A
A
1
2
3
...
45
46
47
...
72

Девлин поднес руки поближе к пламени. Он еще раньше вымыл их в ручье, но ему все еще казалось, что на ладонях кровь принца. Арнауд умирал долго и сопротивлялся отчаяннее, чем предполагал Девлин, но в конце концов сдался. И открыл абсолютно все секреты, пока у Избранного не иссякли вопросы. Даже после этого Девлин не мог остановиться. Его охватила жажда мести, и он продолжал наносить удары, пока каждая рана на теле Стивена, нанесенная по прихоти принца, не была оплачена в десятикратном размере.

Нелегко было пытать человека до смерти, однако Избранный довершил начатое без колебаний. Темная сторона его натуры наслаждалась мучениями принца, который пал жертвой своих же мук, которым раньше подвергал других.

Кто-то назвал бы поступок Девлина правосудием, но он вершил казнь не во имя справедливости. То была месть. Беспристрастный человек наказал бы Арнауда за его преступления, предоставив вести суд над его душой Хаакону, Владыке Смерти. Только Избранный больше не верил в богов. Он привел в исполнение свой приговор, позаботившись, чтобы принц провел свои последние часы в агонии и унижении.

Девлин не сожалел о содеянном, он только подумал, что стал совершенно другим, если смог совершить подобное.

Еще два года назад он, простой кузнец, полубезумный от горя, пришел в Кингсхольм и представился кандидатом на должность Избранного. Год спустя тот же самый человек, разоблачив предателя, стал генералом королевской армии и доверенным советником короля.

Теперь Девлин не мог сказать, кто же он. Остался ли он Избранным? Король, которому он поклялся служить, предал его и отправил в руки врагов. Олафур лишился права на преданность Девлина. Разве можно считать честью подчинение клятвам, которые давались человеку, потерявшему доверие?

Он прислонился спиной к дереву, пряча руки под чужой плащ, а потом вытянул перед собой ноги и сморщился от боли, которую причиняли слишком узкие сапоги.

Покончив с принцем, Избранный снял его одежду и собрал вещи убитых стражников. Теперь на нем были сапоги, которые сильно жали, более или менее сносный плащ, три кинжала, кошелек с доброй пригоршней монет, а также кремень с огнивом.

И, естественно, Меч Света. Сейчас меч никак не проявлял себя, хотя до этого сверкал белым огнем, когда Девлин зарубил солдата, имевшего несчастье оказаться на пути во время побега. Он предполагал, что придется пробиваться с боем, но удача была на его стороне. Лишь один человек стал свидетелем скоропалительного бегства, и тело Девлин спрятал в надежном месте, где его не скоро обнаружат.

Теперь, наверное, кто-нибудь из свиты уже решился прервать забавы принца и обнаружил обезображенный труп. Девлин получил фору, но знал, что ненадолго. К восходу солнца лес будет кишеть солдатами из ближайшего лагеря.

К рассвету у него будет план. И цель.

Девлин рассчитывал добыть пропитание охотой, хотя это, конечно, замедлит продвижение. Можно было податься в ближайшую деревню или на ферму и купить еды, понадеявшись, что риск быть обнаруженным окажется ничтожным по сравнению с преимуществом в скорости.

Карты у Девлина не было, и все же он знал, что находится в Коринте, неподалеку от границы с Росмааром. Вся территория контролировалась войсками захватчиков, патрулировавших Большую Южную дорогу и провинции к востоку. Скорее всего преследователи решат, что он продвигается на запад в безопасный пока Росмаар или в другие контролируемые Джорском земли. Сельваратцы усилят патрули на границе, опасаясь, что Девлин вернется в Кингсхольм и соберет армию для борьбы с захватчиками. Они будут искать человека-легенду, героя, который стремится вернуться к своим обязанностям. Им не придет в голову, что Девлин направляется на юг.

Избранный и раньше много путешествовал пешком, поэтому хорошо знал, как при необходимости бороться с голодом. Одинокий путник легко проскользнет через любые патрули. Даже если он весь путь проделает пешим, то сможет добраться в Дункейр до начала сбора урожая.

