ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Поесть было тоже не грех.

Чтобы скрыть растущую тревогу, она без остановки болтала.

— Мама когда-то сказала мне, что у рыжих калории сгорают быстрее, чем у большинства людей. Я ела сладкое и не поправлялась, и это замечательно… — Синди одернула футболку и улыбнулась, скрывая смущение. — Мне нужно привести себя в порядок. Закажи мне чизбургер, немного картошки и пирожок, ладно?

— Договорились, — сказал он, и ей захотелось погрузиться в его теплый раскатистый голос и оставаться там до тех пор, пока все не встанет на свои места.

Синди пошла в дамскую комнату, размышляя о Хитче. Он мягкий, добрый, внимательный, заботливый, его все любят и уважают. И он ее друг.

Друг? Он слишком сексапильный, чтобы быть другом, она постоянно ощущает на себе волны его мужского обаяния, какая уж тут дружба!

Синди быстро ополоснула лицо холодной водой, вытерлась бумажным полотенцем и подумала, что неплохо было бы переодеться во что-то более привлекательное, прежде чем выйти отсюда.

— Я достаточно спокойна сейчас, — призналась она, возвратившись через пару минут. В ресторане было всего несколько человек, и официанты выглядели полусонными.

— Не понял, а что должно тебя беспокоить?

— Я не считаю себя несчастной или несправедливо обиженной и ничем не возмущаюсь.

— Молодец! Знаешь, Синди, я все обдумал, пока ты дремала, и у меня возникли две идеи.

Надеюсь, они тебе понравятся.

— Для чего же нужны друзья, как не для того, чтобы выслушивать идеи друг друга?

Он посмотрел на нее ироничным взглядом.

— Вот-вот, друга. Идея номер один заключается в том, что все случившееся произошло не без причины. Тебе нужен был толчок, который вырвал тебя из той среды, где… твои творческие способности не были нужны и не могли быть реализованы.

— Ты имеешь в виду мои шляпы? Мне казалось, что ты не одобряешь моего творчества.

— Я же аплодировал, помнишь? Я впервые добровольно смотрел показ мод и сознательно аплодировал.

Им подали заказ, и они с удовольствием приступили к еде.

— Согласна, что идея номер один принесла мне пользу. Я действительно думала уехать куда-нибудь после свадьбы Стефф…

— Посмотри мне в глаза: ты и в самом деле могла бы уехать и оставить тетку одну? Ну? Я хочу услышать это. , — Я… ну, конечно, я бы не уехала, пока не нашли бы компаньонку. Она не стара, но… беспомощна.

— Она слишком долго искала бы человека, который работал бы за ту плату, которую получала ты.

— Но я не… мне не… — она махнула рукой и откусила большой кусок от своего чизбургера.

Прожевав, сказала:

— По-моему, ты говорил о двух идеях.

— Мне нравится, что ты внимательно слушаешь. Правда, это скорее вопрос, а не идея: где ты будешь жить? Не на автобусной же станции? (Она помотала головой. Разумеется, жить ей негде.) — У тебя нет ни места, ни перспектив. Твоих денег хватит на пару обедов и одну-две ночевки в дешевом мотеле.

Она молча слушала его, совершенно убитая его доводами. Все так. Она на улице, без денег, без надежды на будущее…

— Тогда слушай, что я придумал.

Глава 7

-Нет, — категорически ответила она.

— Да.

— Приведи мне хоть одну вескую причину, по которой я должна?

Синди была ошеломлена, когда Хитч предложил это, но понимала, что это единственное, что ей сейчас нужно. Она прочла где-то, что жертвы похищения иногда привязываются к своим похитителям. Но она не была похищена, хотя готова была влюбиться в этого человека, но говорить ему об этом не собиралась.

— А если три веских причины?

— Ну тебя с твоими причинами, — пробормотала она, бросив сердитый взгляд на свою пустую кофейную чашку.

Было уже поздно. Оба они устали. Хитч все утро помогал Папе Маку устанавливать полки в гараже. Ее усталость была больше эмоциональной, чем физической, но она все равно чувствовала себя разбитой.

— Я инженер и руководствуюсь разумом.

— Ну а я модельер шляп. Творческий процесс больше связан с инстинктом и воображением, чем с разумом, а в данный момент мой инстинкт говорит мне, что это не сработает. Что касается моего воображения…

— И что же рисует твое воображение?.. — спросил Хитч…

Она заставила себя посмотреть ему в глаза.

