1
2
3
...
93
94
95
...
109

– Боже мой! Когда? Что случилось? Откуда ты звонишь?

Сьюзен потянулась к чашке кофе, но она была пуста. Затем она с беспокойством просмотрела карточки в поисках сообщений от Джимениза, чтобы прочитать их повнимательнее. Очевидно, отсутствие ответа на свои звонки он интерпретировал как ее отказ помочь им. Она не могла его винить за это – у него есть причина быть осторожным.

– Я дома. У меня здесь ребята, которые пытаются придумать, как с этим справиться. Мы уверены, что это работа группы пикетчиков, которую мы вчера уволили.

– А как отреагировал профсоюз?

– Они пытаются их найти и образумить. Думают, что все это блеф – насчет бомбы. Но мы не хотим, чтобы дальше так продолжалось…

– Сколько человек уволено?

– Десять, я думаю…

– Все из группы Джимениза?

– Да, черт бы их побрал!

– Почему бы тебе просто не вернуть им работу? – спросила Сьюзен напрямик, и тут же пожалела об этом.

– Я не собираюсь потакать этим ублюдкам. Ты спятила? Без них, когда никто не тормозит переговоры, мы, наконец, можем прийти к соглашению, ты знаешь это.

Ее била мелкая дрожь, но она не могла удержаться от того, чтобы не продолжить. Перед ее глазами все еще стояло лицо Кармен Джимениз, ее большой живот, руки… Хотя они совершили глупость, сердце Сьюзен истекало кровью от жалости к ним. Ее отец никогда бы не согласился с их тактикой, но он был кротким человеком. В то же время она могла себе представить, что многие парни, которых она знала с детства, на месте Джимениза поступили бы точно так же.

– Тогда выдай им хоть какое-то пособие, чтобы они не остались без гроша в кармане, пока будут искать новую работу. Дай им что-нибудь. Джек, эти парни загнаны в угол, ты не оставил им ни единого шанса.

– Шанса?

– Да, шанса.

– Что ты имеешь в виду? Если мне не нравится, как кто-нибудь работает, разве я не могу его уволить?

– Это не имеет никакого отношения к тому, как они работают, и ты это знаешь.

– Осторожней, Сьюзен.

– Я представляю тебя… Я знаю. Но, черт побери, почему я не могу просто быть честной с тобой? Что, если у тебя дом полон маленьких детей, и ты не можешь прокормить их. А тебя выкинули с работы?

– Продолжай. Давай, выкладывай…

– Что, если бы твоя жена носила ребенка и его жизни угрожали бы нездоровые условия труда?

– Это ты насчет исследования воздействия окружающей среды? Они ничего не доказали. Их статистика неполная, они…

– Да, но что, если провести эти исследования? Дети заболевают раком, а ты говоришь: «Ах! Извините». Статистика не такая уж неполная…

– Все равно у них слишком много детей, – пошутил Джек.

Сьюзен попыталась взять себя в руки.

– Что, если бы тебя несправедливо уволили и у тебя не было бы ни гроша, чтобы хоть как-то накормить свою семью?

– Почему они копят эти чертовы деньги? Почему они заводят так много детей, если это им не по карману?

– То не твое дело…

– А это – не твое. Вы выходите за рамки, адвокат…

– Мы все выходим за рамки, раз уж на то пошло. Но я говорю тебе как твой адвокат, что тебе лучше рассчитаться с ними по-хорошему. Если ты этого не сделаешь, то получишь войну, которая всего лишь будет стоить тебе больше времени и денег.

Сьюзен услышала какую-то суматоху на другом конце провода. Несколько голосов говорили с Джеком одновременно.

Он понизил голос, когда снова заговорил в трубку. Это был его неофициальный голос. Каждый раз, когда он говорил таким голосом, ей казалось, что они вот-вот сломают барьер официальности в их строго деловых отношениях.

– Сьюзен, брось это, – тихо сказал он так, как обычно обращаются к своему хорошему другу. – Я знаю, что ты принимаешь все близко к сердцу, но спрячь это куда-нибудь поглубже. Мы можем позже поспорить с тобой на философские темы. Но именно сейчас у меня – твоего клента – критический момент. Ты собираешься помогать мне или нет? Мне нужен адвокат.

«Так ли это?» – подумала Сьюзен.

