ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Тэнси? — пробормотала она. Господи Боже, похоже, что она не преувеличивала своего любопытства. — Бенджамин, тебя ждет встреча с пылкой обожательницей из публики, — сообщила она ему, чуть успокоившись, когда чувство юмора взяло верх над досадой. — Иди туда. Я оденусь и буду через минуту.

Он безропотно привел в порядок свою одежду.

— Я ждал почти три недели. Еще тридцать секунд меня, думаю, не убьют, но тебе одеваться не стоит. Как сказал один знаменитый генерал и как написано на французских духах: «Я вернусь».

Она хихикнула и тут же поперхнулась, услышав сквозь тонкую дверь голос Уолта:

— Челис, ты здесь? Извини, что задержался, дорогая, но на дорогах такие пробки.

Взгляд, который устремил на нее Бенджамин, истолковать было непросто. Она прочла в нем обвинение и в оправдание могла лишь покачать головой.

Он шагнул в дверь, закрыл ее за собой, но не успела задвижка щелкнуть, как Челис вскочила с постели. Раздетая, как была, она припала ухом к прохладной крашеной поверхности и беззастенчиво прислушалась. Неужели Уолт потерял остатки соображения? Пользуется, понимаете ли, ключом, входит к ней, как в собственную квартиру, да еще объявляет о себе, словно пришедший с работы муж. И что тут должен подумать Бенджамин?

А она? Отойдя от двери, она, будто защищаясь, обхватила себя руками и взглянула на свое отражение в зеркале. Господи, она, кажется, совсем рехнулась. Вроде приняла самое разумное решение, но стоило Бенджамину появиться, как через пять минут она с ним в постели!

Она окончательно определила свое будущее, но в нем им обоим не было места. Ни Уолту, ни Бенджамину. Она будет по-прежнему работать с Уолтом, если он позволит, но что касается Бенджамина, то это ведь всего лишь детская влюбленность, которая давно осталась позади, рудимент ее счастливого, беззаботного прошлого, который ностальгически являлся ей доныне. Посредством телесного пробуждения, добавила она про себя и негромко застонала, признавая свое поражение.

Порывшись в ящике комода, она извлекла оттуда белые хлопчатобумажные брюки и вязанный крючком пуловер. Натягивать их на влажное тело было нелегко, и еще труднее — причесываться, едва не выдирая волосы, с которых капала вода.

Вздернув подбородок, она приготовилась рвануть дверь спальни и раз и навсегда навести порядок в своем доме. Конечно, работа на каждом шагу не валяется, но при желании найти ее вполне реально. А что до другого, то о каком счастье можно вести речь, если он признает только случайные связи с женщинами? В прошлом инстинкты сослужили ей плохую службу, но теперь они говорят, что таких отношений ей не вынести, и это правда.

— Эй вы, оба, слушайте меня! — распахнув дверь, воскликнула она и, прищурившись, обвела взглядом пустую комнату. — Уолт! Бенджамин!

— Ты меня звала? — Бенджамин появился из кухни, вооружившись коленкоровой рукавицей. — Испанский омлет, — кивнул он на открытую дверцу духовки, где стояла чугунная сковорода, — mas о menos .

— Что случилось?

— С Грегори? Я его послал. О, не беспокойся, он цел и невредим, но к тебе в квартиру больше не заявится. — Он полез в карман, достал оттуда ключ на маленьком колечке, подбросил его в воздух и, поймав, водворил вновь в укромное место на своем бедре.

— Но что ему было нужно? Бенджамин, Уолт никогда… то есть он…

— Кажется, секретарша ему сказала, что ты срочно хочешь его видеть, и дала ему ключ. Интересно, зачем она это сделала?

Челис зацепилась ногой за один из двух кухонных стульев. Она забыла надеть туфли, но это потом.

— Вот чертовка! Сколько я ее знаю, она всегда души в Уолте не чаяла; впрочем, Тэнси без ума по меньшей мере от четырех мужчин, включая Омара Шарифа . Видимо, она думала, что таким способом чего-то добьется. Не понимаю, для чего еще ей надо было посылать его сюда, зная, что ты здесь.

Бенджамин опустил тяжелую шипящую сковороду на подставку и потыкал ножом в золотистую корочку. На поверхности были рассыпаны красные и зеленые крапинки, от омлета шел дурманящий аромат.

