ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сольвейг кивнула, а потом шагнула вперед и обняла воина, будто он был одним из ее братьев. Избранный неловко ответил ей тем же.

Желаю тебе счастливого пути и скорого возвращения.

Потом она отпустила его и, развернувшись, отправилась к караульной башне по узкой галерее. Девлин посмотрел ей вслед и отправился в противоположном направлении. Он поздоровался с каждым из стражников по имени, призывая их быть начеку. Глупость, конечно, но он хотел обойти все в последний раз, убедиться, что замок в относительной безопасности. После обхода укреплений поводов оттягивать возвращение во дворец больше не осталось — пора было встретиться с теми, кто ждал его внутри.

Свернув в коридор, который вел к его покоям, Девлин с удивлением увидел у двери охрану. Приблизившись, он узнал Сигни, одну из тех, кто ездил с ним весной в Коринт. Она отдала честь, хлопнув себя по плечу правой рукой.

— Избранный, — проговорила женщина, уважительно кивнув.

Девлин обратил внимание, что на поясе у нее висит меч, которым вооружались патрулирующие город стражники, а не члены почетного караула — в последнем случае обычно брали копье.

— Сигни. Чем я обязан такой честью?

— Меня поставил сюда лейтенант Дидрик, отдав приказ, чтобы в коридоре не было беспорядков, — ответила стражница.

— И что, много было беспорядков?

— Несколько. — Сигни слегка улыбнулась. — Потребовалось немного потрудиться, чтобы убедить их, что я не шучу, и меч неплохо помог.

Девлин рассмеялся, жалея, что пропустил такое зрелище. Несомненно, придворные и их слуги удивились, с каким энтузиазмом воительница выполняет приказы. Стража считала Избранного во многом своим человеком и ревностно охраняла. Он был благодарен Сигни за то, что ее присутствие избавило его от общения с дураками, которые заняли бы последние несколько часов нудными просьбами.

— Лейтенант Дидрик внутри, — добавила стражница.

— И пусть нас никто не тревожит.

— Как прикажете, — отозвалась Сигни и распахнула перед Избранным дверь.

Девлин вошел в переднюю и затворил за собой тяжелые створки.

За столом сидел Дидрик, черкающий что-то на листе пергамента. Перед ним лежала аккуратно сложенная стопка писем, а в корзине рядом громоздились свитки.

— Я начал опасаться, что ты уехал в гордом одиночестве, — проговорил лейтенант. Говорил он небрежно, но в глазах читалось беспокойство.

— Я должен был подумать, — сказал Девлин, стягивая перчатки и расстегивая промокший плащ. Он повесил плащ рядом с камином и пристроил перчатки на специальные крючки, чтобы они успели высохнуть до утра. Потом воин встал у огня, потирая руки и глядя, как они розовеют от приливающей крови. Стужа постепенно выходила из озябшего тела.

Девлин позволил себе постоять так немного, наслаждаясь теплом, а потом развернулся к своему помощнику.

— Поставить стража было хорошей идеей.

— Посыльные сновали туда-сюда весь день, — отозвался Дидрик, указав взмахом правой руки на корзину, в которой лежало не меньше пары дюжин перевязанных лентами свитков.

— Что-нибудь важное?

Дидрик покачал головой.

— У меня не было времени прочитать все, но я догадываюсь, о чем там речь. Они желают тебе счастливого пути и дают бесполезные советы. Союзники надеются, что ты вернешься быстро и с победой. Враги радуются твоему отъезду и убеждают заняться поисками с большой тщательностью, что означает — держись подальше от столицы и постарайся сгинуть в пути. Те же, кто занял выжидательную позицию, желают тебе успеха, чтобы ты запомнил их как друзей, если все же достигнешь цели.

— Тогда поступи с ними как считаешь нужным. — Девлину вовсе не хотелось читать письма самому. За четыре месяца, в течение которых Дидрик был личным помощником Девлина, у лейтенанта развилось чутье на важные и не важные документы.

