ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Красный шторм. Октябрьская революция глазами российских историков
Она
Черная башня
Леди и Некромант
Кастинг на лучшую любовницу
Занавес упал
Стеклянная ловушка
Счастливые дни в Шотландии
Нежность
A
A

— А гости? — спросил Дидрик. — Они тоже не могут напасть на своих хозяев?

— Разумеется.

Традиции гостеприимства были одними из самых древних. Только человек без души и сердца мог помыслить о том, чтобы их нарушить.

Девлин считал, что им очень повезло, раз Ниша нарекла гостями всех троих. Предложи она им с Дидриком переночевать в сарае, пришлось бы быть настороже. А так по меньшей мере сегодня можно спать спокойно.

Остается надеяться, что в Килбаране их встретят хотя бы наполовину столь же приветливо.

IX

Килбаран казался меньше, чем запомнил Девлин. Серые каменные дома теснились друг к другу, редко поднимаясь вверх больше чем на два этажа. На улицах было немного людей, что неудивительно для города, живущего в основном за счет торговцев, приезжающих летом. Но даже эти немногие встречные нервировали Девлина, и он постоянно был настороже, словно опасаясь неведомой угрозы. Воин бросал на прохожих подозрительные взгляды, пока не осознал причину беспокойства и не устыдился. Он понял, что чувствует себя здесь чужаком. Проведя два года в изгнании, Девлин постоянно видел вокруг толпы бледнолицых джорскианцев с длинными светлыми волосами, заплетенными в косы. И ухо привыкло к звучанию их речи. Он забыл, что значит быть окруженным людьми с такими же темными волосами, как у него, говорящими на родном певучем языке.

Понадобится время, чтобы привыкнуть к их обычаям. После такой мысли Девлин задумался, когда это он начал думать о кейрийцах "они" вместо "мы".

К счастью, пока Избранный шел по улицам Килбарана, большинство даже не удостоило его лишнего взгляда. На нем была серая шерстяная накидка с капюшоном из тех, что носят королевские посланники. Такую одежду в приграничном городе видели нередко. Если повезет, удастся промелькнуть незамеченным и уехать до того, как кто-то поймет, что он вообще был здесь. Именно поэтому Девлин послал Дидрика засвидетельствовать свое почтение начальнику городского гарнизона, а не отправился сам. Если бы Избранный явился к командующему, визит немедленно приобрел бы статус официального со всеми вытекающими последствиями и суетой.

Стивена оставили в гостинице, приказав ему никуда не ходить. Хозяйка заведения с удовольствием суетилась вокруг, поскольку немногие отправлялись в Килбаран зимой и три путешественника были ее единственными постояльцами.

Почувствовав кисловатый запах в воздухе, Девлин понял, что добрался до квартала красильщиков шерсти, а значит, кузница Меркея неподалеку. Воин был в Килбаране лишь один раз, но память о том дне навсегда поселилась в его душе. Свернув налево, он вышел по переулку на большую открытую площадь. Летом тут торговали шерстью, однако сейчас никого не было, и только изъезженная земля и поилки для лошадей на северной стене напоминали о назначении площади. На другой стороне виднелась небольшая конюшня и каменный дом, двойные двери которого были раскрыты даже в этот холодный день. Изнутри был заметен свет очага, над трубами вился дым, показывая, что кузнец занят делом.

Девлин остановился у входа, собираясь с силами. В прошлый раз, когда он видел Меркея, они расстались враждебно. Некогда их было не разлить водой, но эта дружба принадлежала прошлому и тому человеку, которым он был тогда. Теперь оставалось надеяться на простую вежливость. И то не слишком.

Глубоко вздохнув, Девлин шагнул в кузницу. Он постоял, привыкая к полумраку; лица коснулось тепло очага. Раздавался звон металла — кузнец бил по раскаленному медному пруту, пока тот не стал почти вдвое длиннее. Потом отложил молоток, взял прут щипцами и положил его обратно в огонь. Взявшись за мехи, мастеровой раздул пламя так, что металл из тускло-красного превратился в ярко-желтый.

И только тогда кузнец заметил посетителя. Вытерев руки о кожаный фартук, Меркей отошел от горна.

— Вам нужны мои услуги? Может быть, лошадь подковать? — спросил он на торговом наречии.

Девлин откинул капюшон плаща и расстегнул его.

— Мне нужен твой совет.