— Приготовь тарелки, а я разолью кофе. Я собирался сделать холодную мясную закуску, но не нашел здесь ничего, кроме полудюжины яиц и нескольких сырых овощей. Неудивительно, что ты опять отощала.

Она пропустила насмешку мимо ушей, ибо, попробовав омлет, ощутила такой волчий голод, что, лишь когда подмела добрых две трети своей порции, сумела сказать:

— Вы изумительная хозяйка, мистер По. Бенджамин изобразил смущение. — Перл может уморить своей отравой, так что я научился готовить в целях самосохранения.

— Зачем ты ее держишь? — Она положила себе еще ломтик, наслаждаясь и импровизированным ужином, и товарищеской атмосферой, в которой они чувствовали себя совершенно раскованно.

— Она еще в детстве работала у моих деда с бабкой, а когда они умерли, осталась содержать дом. Мы с Джин поселились в Бермуда-Ране, а дом нельзя было оставлять пустым. Она его любит, хоть и терпеть не может готовить. И так было всегда. Не нанимать же себе персональную кухарку.

Одной чашки кофе Челис оказалось мало. Заодно она долила и Бенджамину.

— А почему вы с Джин не захотели там жить? — Она не собиралась церемониться. Если вопрос его обидит, пусть не отвечает.

Он уставился на медную формочку для заливной рыбы, висевшую над плитой.

— Джин… Ну, скажем, Джин думала, что знает, чего хочет, пока не получила своего. Только тогда она поняла, что это не то, о чем она мечтала.

Челис молча ждала продолжения. Она не решалась размышлять о том, куда идут их отношения с Бенджамином, не слишком ли оторвались они от земли. Но если и так, то не Джин и не Ларе спускать их обратно. Если в его прошлом были и другие женщины (а сомневаться в этом не приходилось), пусть они подождут, пока она не разберется, что к чему.

— До нашей свадьбы Джин притворялась, что обожает ловить рыбу, ездить верхом и изредка бездельничать целый день на озере. Точно так же она обожала и Ядкин-Трейс. Это ее словечко, — добавил он без намека на сожаление. — А после свадьбы всякий раз, как мне хотелось помахать денек удилищем, проехаться по тропке вдоль реки или просто отдохнуть на озере, ей непременно нужно было завивать свои проклятые волосы. Стоило нам тронуться с места, как она начинала ерзать и спрашивать, вовремя ли мы вернемся и успеет ли она вымыть шампунем свои драгоценные волосы. Дай ей волю, она возилась бы со своими волосами столько, что за это время можно было бы урегулировать ближневосточный кризис!

Челис сочувственно улыбнулась. Ее уход за волосами ограничивался мытьем под душем, сушкой феном и стрижкой раз в месяц. Ее пунктиком были зубы. Чистить их щеткой и ниткой она могла бесконечно.

— Это, конечно, мелочь, но, видимо, тысячи таких мелочей и вбили между нами клин. Трейс как постоянное место жительства ее не устраивал. Все ее подруги соревновались, кто сумеет вбухать в свой дом больше средств, и ей пришлось включиться в эту игру. Это, я думаю, и привело в итоге к разрыву. Мы оба были молоды. Однако за ярким оперением птенца не разглядишь, в кого он вырастет. Я отдал ей дом в Бермуда-Ране, она его тут же продала и теперь живет, кажется, где-то недалеко от Сан-Франциско.

Они дружно поставили тарелки в раковину, и Челис пустила горячую пенистую воду, но, когда потянулась за резиновыми перчатками, Бенджамин поймал ее руку.

— Тарелки подождут. Я не для того торчу в этом городе уже два дня, чтобы смотреть, как ты моешь посуду.

— Я так не думала, — пробормотала Челис. У нее похолодело в груди: вот-вот откроется правда. Если она во второй раз опростоволосилась, сейчас это выяснится. — Бенджамин… а что ты здесь делаешь? Сначала я подумала, что ты от Лары, а потом испугалась… — Она выдержала паузу. — Дядя Леонард?

— В порядке твой дядя. Шлет тебе привет. Могу признаться, почему я здесь. Я сразу собирался дать тебе месяц, а потом поехать за тобой. Если бы я должен был продать ферму, переехать сюда и устроиться клерком в адвокатскую контору, я бы это сделал. — Его глаза лукаво заискрились. — Но если совсем честно, я надеялся, что ты оценишь саму по себе готовность к такому благородному жесту и не станешь требовать проверки.

30
{"b":"4657","o":1}