ЛитМир - Электронная Библиотека

— Все-таки мне кажется, что он ей не пара. Она в колледже училась и все такое прочее. Может быть, нам нужно поискать еще. А как насчет тех важных дельцов, для которых ты делаешь работу?

— Женатики, гомики и зануды. Ты недооцениваешь нашего плотника-жеребчика. Одна моя подруга знает архитектора-декоратора, который делал его дом, и она говорит…

— Какой дом? Если у него есть дом, почему он спит на этой старой посудине?

— Согласно сведениям, поступившим от моего информатора, он занимал высокий статус в крупной строительной компании. Там, в Вирджинии.

Он даже был женат на дочери своего босса, но затем произошел какой-то скандал — связанный с бизнесом, не с личной жизнью. Во всяком случае, когда пыль осела, то есть разговоры прекратились, он оказался без работы, компания развалилась, а жена и ее адвокаты обчистили его. Поэтому он живет на лодке и не брезгует случайной работой, чтобы свести концы с концами.

— Не знаю, как он сводит концы с концами, но он ничего не взял с Боба Эда за окна, которые починил.

— Что ж, это даже лучше. Я сомневаюсь, что Map… то есть Лили, обрадуется, если узнает, что он на мели.

Файлин осенило.

— Помоги мне Бог! Так ты хочешь свести его с Марти, а не с мисс Лили! — Она довольно ухмыльнулась, добавив несколько морщин к лицу, напоминавшему сушеную сливу.

— Ну а ты как думаешь? У Марти уже несколько лет нет мужчины, даже любовника.

— Да, в последнее время у нее появились причуды.

— Ммм… И видит Бог, этот плотник — сам соблазн во плоти. Между прочим, в этом году вы собираетесь устраивать гулянку в день рождения Боба Эда?

— А как же! Тушеный гусь с репой, капуста листовая, мясо на вертеле и все остальное, как всегда.

— А все остальное подразумевает выдержанный самогон, — поддразнила ее Саша. Егерь представлял себе празднование только таким — это было традицией в местности, где все развлечения носили самодеятельный характер. Подобные сборища предоставляли бесценную возможность для сватовства, которую Саша не упустила бы ни за что на свете. В прошлом году в списке гостей фигурировал президент банка, заведующий хирургическим отделением больницы из Чесапика и три спортсмена, заявленных в Высшую лигу, все клиенты Боба Эда плюс близкие подруги Файлин.

— Только на этот раз не надевай шпильки, а то Боб Эд не будет приглашать тебя на вечеринки, сказала Файлин. — Они застревают между планками на пирсе и царапают доски, а Бобу Эду это не нравится.

— Я обязательно оденусь соответственно торжественному событию. Может быть, даже возьму у тебя взаймы пару белых теннисных туфель. Но вернемся к разговору о Коуле Стивенсе. По сведениям моего источника, его жена была настоящей ведьмой, поэтому наш красавец плотник, возможно, немного пуглив.

— Назови мне мужчину, который не пуглив, особенно если он думает, что его намереваются заарканить.

— Мы же не загоняем их к алтарю; мы просто создаем подходящие условия, чтобы помочь людям присмотреться друг к другу, — уверенно сказала Саша.

Файлин поджала тонкие губы.

— На вечеринку придут еще несколько свободных мужчин. Ты позаботься о том, чтобы пришла мисс Лили, а я уговорю Марти.

— Договорились, — согласилась Саша, сияя от удовольствия, словно персидская кошка, налакавшаяся сливок.

Марти подумала, не попросить ли Коула помочь ей, но, услышав визг электрической пилы, решила, что наверху он нужнее, чем внизу. Затащила же она тогда проклятые штуковины в гараж, используя только собственную спину, смекалку и двухколесную ручную тачку. Если теперь ей удастся преодолеть эту единственную ступеньку, чтобы оказаться в кухне, проделать остальной путь будет легко.

Взгромоздив на тачку отпиленную секцию книжной полки, она осторожно начала продвигаться к единственной ступеньке.

Оч-ч-чень осторожно… Когда чертова махина начала соскальзывать, у Марти вырвался вопль.

Электрическая пила наверху мгновенно умолкла. Марти испустила еще один крик. Прижавшись спиной к дверному косяку, она уперлась одним коленом в полку, надеясь удержать ее от падения на цементный пол гаража.