— А зачем послу приходить за советом к кузнецу? — спросил Меркей, склонив голову набок и испытующе глядя на посетителя. Потом глаза его расширились от изумления. — Ты…

— Меркей.

— Чужак, — начал тот, яростно отказываясь назвать бывшего друга по имени. — Как ты смеешь показываться здесь после стольких лет? Может быть, твои чужеземные друзья устали от тебя и ты решил явиться сюда и вместо этого править нами?

Меркей посмотрел на Избранного, словно отмечая, как он изменился за время отсутствия. Девлин спокойно выдержал этот взгляд, хотя в душе бушевала буря. Потом он заткнул большой палец искалеченной руки за ремень.

— Меч? — резко выдохнул кузнец. — Ты явился в мою мастерскую вооруженный, будто в дом человека без чести? У тебя совсем нет стыда? Что ты за человек?

Хороший вопрос. Если человек не солдат и не дружинник, то он не должен входить в чужой дом с оружием, иначе пришелец тем самым обвиняет хозяев в бесчестье. За такое оскорбление и на поединок вызвать можно.

В прошлой жизни Девлин никогда не совершил бы такой ошибки. Но, став Избранным, он привык постоянно подвергать свою жизнь опасности и, понятное дело, всегда носить с собой оружие. Помимо меча, в ножнах покоились метательные ножи, а в левом ботинке был спрятан кинжал. В гостинице осталась только большая секира.

Девлин взял с собой оружие не оттого, что был генералом королевской армии. Он сделал это только потому, что так привык. Вот и еще один признак того, как далеко он ушел от традиций своего народа.

Я не хотел тебя обидеть. Просто теперь я солдат, как, должно быть, ты слышал.

— Твое присутствие здесь — оскорбление, — заявил Меркей. — И мне наплевать, как тебя называют, это все равно не дает тебе права приходить в мою кузницу.

— Ради нашей прошлой дружбы…

— Какой дружбы? Когда-то я думал, что знаю тебя, но ты оставил свое ремесло. Ты бросил его, будто это ничего не значило, и повернулся спиной к родичам и к тем, кто некогда звал тебя другом. — Лицо Меркея исказилось от ярости, но голос оставался спокойным и холодным.

Это был старый спор, который стал в сто раз безнадежнее из-за случившегося после. Меркей так и не примирился с решением Девлина оставить многообещающую карьеру кузнеца и начать жизнь фермера на Новых Землях. Он страстно спорил, желая переубедить друга. Если бы Девлин послушал его, Керри и Лиса могли бы остаться в живых.

А может быть, и нет. Как знать, возможно, судьбой была предрешена их гибель, чтобы Девлин стал Избранным, пешкой в руках сил, которые стремились вернуть Сияющий Меч в Кингсхольм. Любой ценой.

Он отогнал непрошеную мысль. Сейчас не самое подходящее время для бесплодных раздумий.

— Я отказываюсь от всех притязаний на дружбу. Но во имя твоего долга передо мной я прошу ответа на один вопрос. Один вопрос, и я уйду, а между нами все будет кончено.

Он затаил дыхание. Такое требование вполне соответствовало кодексу, который управлял их народом, однако Меркей мог заупрямиться и отказаться. И если так, Девлин не знал, как ему поступать дальше. Как Избранный, он мог потребовать повиновения любого гражданина Джорска, включая жителей покоренного Дункейра. Отказавшиеся подлежали суду.

Меркея можно было оштрафовать или посадить в тюрьму по желанию Девлина. Но мысль о том, чтобы воспользоваться властью против того, кого некогда звал другом, оставляла горький привкус во рту.

— Один вопрос. Если, конечно, я смогу на него ответить, — согласился Меркей.

— Когда твой дядя Рорик умер, что случилось с мечом, который хранился у него? С тем, который был привезен из Инниса?

Новости о смерти Рорика достигли ушей Девлина на Новых Землях, хотя о мече тогда речь не шла. В то время он и не подумал поинтересоваться его судьбой.

— Меч был оставлен в зале гильдии. Чтобы сберечь до твоего возвращения.

Девлин вздохнул. Он в душе надеялся, что меч окажется здесь. Тогда осталось бы всего лишь убедить Меркея отдать его. Правда, можно было догадаться, что в этом походе не будет ничего легкого. Теперь, вместо того чтобы вернуться в Кингсхольм, ему придется отправиться в Альварен, город, который он некогда звал домом.

20
{"b":"4663","o":1}