A
A
1
2
3
...
15
16
17
...
77

Его мысли вернулись к капитану Драккен. Она не верит в то, что он справится; скорее она видит в нем инструмент, с помощью которого можно добиться преимущества в запутанной сети дворцовых интриг. Если он привезет сведения о разбойниках, капитан получит информацию, которой прежде не обладала, а если ему суждено умереть, то погибнет лишь он, а не кто-то из ее подчиненных. На месте Девлина другой, возможно, и оскорбился бы, что его открыто используют в своих целях, но Девлина только восхитило хладнокровие этой женщины. Он догадывался, что ей самой не нравилось то, как она с ним поступила, тем не менее в следующий раз она без колебаний сделает то же самое – таков долг командира.

Керри тоже выбрала путь воина. Когда Девлин разговаривал с капитаном Драккен, ему иногда казалось, что он видит в ней ту, какой однажды стала бы Керри, если бы прожила еще пятнадцать лет и закалила свою отвагу опытом. Если бы осталась с теми, кто охранял покой людей, а не бросила все, решив разделить судьбу с ним. Если бы…

Девлин сжал кулаки, дав боли отвлечь его от невыносимых мыслей. Он не будет думать о Керри и о том что все могло бы пойти по-другому… Прошлое навсегда сгинуло, а вместе с ним похоронено и будущее. Есть только настоящее, которое не продлится долго, если у Богов осталась хоть капля милосердия. Нужно отправиться в Аставард и встретить свою судьбу.

* * *

– Он ушел? Уже? Даже не заглянув в храм испросить благословения Богов, как принято? – всполошился брат Арни.

Капитан Драккен кивнула. После яркого солнца ее глаза никак не могли привыкнуть к мрачной полутьме храма.

– Стражники у Западных ворот сказали, что Избранный покинул город еще до того, как колокола возвестили полдень.

– Ничего не понимаю. Неужели нельзя было задержаться на несколько минут, чтобы прочесть молитву?

– Он ушел очень рано, – попыталась успокоить священника капитан Драккен. – Как я поняла, главного распорядителя он поднял с постели еще до рассвета.

Капитан спрятала усмешку, представив, как возмутила королевского распорядителя подобная наглость. Этот высокомерный сукин сын вполне заслуживал, чтобы с него хоть раз сбили спесь.

Священник задумчиво почесал подбородок.

– Может, он хотел помолиться в уединении и приходил в храм, пока я спал? Да, скорее всего.

Капитан Драккен сильно сомневалась, что Избранный повел себя именно так, но благоразумно промолчала.

– Теперь, когда его нет, ты достанешь камень? – спросила она, переходя к цели своего визита.

– Ах да, конечно.

Брат Арни развернулся и засеменил к алтарю. Приблизившись, он низко склонился и нараспев прочитал короткую молитву, потом выпрямился и взял в руки деревянную коробочку, которая стояла на алтаре со дня церемонии. Брат Арни открыл ее, и капитан увидела сверкающий рубин.

Священник с благоговением вынул Камень Души из коробочки, и тот начал пульсировать вишневым пламенем, точно живое сердце. Брат Арни подошел к стене, расположенной в глубине храма. Стену украшал затейливо выложенный узор из мозаики, с поразительной точностью воспроизводивший карту королевства. Священник поклонился и подбросил камень в воздух. Рубин описал плавную дугу – и вдруг прилип к стене, так естественно вписавшись в узор, словно всегда находился на этом месте.

Капитан Драккен шагнула вперед и всмотрелась в мозаичный узор. Примерно на уровне ее груди располагался знакомый двойной кружок, обозначавший Кингсхольм. Чуть дальше, на тонкой коричневой линии, которая изображала Западную дорогу, сиял Камень Души. Капитан знала, что, стоя у стены, сможет проследить за почти неуловимым перемещением рубина, повторяющего путь Избранного. Во время ритуала посвящения камень получил связь с душой Девлина и отныне будет отмечать место, где находится Избранный, пока тот не вернется в Кингсхольм, после чего рубин снова положат на алтарь. Если рубин тускнел, это означало, что жизнь Избранного в опасности, но помочь ему, воздействуя на камень, было нельзя. Если же Избранный погибал, Камень Души чернел, выпадал из стены и рассыпался в прах.

