ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мне сказали прийти одной
Воспоминания торговцев картинами
История матери
Финская система обучения: Как устроены лучшие школы в мире
Гениальная уборка. Самая эффективная стратегия победы над хаосом
Против всех
Изобретение науки. Новая история научной революции
Башня у моря
Входя в дом, оглянись

Чувствуя себя полусонной и еще более озадаченной, чем когда-либо, странностями Джека и его просроченным предложением, Сьюзен набрала код на панели цифрового замка входной двери и вошла в дом, чуть не споткнувшись о горку посылок, адресованных Пейдж. Она с трудом удержалась, чтобы не поддать их ногой, раскидать по полированному терракотовому полу.

Пейдж всегда умела заканчивать надоевшие отношения. Под нежной личиной умной сексуальной кошечки Пейдж скрывалась настоящая барракуда.

Сначала подарки из Филадельфии. Теперь неиссякаемый поток от Ники Лумиса.

Сьюзен душили зависть и негодование. Она не получала даже цветов, ничего и ни от кого. За исключением произведения Марка, которое было глупо учитывать, так как почти тем же жестом он предложил себя Пейдж.

Сьюзен просто сходила с ума, наблюдая, как ее подруга постоянно вызывающе обнимается с Марком, вынося на всеобщее обозрение отношения, которые должны сохраняться за закрытыми дверями.

Например, Сьюзен беседует с ними обоими, и вдруг прямо посредине фразы Пейдж смотрит на Марка влюбленным взглядом с видом «боже-я-не-могу-оторвать-от-тебя-своих-рук» и начинает ласкать его прямо здесь, забывая о Сьюзен, которая чувствует себя полной дурой, замирая, как стоп-кадр на видео.

Это бесстыдно и чрезвычайно бестактно.

А Марк, в результате, выглядел как законченный идиот, каким он и был, коль скоро терпел выходки Пейдж. Она его использовала. Так же, как использовала всех. Марк был для нее временной игрушкой. И по мере того, как отношения с Ники Лумисом становились все серьезнее и серьезнее, она обращалась с Марком все хуже и хуже, в последний момент отменяя с ним встречи, потому что Ники захотел увидеть ее или встретиться где-нибудь, все равно где.

Боже мой, неужели у него нет никакой гордости? Неужели Пейдж настолько хороша в постели, что это оправдывает то, что он от нее терпит!

Отношения Сьюзен с ними обоими стали настолько натянутыми, что она уже избегала находиться рядом с ними.

К счастью, сейчас в доме никого не было. Он был полностью в ее распоряжении. Наслаждаясь тишиной и уединением, Сьюзен кинула портфель в коридоре у лестницы и, зевая, поднялась в свою спальню, полагая, что даже Мария, экономка Дастина, сегодня вечером отправилась со своим приятелем на концерт «Майами Саунд Машин».

Тори и Пейдж были с Ники Лумисом и каким-то его другом, которого они хотели познакомить с Тори.

Боже мой, как Сьюзен боялась этих свиданий вслепую. Ей было тяжело думать о том, как много знакомств она выдержала с тех пор как приехала в Лос-Анджелес. Их устраивали из лучших побуждений не только Кит и Джордж, но и ее коллеги из юридической фирмы, которые великодушно включали ее в списки приглашенных на футбольные игры, обеды, симфонические концерты или просто настаивали на том, чтобы она познакомилась с кем-то из достойных клиентов.

Сьюзен называла это «лотерейными знакомствами» и не испытывала на этот счет никаких иллюзий. Правду сказать, она не считала, что знакомства в Беверли Хиллз сильно отличаются от знакомств в любом другом месте. Просто мужчины были здесь богаче и испорченней, а их эксцентричность выглядела заметней. Как, например, Джек или Ричард Беннеттон. Как Ники Лумис. Казалось, они считают, что им все дозволено, что они могут все купить, что их деньги делают их всемогущими, позволяя преодолевать любые препятствия.

Сьюзен предпочитала отгородиться от них, спрятаться в надежном убежище своей профессиональной деятельности, тихими вечерами довольствуясь исследованиями, записями, размышлениями, анализом или работой с Джеком. Это спасало ее от необходимости демонстрировать интерес к людям, которые на самом деле ее совершенно не интересовали. Это требовало невероятных усилий: мчаться домой после работы, принимать душ, одеваться так, чтобы всех очаровать, а затем еще заставлять себя улыбаться и быть интересной в течение всего вечера.

Самые лучшие места для свиданий – кинотеатры, потому что в течение двух часов можно было сидеть молча, устраивая себе антракт, и не думать, о чем бы еще поговорить. А затем, после кинофильма, была гарантированная тема для беседы за неизбежной чашечкой кофе.

