ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Возможно, хладнокровие Избранного объясняется тем, что ему нечего терять. Капитан снова подумала о сложном переплетении самых разных историй и слухов, которые привезли из Дункейра ее курьеры.

– Есть новость из Дункейра, – небрежно, будто мимоходом, упомянула она. – Эрлу Тирнаха пришлось отказаться от заселения Новых Земель после того, как на крестьян напали странные лесные твари. Кажется, их называют котравами.

Лицо Девлина ничего не выражало.

– Но они не посылали за Избранным, – безучастно произнес он.

– Почему ты в этом так уверен?

– У них так не принято.

Капитан Драккен обратила внимание, что Девлин сказал «у них», а не «у нас». Считает ли он уже себя джорскианцем или за этим стоит что-то еще?

Лениво покачивая ногой, она принялась разглядывать носок своего сапога, украдкой наблюдая за Девлином.

– Ты прав. Они не просили помощи Избранного. Какой-то местный фермер загнал котравов в лес и там прикончил их. Однако на тех землях все равно никто не захотел жить.

Она ничего не добилась. Избранный никак не отреагировал на ее слова, хотя она была уверена, что речь шла именно о нем. Такие ужасные шрамы на его спине могли оставить только когти огромного леопарда или другой гигантской кошки.

– Может, тебе что-нибудь известно об этой истории? – спросила капитан, подняв голову.

– Откуда мне знать про фермеров? Я был кузнецом, – ответил Девлин.

Капитан Драккен чуть не заскрипела зубами от бессилия. Она нутром чувствовала, что он многое недоговаривает. Но что ему скрывать? Торговцы и курьеры, ездившие в Дункейр, вернулись с самыми противоречивыми сведениями. По одним рассказам, фермер погиб, мстя за своих близких. По другим, котравы разорвали на части всю семью, не оставив в живых ни души. Доходили и еще более жуткие слухи: фермер убил своих родных, и за это кровавое злодеяние преступника изгнали в лес. Там котравы приняли его в свою стаю, и вместе с ними он вернулся в деревню, чтобы отомстить людям. В эту чушь капитан Драккен, конечно, не верила.

Но что, что скрывал Девлин? Какие грехи погребены под всеми его недомолвками и уклончивыми ответами?.. Во дворце поговаривали, что он – вражеский шпион и наемник. Если это правда, то как он сумел пройти испытание во время церемонии посвящения?

Избранный уже немало сделал для королевства. Если он не погибнет, то станет символом возрождающегося порядка в Джорске и сильным союзником короля. Но он не доверяет ей – так как же она может доверять ему?

Избранный шагнул к выходу. Капитан задержала дыхание, отсчитывая удары сердца, пока он не подошел к двери.

– Да, еще кое-что, – словно бы вскользь сказала она. – Для тебя письмо. Я оставила его у себя до твоего возвращения.

Девлин замер, схватившись за ручку двери, хотя и не обернулся.

– Должно быть, это ошибка.

– Письмо пришло во дворец. Оно адресовано Девлину из Дункейра, и надпись на нем сделана по-кейрийски.

Как она и ожидала, новость застала Девлина врасплох. Избранный сгорбился, сжимая дверную ручку с такой силой, что казалось, та вот-вот треснет. Затем, сделав заметное усилие над собой, расслабился и повернулся.

Капитан Драккен поднялась, обошла вокруг стола и открыла средний ящик, откуда достала пергаментный свиток, запечатанный сургучом. Избранный медленно приблизился к ней и осторожно взял его, точно боялся, что письмо его укусит. Прочитав надпись на свитке, он чуть заметно кивнул. Девлин вскрыл печать, жадно проглотил глазами содержание письма и гневно смял его. Швырнув письмо в огонь, он смотрел, как языки пламени начали лизать его. Свиток развернулся от жара, и капитану Драккен почудилось на нем изображение не то короны, не то каких-то колец. Прежде чем она успела что-нибудь рассмотреть, пергамент вспыхнул и рассыпался в прах.

Бросив на нее насмешливый взгляд, Избранный вышел. Капитан посмотрела ему вслед, жалея, что честность не позволила ей вскрыть письмо раньше. В следующий раз она будет менее щепетильной. Хотя кое-что она все-таки узнала. В Дункейре есть по крайней мере один человек, который знает о Девлине… и который способен нарушить его ледяное спокойствие.

