ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Дело о пеликанах
Витающие в облаках
Дневник слабака. Собачья жизнь
Assassin’s Creed. Последние потомки
Будда слушает
Вечный sapiens. Главные тайны тела и бессмертия
Белокурый красавец из далекой страны
Пластичность мозга. Потрясающие факты о том, как мысли способны менять структуру и функции нашего мозга
Закрытая книга
A
A

Челис стерла цветочную пыльцу со стола во дворе и вынесла бумажные тарелки, салфетки и пластмассовые ножи. Она терпеть не могла пить вино из пластмассовых чашек, но ничего лучшего у нее сейчас не было. Когда пламя исчезло и пышущие жаром угли начали остывать, она спустилась к озеру, где Бенджамин удил рыбу нахлыстом, и увидела, что он уже вытащил трех окуней дюймов по двенадцать каждый.

— А жена не будет тебя ждать?

— Мы с Джин развелись несколько лет назад.

Взмахнув складным бамбуковым удилищем, он забросил мушку под нависшую над водой ветку и стал осторожно подергивать леску. Мгновенно вода на поверхности забурлила и началось сражение. Челис села на землю и стала восхищенно смотреть, с каким терпением и мастерством Бенджамин вываживает старого и сильного большеротого окуня. Иногда ей казалось, что тонкое, как прут, удилище вот-вот сломается под бешеным напором, но в конце концов Бенджамин сумел подхватить рыбину сачком и вытащил крючок из окостеневшей губы.

— Ты хорошо боролся, старина, и заслужил свободу. — Он швырнул окуня обратно в воду, и Челис в изумлении покачала головой.

— Столько хлопот — и ты его отпускаешь? Он отвязал леску и положил удилище на плечо.

— В рыбной ловле главное не результат, а процесс. Для меня удовольствие в том, чтобы перехитрить рыбу, предложив ей соблазнительную приманку в нужное время и в нужном месте. А после этого, — он пожал широкими плечами, — я всегда выбрасываю тех, кто мне не нужен… или не нравится. — Из-под густых бровей он бросил на нее загадочный взгляд, и Челис только усилием воли подавила ощущение, что они говорили не о рыбе.

Напряжение спало. Улыбнувшись, он показал ей кукан с тремя окунями поменьше, и Челис вновь охватило чувство, что Бенджамин По стал даже более привлекательным, чем был много лет назад. Волосы цвета красного дерева были по-прежнему густыми, хотя слегка подернулись сединой и потому особенно резко контрастировали с вечно загорелой кожей. Нос был все так же гордо вздернут, а полная нижняя губа под более строгой верхней вызывала у нее такие же сладострастные мысли, как в те дни, когда она подсматривала за ним и его подружками, а потом шла домой и мечтала о нем.

— А второй раз ты не женился? — Слова невольно сорвались с ее языка, и она поморщилась от своей бестактности. В обществе она обычно не допускала таких оплошностей, но мысль о том, что Бенджамин женат, почему-то пристала к ней как репей.

— Нет. Я стараюсь не повторять своих ошибок. В тот раз я усвоил, что не очень-то разбираюсь в женщинах. И с тех пор не иду дальше случайных встреч. — Он швырнул улов на доску, приколоченную к сосне, и потянулся за ножом для чистки. — А ты? Все еще без мужа? Я тогда думал, что тебе не терпится самой испробовать всех тех запретных удовольствий, ведь ты тратила столько сил, чтобы взглянуть на них хоть одним глазком. Хотя, — сдержанно добавил он, — сейчас для этого брак необязателен.

Она опустилась на нос стоявшего рядом ялика и стала смотреть, как он чистит рыбу, непроизвольно поглаживая свою атласную ногу, которой опиралась на планшир.

— Никаких сил я не тратила, и, можешь успокоиться, я ни разу не видела по-настоящему того, что ты называешь запретными удовольствиями!

Повернув к ней голову, он улыбнулся, но она едва заметила это, ибо не сводила глаз с его рук. Они были длинные, сильные, красивой формы и на удивление хорошо — для фермера — ухоженные.

— Я с удовольствием устроил бы для тебя персональный показ, — поддразнил он, кладя отдельно жирные молоки.

— Нет, спасибо, — уничтожающе ответила она. — Куда больше меня волнует ужин.

Как ни странно, это было правдой. Все-таки аппетит ее явно улучшился, хотя голова по-прежнему была в тумане, а когда он временами рассеивался, одолевали не особенно приятные мысли.

— Сама не знаешь, от чего ты отказываешься, — не отставал он.

— Охотно верю.

У нее заурчало в животе, и она засмеялась, разряжая накалившуюся было обстановку.

Рыба оказалась вкусной. Стемнело, и они вместе сидели за столом и ели жаркое руками, запивая теплым вином.

Челис вздохнула, облизывая свои липкие пальцы, в то время как мириады насекомых и лягушек начали свой оглушительный концерт.