Капитан Драккен обвела взглядом карту. С годами к ней добавлялись новые элементы; в последний раз это произошло после присоединения Дункейра, тридцать лет назад. Королевство выглядело очень внушительно, но капитан знала, что впечатление обманчиво. Несмотря на все ее старания, Джорская империя рушилась, распадалась на части. Больше четверти века капитан Драккен отдала службе в королевской страже, пройдя все ступени от рядового до командира. И все эти годы она видела, как королевство неумолимо погружается в хаос. Постепенно, кусочек за кусочком, ткань, из которой было соткано королевство, истиралась и ветшала. У берегов хозяйничали пираты; мародеры из Нерикаата безнаказанно совершали набеги на приграничные земли двух провинций, а Южную дорогу затопило огромное болото – поговаривали даже, что здесь не обошлось без черной магии.

А король продолжал бездействовать, пока его советники яростно спорили, как лучше противостоять надвигающимся бедам. Если бы к границам королевства подступило неприятельское войско, враг из плоти и крови, король Олафур немедленно приказал бы армии встать на защиту Джорска, но стране грозила куда более коварная опасность – медленный распад, который постепенно парализовал монарха и его королевство липким страхом.

Трудно свыкнуться с мыслью, что твой господин боится. Боится послать солдат в бой и узнать, что истинный враг скрывался совсем в другом месте. Боится, что он как полководец и в подметки не годится своему отцу, королю Торвальду, который завоевал Дункейр еще юным принцем. А герцог Джерард умело играет на страхах короля, нашептывая ему, что тот поступает благоразумно и что такое благоразумие – признак мудрости правителя.

И вот солдаты сидят по казармам, капитан Драккен и ее стражники охраняют покой в Кингсхольме, а за пределами столицы дела идут все хуже. Если раньше напасти сыпались только на приграничные районы, то теперь они подбирались ближе и ближе к сердцу королевства. Та же шайка разбойников орудовала всего в неделе езды от Кингсхольма.

Глупо надеяться, что один человек, пусть даже Избранный, справится со всеми бедами. Капитан понимала это, но все равно отправила Девлина в дорогу, ведь у нее тоже не было выбора.

Драккен вновь перевела взгляд на Камень Души, желая, чтобы он и дальше сиял чистым и сильным светом. Уже много лет она не взывала к милости Богов. Точнее сказать, уже много лет она полагалась только на себя и своих гвардейцев, хотя знала, что близок день, когда даже они не смогут защитить королевство от нависшего над ним зла.

Заметив, что брат Арни наблюдает за ней, капитан Драккен пробормотала короткую молитву за здравие Избранного и благополучие Джорска – чтобы выжить, им понадобится помощь Богов.

VI

Капитан Драккен поерзала, пытаясь устроиться поудобнее. Уже не в первый раз ей в голову приходило, что деревянные кресла, на которых сидят советники, с успехом заменили бы собой самые страшные орудия пыток. После нескольких часов сидения в таком кресле она сама была готова признаться в дюжине мелких преступлений, если бы такой ценой могла купить свободу. Увы, свобода так легко не доставалась, и мысли капитана вновь вернулись в Зал Совета.

Кроме нее, за длинным дубовым столом сидели еще тринадцать советников. Место во главе стола пустовало – оно предназначалось для короля. По обе стороны от королевского кресла расположились герцог Джерард и леди Ингелет, старшие советники. Далее сидели члены Совета в порядке убывания их ранга. Незанятое место на противоположном конце стола отводилось для приглашенных.

Капитан заметила, что неудобства, похоже, испытывает она одна. Может быть, остальные привыкли к этим креслам, потому что регулярно посещают заседания Совета, тогда как она присутствует здесь только в особых случаях, а может быть, советники научились так же хорошо скрывать свои чувства, как и мотивы своих действий.

16
{"b":"4665","o":1}