XVII

Тум! Стальной топор вошел в полено, аккуратно расколов его на две половины, разлетевшиеся в стороны. Девлин взял из поленницы следующее бревно и поставил на колоду. Взмах топора – и еще две чурки упали на землю.

Осеннее утро было прозрачным и холодным, каменные плиты внутреннего двора покрылись инеем. Парнишка, обычно коловший дрова, взобрался на телегу и сидел там, зябко ежась и грея руки под мышками. Поначалу Девлин тоже замерз, но постепенно его мышцы разогрелись, и он даже скинул куртку.

Ритмичная работа позволяла мыслям свободно течь. Расписка. Меркей прислал ему расписку торговца. Новая волна гнева захлестнула Девлина, и он с такой силой вогнал топор в полено, что тот воткнулся в колоду. Вытащив топор, Девлин заставил себя успокоиться и продолжил колоть дрова.

Он не ожидал, что Меркей пришлет ему весточку. Его друг, как и все остальные, считал, что для Девлина все кончено. В глазах кейрийцев Девлин уже мертвец. И все же Меркей прислал ему расписку. Девять стилизованных колец и эмблема наковальни. В письме не было ни слова, но Девлин и без того все понял. Все девять золотых монет благополучно доставлены в Дункейр. Девлин исполнил свой долг.

Но как Меркей узнал, где найти его? Скорее всего, несмотря на предупреждение Девлина, кто-нибудь из торговцев шерстью все-таки проболтался. Девлин знал, что полагаться на таких людей не стоит, но тогда не особенно беспокоился. Он не сомневался, что давно будет лежать в могиле к тому времени, когда Меркей получит деньги и станет гадать, кто их послал.

Надежды Девлина не оправдались. Наступила осень; с того дня, как он появился в Кингсхольме, прошло четыре месяца. Трижды он стоял на пороге смерти, но ему по-прежнему везло. Владыка Хаакон еще не готов принять его в своем царстве.

По спине Девлина пробежала дрожь, однако не холод был тому причиной, а мрачная мысль: что, если Владыка Смерти вообще не заберет его? Что, если он никогда не умрет, и судьбой ему уготована жалкая полужизнь? Такое наказание страшнее любой смерти…

Кто-то окликнул его, но Девлин, не оборачиваясь, взялся за последнее полено. Сзади позвали громче:

– Девлин!

Топор вошел в дерево, словно в масло, и еще две аккуратные чурки полетели на землю. Воткнув топор в колоду, Девлин повернулся.

Капитан Драккен с усмешкой смотрела на него. Мальчуган проворно слез с телеги и начал укладывать в нее дрова.

– Поленья чем-то тебя обидели? – спросила капитан.

– Я хотел размяться.

Только по нагруженной телеге Девлин понял, как долго колол дрова. С полчаса, не меньше, хотя солнце еще не разогнало серый предрассветный туман.

Капитан стражи была одета не в обычную форму, а в плотные гетры и куртку. На поясе у нее висел меч.

– Немного найдется любителей в такую рань выйти на холод, чтобы размяться, – сказала она. Потом ее глаза расширились от удивления. – Это же твой топор!

– Ну да.

– Но это ведь боевой топор, а не просто инструмент!

А, вот что ее возмутило. Многие воины считают свое оружие чуть ли не священным и относятся к нему с благоговейным почтением. Девлин был кузнецом, и подобные глупости его не заботили. В конце концов, оружие – такой же инструмент, как и прочие изделия из металла.

Девлин вытащил топор из колоды, достал из-за пояса кусок полотна и обтер лезвие. Проведя по нему пальцем, он не обнаружил ни единой зазубрины или царапины. Как он и ожидал, сталь была крепка.

– Самый обычный топор. Что еще им делать, как не колоть дрова?

Капитан Драккен покачала головой.

– Не понимаю… Ладно, мне пора. Мой напарник по тренировке не любит ждать.

– Если позволите, я пойду с вами. Стражники упражняются в стрельбе из лука?

– Конечно. У нас есть несколько тиров с мишенями недалеко от тренировочной площадки. Я покажу, мне по пути.

43
{"b":"4665","o":1}