Воин бросил взгляд на открытую дверь, которая вела в его спальню. Возле кровати валялись две полные седельные сумки, а третья лежала на окованном сундуке, словно дожидаясь, не захочет ли Девлин взять с собой что-нибудь еще.

— Все приготовления сделаны? — спросил он.

— Да. В третий час после рассвета через южные ворота из города выедет карета с королевским гербом и багажом. Ее будут сопровождать шестеро всадников из королевской армии. Они проводят ее до Денвира.

— А остальное? Коней уже отвели в стойло за "Поющей рыбой"?

— Да. Мы встречаемся там со Стивеном за час до рассвета.

— Отлично.

Карета была уловкой, призванной отвлечь внимание тех, кто может наблюдать за отъездом Избранного и планировать засаду на его пути. И когда все глаза обратятся ко дворцу, Девлин и его друзья уже будут в дороге, благополучно выехав из города через восточные ворота. Они отправлялись в путь почти налегке, сменив парадную форму на скромную одежду путешественников. Таким образом странники надеялись сбить возможных убийц со следа.

Конечно, уловка примитивнейшая, но на этом и строился план. Если повезет, никто и не подумает, что друзья понадеются на такой простой трюк. А каждая лига, отделяющая их от преследователей, усложняет погоню. В худшем случае у них будет несколько часов форы, в лучшем — и вовсе удастся скрыться незамеченными.

Если, конечно, враги не сочтут, что следить за ними нет причин. В конце концов Девлин делает именно то, что они хотят. Быть может, недоброжелатели удовлетворятся его отъездом.

Дидрик закончил писать и положил ручку на металлическую подставку. Потом он вынул пергамент из деревянной рамы и бросил его на стопку точно таких же документов слева.

— Теперь надо завизировать эти приказы, — сообщил лейтенант.

Девлин подавил грустный вздох. До того, как стать генералом, воин наивно полагал, что глава королевской армии проводит все дни, готовясь к сражениям и осматривая укрепления. Но очень скоро он понял, что бумажная работа — настоящее проклятие армии, и любые документы в итоге оказывались на его столе. Со многих точек зрения он был не более чем прославленным клерком.

Генерал занял место за столом, и Дидрик положил перед ним стопку документов. Взяв ручку левой рукой, Девлин обмакнул ее в чернила и осторожно зажал двумя здоровыми пальцами искалеченной правой. Перед тем как нацарапать внизу свое имя, он торопливо просматривал текст. Подписанные пергаменты передавались Дидрику, который складывал их и ставил печать, указывавшую на то, что приказы происходят от генерала королевской армии.

Всего распоряжений оказалась дюжина, а речь в них шла обо всем, начиная от припасов для западных гарнизонов до призыва к молодым женщинам и мужчинам вступать в ряды королевской армии, дабы защитить страну в смутные времена.

— Есть еще один, — проговорил Дидрик, беря в руки лист, ранее отложенный в сторону. — Ты все же решился назначить майора Миккельсона действующим маршалом?

Девлин покачал головой.

— Мне очень хотелось бы, но ты все же прав. Он слишком недавно получил новое звание, и прочие командиры не последуют за человеком, который лишь шесть месяцев назад был простым капралом.

Офицерский состав королевской армии издавна формировался за счет политических связей. Благородное происхождение и влиятельные родственники имели куда большее значение, чем военное искусство. Девлин пытался изменить этот порядок, однако есть пределы тому, насколько можно потрясти самые основы армии, ожидая при этом, что она будет повиноваться по-прежнему.

— Кроме того, Миккельсон нужен мне в Коринте. Я уверен, что летнее вторжение было всего лишь проверкой нашей боеготовности. У противника оказалось слишком мало войск, чтобы всерьез ожидать успеха. Если дело дойдет до настоящего наступления, то оно начнется весной. Майору хватит дел зимой — надо будет обучать солдат и укреплять оборону берегов.

— Тогда кто же станет маршалом?

— Командир гарнизона Эрильд Олваррсон. Он может похвалиться и высоким званием, и семнадцатью поколениями благородных предков. Прочие командиры последуют за ним.

8
{"b":"4663","o":1}