для вас, — сказал он. В это время она будет выгуливать собаку, и он сможет начать работу, не подвергаясь каким-либо соблазнам.

Марти провожала взглядом грузовик Коула, пока он не исчез из виду. У нее разыгралось воображение. Что такое есть в мужчинах и в том, как они одеваются? Возможно, девяносто девять из ста носят мешковатые комбинезоны с нагрудным карманом. Ну и Что? В их присутствии с нею не происходит того, что Саша называет химической реакцией.

Затем появляется один из ста — нет, из тысячи, в выцветших джинсах и простой черной футболке, и она немедленно начинает думать…

Уймись, сердце мое.

Спустя несколько минут Марти собралась с мыслями и стала обдумывать стоявшую перед ней проблему. Одну из многочисленных проблем. Она бродила по комнате, прикидывая, как лучше использовать пространство, и производя подсчеты на обороте конверта. Если превратить подсобное помещение в кухню…

Ну вот, когда ей уже казалось, что ее план провалится, внезапно все становится на свои места благодаря сексапильному плотнику с растрепанной шевелюрой, золотисто-зелеными глазами и улыбкой, способной расплавить фарфор.

Что совершенно не относится к делу, строго одернула себя Марти.

В среду утром Марти проснулась задолго до рассвета, не испытывая, как ни странно, никакой сонливости, несмотря на то что бодрствовала до глубокой ночи, мысленно так и этак расставляя полки в своем новом демонстрационном зале. Собачья гостиница открывается в семь часов, и в это «время должен приехать Коул.

Большими глотками Марти выпила стакан апельсинового сока и поморщилась, когда голодный желудок выразил свое недовольство. Закутавшись, она поспешно вышла из дома, не заперши парадную дверь. Сырой холодный северо-восточный ветер все еще завывал, как хор привидений-плакальщиц.

Матт любил такую погоду. Наверное, в крови какого-нибудь его предка текла кровь белого медведя. С развевающейся на ветру длинной шерстью он галопом помчался по Уолтер-стрит к своему излюбленному месту — кафе, где продавали гамбургеры. С таким же успехом ее вопли могли привлечь внимание паровоза. Но Марти все равно не сдавалась. Если верить статье в одном из женских журналов, которые ей всегда приносит Саша, предварительно загнув нужную страницу, крик является чрезвычайно эффективным средством для снятия стресса.

На стоянке Марти увидела несколько машин.

Большинство из них принадлежало обслуживающему персоналу, так как кафе должно было открыться минут через двадцать. Смутно знакомый серый «мерседес» медленно проехал мимо, вероятно разыскивая место, где можно позавтракать.

— Бегу, бегу! — крикнула она, когда Матт рванулся за бездомной кошкой, шнырявшей возле ящиков, которые он считал своей личной кладовой.

Двадцать минут спустя она наконец закрыла дверь его клетки в собачьей гостинице. А когда возвратилась домой, Коул уже был там.

— Привет! Я дома, — крикнула Марти. Поморщившись от боли, она сняла пальто и бросила его на скамейку в коридоре. Позже, может быть, повесит его в шкаф, но сейчас ей нужно упасть и отдышаться. Как только придет в себя, она примет пару таблеток ибупрофена и сообразит что-нибудь на завтрак. Столовая ложка арахисового масла — простая и быстрая еда.

Услышав шаги, Марти подняла голову и увидела, что ее плотник спускается по лестнице. В выцветших джинсах и черной рубашке у него слишком агрессивный и мужественный вид, чтобы позировать для журналов; хотя он идеально подходит для каталогов спортивных товаров.

— Доброе утро, — устало улыбнулась Марти.

— Похоже, что марафон вы проиграли, — заметил Коул.

— Прибежала последней, как всегда. Поверьте, это не стоит никаких денег.

— Вам… гмм… платят?

Она кивнула.

— Если бы я познакомилась с этой чертовой собакой до того, как Холлеты уехали, я бы ни за что на свете не согласилась даже приблизиться к нему.

— Он так плох? — спросил Коул.

Благослови его Бог! Он вошел в кухню и включил кофейник, который она приготовила перед тем, как уйти. Ей пришло в голову, что ни один мужчина никогда не готовил для нее кофе — даже ни один из мужей.

Почему-то ей захотелось плакать.

Аллергия. Не иначе.

— Он не только весит на тонну больше, чем я, но и превосходит меня в упрямстве, — пояснила Марти. Широко раскрыв глаза, она посмотрела в его загорелое, обветренное лицо. — Знаете что? Держу пари, Холлеты обращались ко всем своим знакомым, но получили отказ. Какая же я глупая!

Коул улыбнулся ей. Господи, она этого не выдержит!

— Приобщите это к своему жизненному опыту.

Он подошел ближе. Марти почувствовала, что он прикоснулся к ее плечу, а затем нажал большими пальцами на твердые, как камень, шейные мышцы. Опустив голову, она застонала.

— Не беспокойтесь, вы не… а-ах!

— Вот здесь больно? Это трапециевидная мышца.

— О да, да! — промурлыкала она.

Коул повернул ее, чтобы использовать обе своих руки. Он чувствовал, что Марти напряжена, как леска, на которой повис тридцатикилограммовый морской окунь. Под тремя слоями одежды ее кожа показалась ему теплым бархатом. Коул потянул носом. Снова аромат цветов. Неужели все ее тело так пахнет?..

11
{"b":"4654","o":1}