— Коул! Помоги мне!

— Что, бога ради, слу?.. — Коул появился позади нее, как джинн из бутылки. — Держись, я иду!

— Ты не протиснешься, — простонала Марти. Зажатая в проходе между кухней и гаражом, она пыталась удержать шатающуюся полку.

Коул исчез. Через несколько секунд он снова появился в гараже и подпер наклонившуюся полку обеими руками.

— Куда ты, черт подери, тащишь ее?

— В гостиную.

— Сейчас? Для чего?

Марти только покачала головой. Если ей самой это непонятно, как она может объяснить ему?

— Вот так. Держи, я вытяну коврик.

Спустя несколько минут первая полка водворилась в гостиной, составив компанию дивану, трем стульям и двум столам. Картина получилась чудовищная.

Это только первый шаг, успокоила себя Марти.

Любое путешествие начинается с первого шага, вычитала она где-то.

Беда в том, что она слишком много читает.

Включая Шекспира. Одного взгляда на Коула, который стоит в дверях, скрестив руки на широкой груди, достаточно, чтобы вспомнить цитату из «Отелло»: «Вот Кассио. Его голодный взгляд свидетельство опасности безмерной».

И не забывай об этом, предостерегла себя Марти.

Разрываясь между ликованием и разочарованием, она смотрела на полку, которая вторглась в ее гостиную, словно слон в посудную лавку. Остальное стадо пока в гараже.

— Я забыла, что она такая большая, — прошептала Марти. — Что же я буду делать с остальными?

— Ты в самом деле хочешь, чтобы я посоветовал что-нибудь? Подожди, пока у меня будет время распилить их, и тогда мы сможем поместить их здесь.

Коул подошел к Марти сзади и положил руку ей на плечо. Большим пальцем он принялся растирать ей затылок, где у нее неизменно накапливалось напряжение.

— Проблема в том, что ты делаешь это шиворот-навыворот. В следующий раз проси, чтобы я помог тебе.

— У тебя много работы наверху. Здесь, внизу, я сама справлюсь.

Ей удалось бы справиться намного лучше, если бы она не таяла от прикосновения его волшебных пальцев. Легкий вздох слетел с ее губ, когда Коул нашел болезненную точку.

Больно… но это приятная боль…

— Не будь такой чертовски упрямой, — сказал он.

— Ну хорошо, я сделала ошибку. Но мне хотелось посмотреть, как это будет выглядеть.

Когда Коул начал хихикать, она окаменела.

— Не надо слов. Да, здесь ужасный хаос. Вероятно, я сделала самую большую ошибку в жизни.

Ну, может быть, вторую по величине.

Пальцы Коула скользили по ее затылку, поднимаясь к волосам, поглаживая, массируя и расслабляя.

— Какая была самая большая? — спросил он. Мне просто любопытно, но ты можешь не отвечать.

— Я и не собираюсь. — Ему не нужно знать, что в то время, когда она встретила Бо Оуэнза, она была в романтическом угаре, начитавшись любовных романов, и приняла обходительные манеры, костюмы, сшитые на заказ, и красивое, как у кинозвезды, лицо за настоящую любовь.

Только одно было у Бо настоящим — полное отсутствие целостности. Кажется, есть цитата о том, что учиться и начинать все сначала никогда не поздно.

Марти шмыгнула носом, жалея, что у нее нет платка.

До сих пор ей удалось достигнуть только одного — разрушить единственное достояние, свой дом.

Жгучие слезы застлали ей глаза.

Не говоря ни слова, Коул повернул ее к себе.

Она, заплаканная и отчаявшаяся, беспомощно прислонилась к нему. Вот еще одна неприятность она не в силах совладать со своими эмоциями. Или сказывается систематическое недосыпание и недоедание, или у нее начинается преждевременная менопауза. Вот уж поистине радостная мысль!

— Эй, — тихо сказал Коул, шевеля теплым дыханием волосы Марти, — мы уже много сделали. Что, — если я помогу тебе перенести мебель наверх прямо сейчас? Здесь мы оставим кресло-качалку, чтобы ты могла сидеть и планировать, как использовать это пространство.

— Мы не можем переносить туда мебель, потому что ты еще не закончил. — Она почти жалела, что Коул проявляет такое сочувствие и понимание.

20
{"b":"4654","o":1}