ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Новая Зона. Крадущийся во тьме
Жизнь в стиле Палли-палли, или Особенности южнокорейского счастья. Как успеть все и получить от этого удовольствие
Разведенная жена, или Черный квадрат
Дао СЕО. Как создать свою историю успеха
По желанию дамы
Очаровательная девушка
Семь этюдов по физике
Сверхчувствительные люди. От трудностей к преимуществам
Затонувший город. Тайны Атлантиды
A
A

Сердце волка? Смелость львицы? От кого как не от менестреля – причем плохого менестреля – набрались они этой ерунды? Девлин поискал глазами в толпе Стивена. Тот стоял с краю, держа под уздцы обеих лошадей. Девлин бросил на юношу взгляд, обещавший тому хорошую взбучку.

– Благодарю вас за гостеприимство, – обратился он к старосте, – но нам пора ехать. Беды не ждут, пока к ним подготовятся.

В ответ на эту избитую фразу жители Гринхольта просияли, точно Избранный изрек невесть какую мудрость.

Менестрель подвел к нему лошадь. Сумки были уже приторочены. Девлин так спешил, что даже не стал проверять сбрую, а сразу ухватился левой рукой за луку и, помогая себе правой, взобрался в седло. Ребра отозвались на этот маневр новым приступом боли, и Девлин охнул, но заставил себя выпрямиться как ни в чем не бывало. Какая-то женщина подала ему топор, и он привязал его к седлу. Им позволили уехать только после того, как Избранного вновь осыпали похвалами.

Девлин пустил лошадь резвой рысцой, отчего каждый толчок отдавался в его голове резкой болью. Какое-то время вслед за ними бежала стайка ребятишек, но вскоре отстали даже самые быстрые. Когда Девлин наконец убедился, что их никто не видит, он пустил лошадь шагом и обмяк в седле.

– Избранный? – забеспокоился Стивен.

– Меня зовут Девлин, – не желая мириться с этим дурацким званием, сказал Девлин. – Или обращайся ко мне по имени, или не обращайся совсем.

– Ну хорошо, Девлин. Ты плохо выглядишь. Ты уверен, что нам обязательно нужно было уехать именно сегодня? Может, вернемся и останемся в Гринхольте, пока ты не поправишься?

– Я не болен. У меня похмелье.

– У тебя что?

– Похмелье. Вчера перед сном я выпил почти полный кувшин этого кельджа.

– А, ты напился, – укоризненно сказал менестрель.

– Напился и сейчас расплачиваюсь за свою невоздержанность. Поэтому, пожалуйста, говори потише, не играй на лютне и не пой. Просто… молчи.

Остаток утра они провели в тишине. Только в полдень сделали привал, чтобы дать отдохнуть лошадям и съесть запеченную рыбу, приготовленную женщинами Гринхольта. Девлин нашел, что рыба сухая и безвкусная, поэтому проглотил всего пару кусочков. Взобраться на лошадь после привала оказалось труднее, чем утром, но он сумел сделать это, не показав Стивену, чего ему стоило усилие.

Теперь у него в голове непрерывно пульсировала боль, а перед глазами все плыло. Там, где кровь скримзаля попала ему на руки, кожа покраснела и начала шелушиться, словно от солнечного ожога. Кроме того, она ужасно зудела. Девлин туго обмотал удила вокруг ладоней, стараясь сдержаться и не расчесывать пораженные места.

Конечно, он мучился не просто от похмелья, и ему становилось все хуже. Он открыл рот, чтобы позвать Стивена, который ехал впереди, однако потом передумал. Если он признается, что болен, менестрель заставит его повернуть в Гринхольт, а он этого не хочет. Надо ехать дальше, и будь что будет. Лихорадка либо отпустит, либо нет. Возможно, яд скримзаля все-таки убивает его, только тело еще этого не осознало.

* * *

Пошел третий день с тех пор, как они покинули Гринхольт, и Стивен уже сам понял, что дела его спутника плохи. В первый день он поверил, что накануне Девлин просто перебрал, а усталость, которую Избранный испытывал вечером, казалось естественной после тяжелой битвы.

Назавтра Девлин выглядел хуже. Он отказывался от еды, упрямо повторяя, что надо ехать дальше. Стивен упрекал себя, что пошел на поводу у Девлина и не заставил его вернуться в деревню. К вечеру Девлин почти вываливался из седла. Он объяснил свою слабость раной на ноге, и менестрель, как ребенок, поверил этой отговорке.

На третье утро Девлин уже не смог скрыть своего состояния. Он был белым как мел, по лицу градом струился пот, глаза ввалились и помутнели. Ночью он расчесал руки до крови и теперь позволил Стивену перевязать их полосками чистого полотна. Это тревожило юношу больше всего. Такая покорность была совсем не в характере Избранного.