— А я-то думала, что Нью-Йорк шумный.

— Шум бывает разный.

— Ты, конечно, предпочитаешь деревенский.

— А ты нет?

Концерт прекратился так же внезапно, как начался, и они вслушивались в ночь, затаив дыхание, пока наконец одинокая лягушка не завела снова свою песнь.

— Пожалуй, нет, — сухо пробормотала она. — В Нью-Йорке меня ждет моя работа.

Почти беззвучно (она уже привыкла к этому) Бенджамин встал, собрал тарелки с объедками и отнес их к помойной яме.

— Пойдем, пора сполоснуть… — мягко позвал он.

— Что?

У них не было даже сковороды.

— Себя сполоснуть, — донеслось до нее из-под стаскиваемой через голову рубашки.

— Ты шутишь!

— А ты что, собралась баламутить воду у самого берега? Не раздумывай, ныряй. Или, может, спрячешься в кустах и опять будешь за мной подглядывать?

— Ты чокнутый! — Она перекинула ногу через скамью и встала. Бенджамин уже стаскивал брюки, и она с облегчением увидела, что в этот раз он надел короткие темные плавки. — У меня нет купальника.

— По-твоему, это меня когда-нибудь смущало?

— Обстоятельства слегка изменились, — ехидно напомнила она.

— Ты думаешь?

Подозрительно ласковый тон заставил се помедлить у кромки воды, но руки были такими неприятно липкими, а озеро, в котором уже отражались сверкающие звезды, таким манящим.

Стройное тело Бенджамина рассекло поверхность почти без всплеска, но она все мешкала, чем дальше, тем сильнее ощущая волнение, вытесненное из подсознания, как будто вернулись отроческие годы и она смотрит на него, притворяясь, что ловит рыбу.

— Мне тебя что, силой тащить? — опять позвал он. Его голова темным пятном возникла ярдах в десяти от берега.

— Купаться после еды опасно.

— Еще опаснее стоять и ждать, пока я сам за тобой приду, — мягко возразил он.

Челне сделала несколько шагов и лицом вниз бросилась в воду. Вода была ласковая, шелковистая, заметно теплее вечернего воздуха; она перевернулась на спину и поплыла на середину. Кругом было полно черепах и водяных змей, но разум подсказывал, что они боятся ее гораздо сильнее, чем она их. Дрожала она совсем по другой причине и сознавала это. И ей даже было приятно. Давным-давно у нее уже не было желания быть с мужчиной. Конечно, она не хотела Бенджамина — в этом смысле. Движения ее рук становились все энергичнее, и пришлось подавлять свое беспокойство усилием воли.

— Эй, помедленнее, водяная ведьма! — послышался сзади низкий и неожиданно тягучий голос.

Она повернула голову, потеряла устойчивость и, неуклюже барахтаясь, погрузилась в воду, но тут же вновь вынырнула. Упираясь твердыми пальцами ей в ребра, Бенджамин поддерживал ее в вертикальном положении и смеялся, согревая своим дыханием ее мокрое лицо.

— Видно, зря я все это затеял. Думал, ты уверенней держишься на воде.

— Я держусь! — отфыркиваясь, проговорила она. — Ты меня просто напугал, вот и все.

Прямо под ушами отчетливо стучал пульс. Она и так бултыхала ногами сильней, чем нужно, а когда он обвил их своими, отчаянно забилась, стараясь высвободиться.

— Что с тобой, Челис? Разве ты не умеешь плавать? Вы, Кеньоны, всегда напоминали мне стайку гуппи в аквариуме.

— Разумеется, я умею плавать! — Она чуть не задохнулась от возмущения, поэтому слова получились едва слышны; он опять засмеялся, и этот смех как-то особенно остро рассыпался у нее по спине.

— Так в чем же дело? Или ты боишься, что я опять возьмусь за старое, вот так?

Прежде чем она успела увернуться, он притянул ее к себе и в тусклом мерцании звезд безошибочно отыскал ее рот. Челис ощутила приятный вкус озерной воды и необычайную твердость его полной нижней губы.

Она рванулась и сразу почувствовала, что уходит под воду с головой. Бенджамин не ослабил хватку и не оторвал рта от ее губ. Он оттолкнулся от дна, и, когда они снова всплыли на поверхность, руки Челис отчаянно сжимали его плечи, а его язык настойчиво пытался найти лазейку к ее рту. Вдобавок он обвил ее ноги своими, и теперь они были настолько прижаты друг к другу, что она ощущала малейшее движение его мышц.

7
{"b":"4657","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Сдвиг. Как выжить в стремительном будущем
Вопрос жизни. Энергия, эволюция и происхождение сложности
А что, если они нам не враги? Как болезни спасают людей от вымирания
Расходный материал
С любовью, Лара Джин
Уроки соблазнения в… автобусе
Семь этюдов по физике
PIXAR. Перезагрузка. Гениальная книга по антикризисному управлению