Пришла пора решать, как поступить дальше. Девлин не сразу осознал, что после многих дней у него снова появился выбор. Он добрался до относительно безопасного леса, разбил лагерь для ночлега и только тогда обратил внимание на новые ощущения. В течение двух лет Заклятие Уз постоянно присутствовало в его мыслях. Иногда оно дремало, время от времени взывая к нему, заставляя идти вперед, не позволяя думать ни о чем, кроме своей миссии и клятвы королю.

Последнее заклинание Арнауда, должно быть, уничтожило Заклятие Уз. И вместо того, чтобы управлять чарами, принц выпустил на свободу магию, которая погубила его самого. Девлин взял принца в плен прежде, чем тот успел прийти в себя.

Теперь Избранный на свободе. Не просто на воле, вне власти тюремщиков, а по-настоящему свободен впервые за два года. Он снова стал человеком, который сам определяет свою судьбу.

Девлин служил народу Джорска, насколько хватало сил человеческих и даже более того. Он сражался с чудовищами, чтобы защитить свой народ, вершил правосудие над злодеями и пытался предотвратить вторжение. На искалеченной правой руке остались следы дуэли, в которой ему пришлось сражаться, чтобы разоблачить предателя герцога. Раз за разом Избранный проливал кровь за этих людей.

Больше он им ничего не должен. Теперь он может вернуться на родную землю, где близкие встретят его с распростертыми объятиями. Не как Избранного, а как друга. Он больше не станет работать кузнецом, но в его силах научить других ремеслу. А если гильдия не захочет принять его, Девлин сумеет найти себе дело по душе. Он выберет честное ремесло, от которого не остается горечи и пустоты в душе.

В Джорске его больше ничто не держит. Значит, нет причин оставаться.

Однако есть человек, который не поймет, почему Девлин решил уйти с поста Избранного.

Стивен ожидает от него большего. Стивен, который, возможно, и сейчас ищет друга.

Вырвав принцу сердце, Девлин склонился над телом, наблюдая, как жизнь покидает его. Он отвернулся, только когда полностью убедился, что Арнауд мертв. И тогда он посмотрел на плиту, на которой лежал труп менестреля.

Это был не Стивен. Убитый юноша лишь немного напоминал Стивена, но его волосы оказались белокурыми, а не светло-русыми, а на открытых участках кожа загрубела и потемнела от загара, как у фермера.

Каким-то загадочным образом принц заставил несчастного походить на Стивена. Арнауд воспользовался сведениями о менестреле, которые выудил из воспоминаний Девлина, воссоздал его облик и манеру разговаривать. Избранный видел и слышал то, что ожидал увидеть и услышать. Теперь, когда принц умер, колдовство рассеялось.

Безымянный юноша погиб, лишенный своего облика, голоса и даже возможности самому сказать последние слова. Девлин закрыл его невидящие глаза и в знак уважения накрыл тело плащом принца. Это все, что он мог для него сделать. Девлин сомневался, что слуги принца достойно похоронят парня. А какая-то крестьянская семья с тревогой ожидает сына, который никогда не вернется.

Арнауд рвался к власти точно безумец, пренебрегая на своем пути несчастьями, которые навлекал на других. И хотя провинции находились под его властью всего несколько месяцев, очень вероятно, что безымянный юноша оказался не первой жертвой неистового принца. Девлин успел хорошо изучить характер здешних жителей в прошлом году, когда путешествовал по Коринту. Угнетаемые несправедливым сюзереном, постоянно страдающие от набегов береговых пиратов, они на первый взгляд казались забитыми овцами, которые покорно ждут бойни.

Потом Девлин познакомился с Магнильдой, которая убила сборщика налогов, ошибочно полагая, что этим защитит свою деревню. Ее отец Магнус признался в совершении преступления и принял на себя смертный приговор, как того требовал закон. Магнус был храбрым человеком, и дочь его тоже смелая женщина, только уж очень горячая.

Интересно, что стало с Магнильдой и ее деревней? Приняли ли они власть новых хозяев, посчитав, что безразлично, кому присягать, королю или императрице? Или же сопротивлялись захватчикам, воспользовавшись искусством, которому Девлин постарался обучить их? Как они жили во время правления Арнауда? Что с ними будет, когда Сельварат перебросит дополнительные войска и усилит давление на вновь приобретенные территории? Не лишатся ли они своих земель, как намекал принц?

46
{"b":"4664","o":1}