Стивен переживал, не зная, что делать. Сделать остановку и надеяться, что покой вернет Девлину силы? Несмотря на весьма скудные познания в медицине, он понимал, что это было бы непростительной глупостью. Избранному нужен искусный целитель, а посреди леса или в крошечных деревушках его не найти. Ближайший целитель находится в поместье лорда Бринйольфа. Если не сворачивать с дороги, то – за день они доедут до Зимсека, откуда можно послать за лекарем, но пока тот доберется, пройдет еще не меньше двух дней. Целых два дня, прежде чем Девлин получит помощь, а он так плох, что не протянет и двух часов…

Стивен проклинал себя за недогадливость и винил во всем только свой эгоизм. Как он гордился битвой со скримзалем и своим вкладом в победу! Он сам выпускал из арбалета стальные стрелы и видел, как они пронзали броню чудовища. Он был свидетелем храбрости, проявленной Девлином, и своими глазами видел, как Избранный нанес скримзалю смертельный удар. Стивену казалось, будто ожила древняя легенда, и он уже вовсю придумывал мелодию баллады, в которой запечатлит великое событие. Баллады, которая принесет ему деньги и известность. Он так увлекся музыкой и мечтами о славе, что не заметил быстрого ухудшения в состоянии Девлина. Он осознал свою ошибку только сейчас и, возможно, уже опоздал.

Да, два дня – это слишком долго. Но есть другой выход. Вчера, рядом с тем местом, где они остановились на ночлег, Стивен обнаружил заросшую тропинку, которую знал, еще будучи мальчишкой. Тропинка вела через лес в поместье лорда Бринйольфа. Если по ней можно проехать, то Девлин окажется под опекой лекаря еще до заката.

Стивен понимал, что рискует. Поваленные деревья, речные разливы, грязевые оползни могли изменить тропу или сделать ее непроходимой. Тогда им придется возвращаться и ехать по наезженному тракту. Однажды он уже повел Девлина по знакомой дороге, а потом выяснилось, что она затоплена. А по этой тропинке в последний раз ему приходилось бегать в далеком детстве. Но иначе поступить нельзя. Лучше рискнуть, чем тащиться по главной дороге и смотреть, как Девлин умирает у него на глазах только потому, что Стивен вовремя не нашел лекаря.

Менестрель снял с огня кружку с настоем ивовой коры и протянул ее спутнику.

– Пей, – приказал он и помог Избранному поднести кружку ко рту, обхватив его ладони своими. Руки Девлина дрожали, и несколько капель настоя пролилось на землю, но большую часть содержимого он все-таки выпил. Стивен счел это добрым знаком.

– Здесь оставаться нельзя. Ты в состоянии ехать верхом?

Стеклянными глазами Избранный смотрел куда-то мимо Стивена.

– Да, – хрипло выдавил он.

Девлин тяжело поднялся и с помощью Стивена доковылял до большого плоского камня, потом встал на камень и, когда менестрель подвел к нему лошадь, с трудом взобрался на нее, опираясь на плечо юноши.

– Не надо…

Не обращая внимания на протесты Избранного, юноша отстегнул ремень с высокой задней луки седла, обернул его вокруг пояса Девлина и прочно закрепил. Вот так. По крайней мере теперь Избранный не упадет.

Стивен прыгнул в седло, держа в руке поводья обеих лошадей.

– Держись. Держись, и я обещаю, что это последний день в дороге.

На лице Девлина промелькнула слабая улыбка.

– Последний день, – тихо проговорил он и, прикрыв глаза, сгорбился в седле. – Твоими бы устами, менестрель…

Стивен ударил лошадь пятками, и та пошла шагом. Лошадь Девлина послушно двинулась следом. Примерно через час они вернулись к опушке, откуда начиналась заброшенная лесная тропа. Стивен обернулся и посмотрел на своего спутника: Девлин выглядел не лучше, но и не хуже. Сейчас или никогда, решил юноша.

– Я не подведу, – поклялся он, поворачивая коней на тропу.

Он пообещал Богам пожертвовать всем, что у него есть, лишь бы Девлин не умер.

* * *

– Именем короля Олафура и его народа я взываю к Владыке Тео, Великому Отцу, и Владычице Тее, Великой Матери, и прошу их благословения. Владычица Соня, награди свой народ смелостью. Владыка Хаакон, даруй нам справедливость. Владыка Эгил, благослови плоды трудов наших. Владычица Гейра, исцели раны в наших сердцах. Тот, кого я не смею назвать, даруй нам удачу.

34
{"b":"4665","o":1}