Страстно мечтая погрузиться в ванную, ни о чем не говорить, ни о чем не думать, Сьюзен напустила очень горячей воды, добавила смесь ароматных масел и порошков и настроилась получать удовольствие, глядя, как поднимается бирюзовая вода, покрытая шапкой пены.

Обычно она педантично вешала одежду на вешалку, но сегодня так устала и ей так не терпелось залезть в ванну, что она просто кинула всю одежду на пол бесформенной кучей: жакет, блузку, юбку, колготки, лифчик и трусики – сэкономив усилия на то, чтобы выбрать из своей коллекции компакт-диск мелодичного Стива Виндхема и воткнуть его в плэйер. Наслаждаясь приятным ароматом и ощущением блаженного покоя, она даже не побеспокоилась о том, чтобы завязать волосы, позволив им расплыться в воде веером и намокнуть, окунувшись в пузырьки и масло. Владевшая ею напряженность растворилась в горячей воде и оставила ее тело.

«Забавно, как вместе с напряжением уходят недобрые чувства, превращаясь в свою противоположность», – думала она виновато, снимая запотевшие очки и кладя их на край ванны.

Сейчас она была полна снисходительности ко всем; к Пейдж, Марку, Джеку и даже к Криглу. Даже к Билли Донахью. Даже к своему отцу.

Все они были только тем, чем были. Люди не могут быть лучше, чем они есть.

Голова Сьюзен покоилась на надувной пластиковой подушке и каждая ее частичка как бы дрейфовала сама по себе, не связанная с телом.

Она напомнила себе, что надо завтра позвонить родителям и узнать, как они поживают. Надо также позвонить Лизе, выяснить, как там Билли Донахью. Она пообещала себе, что попытается быть более терпимой с Пейдж, подумала о Марке, и ее мысли задержались на нем, наполнив ее множеством успокаивающих и приятно реальных эмоций и ощущений, когда она позволила себе помечтать о нем. Она вообразила, что его чувства переменились. Что теперь он хотел ее, вместо Пейдж.

Сьюзен вообразила, будто он говорит ей, что не может больше удерживать это внутри. Пейдж была всего лишь забавой, а со Сьюзен он предполагал серьезные отношения. Сьюзен воплощала в себе все, о чем он когда-либо мечтал. И даже больше. Умная. Красивая. Чувствительная. Она воображала его большие голубые глаза, полные печали и желания, желания, теперь уже ее, а не Пейдж. Она воображала, как сначала будет сопротивляться, а потом уступит, видела себя, плывущей вместе с ним на парусной лодке, только они и ветер, и Тихий океан катит свои белоснежные гребни. Или в походе. Они стоят лагерем под Санта-Барбарой, слушают тишину, жарят на костре грибы и занимаются любовью при свете последних тлеющих красных угольков.

Все это волшебство, о котором она мечтала, совсем не требовало громадного состояния.

Пусть Пейдж и Тори наслаждаются своими торжественными экстравагантными вечерами, дорогими путешествиями и ресторанами, роскошными туалетами, которые очень быстро теряют свой блеск. Сьюзен хотела мужчину, с которым могла быть счастливой, занимаясь земными делами, мужчину, который бы делал экстравагантными эти земные дела. Она устала лишь из вежливости признавать, что бутылка вина за семь долларов отличается на вкус от бутылки за сто.

Она представила себе Марка, залезающего к ней в большую ванну, наслаждающегося ее шелковистой кожей, смазывающего драгоценным маслом ее грудь, бедра, живот, целующего ее и занимающегося с ней любовью.

Представляя себе пальцы Марка, она почувствовала, как соски под ее пальцами напряглись. Она почти ощутила его ладони, обхватывающие скользкую полноту ее груди, и тут же, вслед за этим, приятная дрожь пробегала вниз к ее бедрам и дальше.

Если бы только она могла дотянуться до него своими мыслями и заставить его захотеть обладать ею так же как хотела этого она.

Она сконцентрировалась, пытаясь настроиться на его сознание, дотянуться до его мозга и управлять им. Она была готова на все, лишь бы он сейчас оказался здесь рядом с ней, гладил и любил ее, потому что чувствовала, что сама может любить только его.

85
{"b":"466","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Союз капитана Форпатрила
Бородино: Стоять и умирать!
Тобол. Мало избранных
Лувр делает Одесса
Борис Сичкин: Я – Буба Касторский
Жена по почтовому каталогу
Хроники одной любви
Против всех
Нёкк