Разумеется, он поступает в ее интересах, но выражение его лица было слишком бесхитростным, что вызывало некоторое недоверие. Синди начинала думать, что в отношениях с мужчинами она оказывалась не такой умной, как думала, хотя росла в обществе Мойры и Стефф, была свидетельницей всех их разговоров о молодых людях.

И вот сейчас перед ней Хитч, который совершенно выпадал из всех категорий.

— Я скажу тебе все после того, как ты назовешь мне причины, по которым я должна поехать к тебе домой.

— Первое. Ты устала. Мы оба устали. День был во всех отношениях тяжелым, так что нам обоим необходимо хорошенько выспаться, правильно? — (Она неуверенно кивнула.) — Второе.

Ты потратишься на мотель и завтрак, и у тебя не останется достаточной суммы для дальнейших действий. За любую меблированную комнату потребуют задаток и плату вперед за месяц еще до того, как ты туда въедешь. — Она хмуро взглянула на него. Он продолжал давить на нее. — Синди, у тебя нет выбора.

— В этом ты прав. Я и так должна Мойре большую сумму.

— Позволь полюбопытствовать, сколько?

Вздохнув, Синди решила, что он и так знает о ней все, чего не следовало бы знать, даже то, что одна нога у нее короче другой.

— У меня на счету было 372, 57 долларов. Я выписала ей чек на 350 долларов.

Хитч замолчал. Ему приходилось видеть цыплят с более развитым инстинктом самосохранения, хотя им был всего один день от роду.

— Надеюсь, ты взяла у нее расписку?

Синди медленно покачала головой.

— Ладно, позаботимся об этом. Ты не спросила, сколько стоят серьги?

— Конечно, нет. Мойра сказала, что они — подарок отца. Я никаким образом не могу возместить их моральную ценность, но высокая стоимость их несомненна: жемчужины в окружении бриллиантов в оправе из белого золота.

— Очень вычурные.

— Ну да… Я люблю вычурность, но они не в моем вкусе.

Потянувшись через стол, он накрыл ее руку своей ладонью.

— Да, я, кажется, начинаю понимать твой стиль. Итак, по сути дела, ты отдала все свои сбережения без всяких видимых на то причин, кроме той, что ты думала, что обязана сделать это.

— Это не совсем так. Я была не обязана делать это, потому что действительно положила серьги на столик, но их там не оказалось, я была последней, кто их видел, мне и отвечать.

— Правильно. Я понимаю твою логику.

Синди прикрыла зевок рукой.

— Ты не привел мне последнего довода, по которому я должна ехать к тебе домой.

— Пожалуйста. Причина номер три заключается в том, что ты еле держишься на ногах. — Он широко улыбнулся. Его усталые глаза блеснули, как мокрый сланец. — В конце концов, тебе нужно отдохнуть и обдумать свое отдаленное будущее прежде, чем ты выработаешь план на ближайшую перспективу.

Она снова зевнула.

— Это была причина номер один, только иначе сформулированная.

— Не становись рациональной, ты же модельер шляп, забыла?

— Модельер шляп. Ты не привел мне последний довод, но я слишком устала, чтобы спорить.

Он чопорно предложил ей руку, она приняла ее и поднялась.

— Тогда пошли. Надеюсь, я достаточно заправился кофеином, чтобы мы доехали до дому. Там ты сможешь поспать столько, сколько захочешь, пока я буду разгребать в своем кабинете накопившиеся бумаги.

Было уже за полдень, когда Синди открыла глаза. Она прекрасно выспалась на узкой, но невероятно удобной кровати. Умопомрачительный запах кофе и бекона заставил се покинуть свое милое убежище. Но сначала надо было привести себя в порядок.

Ее пластиковые мешки, один забитый шляпами и материалами для их изготовления, другой с ее личными вещами, все еще стояли там, куда их поставил Хитч. Синди стала перебирать одежду в поисках чего-то, что было не слишком помято. Увы, ничего привлекательного. Вздохнув, Синди взяла джинсовую юбку и желтую спортивную рубашку. Это было лучшее, что лежало в мешке, причем ее личное, купленное в магазине, а не чужие обноски.

16
{"b":"4656","o":1}