– Просто ответь мне, Джек, а остальное я отложу на потом. Если бы ты был Джименизом, что бы ты сделал? Ты бы просто стоял и смотрел? Есть у него повод для жалоб и всего остального?

– Похоже, мне действительно нужен новый адвокат, – ответил Джек со вздохом. – Я не хотел этого делать, но ты прижала меня к стенке.

– Спасибо, Уэллс. Ты как раз ответил на мой вопрос. Ты бы не стал сидеть и смотреть. Продолжай в том же духе и уволь меня тоже. Почему бы и нет, у тебя есть на это право.

Они одновременно бросили трубки. Сьюзен поднесла руку ко рту. Она не могла поверить в то, что только что сделала, в то, что только что сказала. Что на нее нашло? Как она могла разговаривать со своим клиентом таким образом? Ругая себя, она раздумывала, не поднять ли ей снова телефонную трубку и не позвонить ли Джеку, чтобы извиниться, и пыталась вообразить, что он ей на это скажет.

Она пыталась достучаться до другой части его натуры, способной к состраданию, которая, как она была уверена, существовала, глубоко похороненная под покрывавшим его панцирем. Вечная чудачка, какой была всегда, она все еще наивно в это верила. Она почти ожидала, что телефон вот-вот позвонит снова, и она услышит извиняющийся голос Джека. Ей казалось, что если она будет стараться и дернет за нужные струны, то сможет достучаться до него.

Кригл, проходивший мимо кабинета Сьюзен, задержался в дверях.

– У вас все в порядке? – спросил он заботливо.

Она подняла на него глаза, догадываясь, что выглядит неважно, чувствуя, что кровь отлила от лица, и оно стало мертвенно-бледным.

– Все в порядке. Спасибо, – ответила она, уверенная, что с минуты на минуту Джек позвонит Криглу, спуская лавину, которая ее уничтожит.

– Вы уверены, что у вас все в порядке?

– М-м-м-м. Спасибо.

Он засунул руки в карманы брюк и стоял, раскачиваясь на каблуках.

– Реймонд Вест все еще не пришел? Я собирался зайти поздороваться с ним.

– Нет. А…

В дверях появилась секретарша Сьюзен, Линда. Кригл пропустил ее.

– Звонил мистер Вест. Он сказал, что задерживается.

– Спасибо, – сказала Сьюзен, снова поворачиваясь к Криглу и как бы отвечая на его вопрос.

Телефон зазвонил снова, и, поскольку секретарша находилась здесь, в кабинете, Сьюзен сама сняла трубку.

– Тобой уже можно пополнить список уволенных?

Голос Марка звучал успокаивающе. Должно быть, ее глаза зажглись, потому что Кригл, посмотрев на нее, беззвучно одними губами произнес:

– Ваш приятель?

Она таинственно улыбнулась, и он повернулся, чтобы уйти. Сьюзен посмотрела на Линду, как бы ища сочувствия, зная, что та должна была слышать по крайней мере часть ее разговора с Джеком, – дверь была открыта и она не понижала голоса.

– Я в категории подлежащих увольнению и медленно дрейфую в этом направлении, – сказала она в трубку.

– В фирме, или у этого типа Уэллса?

– И там, и там.

– Не беспокойся об этом. Если тебя все-таки уволят, я позабочусь о тебе, – ласково пошутил Марк. – Я предлагал свою помощь с самого начала и не оставлю тебя до конца.

– Обещаешь?

– Конечно. Только я не уверен, что смогу обеспечить тебе тот уровень жизни, к которому ты привыкла, – продолжал шутить Марк, – но ты не будешь голодать, и я буду веселить тебя.

– Звучит великолепно. Теперь я действительно энергично займусь этим делом, в надежде, что меня уволят как можно скорее.

– Обед в восемь?

– Если меня не уволят раньше.

– Ты скучаешь по мне?

Сьюзен рассмеялась. Она скучала по нему уже не один месяц.

* * *

У Пейдж был сумасшедший день. Сначала Сьюзен и Марк, пялящиеся друг на друга таким возмутительно мечтательным взглядом, словно были на грани какого-то открытия, как будто любой влюбленный идиот не открывал это как минимум тысячу раз. Неужели они не знали, что причиной этого было состояние, которое называется «влюбленность»?

Влюбленность сродни ощущению падения, это как несчастный случай: человек теряет равновесие и летит в пропасть, где неминуемо расшибается. Падение… Удар… Боль.

94
{"b":"466","o":1}