ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Спасибо, – поблагодарил Девлин.

Зачехлив топор, он поднял с земли куртку, арбалет и колчан, которые взял с собой. Повернувшись к парнишке, сказал:

– Завтра в это же время. И привези побольше поленьев.

Глядя на топор в руке Девлина, капитан Драккен на ходу покачала головой.

– В Джорске топор – довольно распространенное оружие, но я не слыхала, что кейрийцы тоже используют его в бою.

– Почти никто в Дункейре и не считает его оружием, – подтвердил Девлин. Когда он ковал этот топор, то собирался вырубать могучие дубы, которые росли на Новых Землях, поэтому головку топора сделал вдвое больше обычной. Только человек, обладающий ростом и силой Девлина, мог удержать в руках такой тяжелый инструмент. Он с лихвой заплатил за свое тщеславие. Девлин никогда бы не подошел к наковальне, знай он, что его топор будет рубить не дерево, а живую плоть.

Он отогнал непрошеные мысли и сменил тему:

– Я учился стрельбе из лука. Кейрийские арбалеты меньше ваших луков, стрелы для них легче, зато точность выше.

Капитан Драккен замедлила шаг и с интересом посмотрела на собеседника.

– А зачем кузнецу учиться стрелять?

– Таков закон.

– Все кузнецы должны уметь стрелять из арбалета?.. Нет такого закона! – фыркнула капитан.

Ее слова озадачили Девлина, и он понял свою ошибку. Он позабыл, что она не из Дункейра.

– У нас так принято, – объяснил он. – В день получения имени каждый должен выбрать оружие и упражняться до тех пор, пока не сможет показать свое умение перед другими. Наши города защищают охранители порядка, а те, кто живет вдали от городов, в первый день месяца обязаны собираться в отряды ополченцев и проходить подготовку. От нее освобождены только калеки и те, кто отслужил семижды по семь лет.

– А все остальные проходят эту подготовку?

– Да, кроме слабых умом. Кое-кто выбирает меч, но большинство предпочитает копье или лук. В деревнях распространены луки из дерева, хотя у некоторых горожан стальные луки или арбалеты.

Сталь была в Дункейре большой редкостью и стоила очень дорого, потому что каждый драгоценный кусок железа ввозили из-за границы. Стальной топор и арбалет служили в Дункейре признаком состоятельности. Девлин, владевший и тем, и другим, тоже когда-то процветал.

Капитан Драккен снова покачала головой.

– Значит, все ваши люди обучены боевым навыкам. Это многое объясняет.

Неподготовленность и апатия жителей королевства поражали Девлина. С малых лет все кейрийцы знали, что в трудную минуту могут рассчитывать друг на друга. Они с детства приучались владеть оружием, чтобы достойно встретить любую угрозу. В Дункейре скримзалю никогда не удалось бы безнаказанно пожирать людей. Если бы кейрийские рыбаки сами не справились с чудовищем, то созвали бы своих родичей – и близких, и дальних – и одолели бы монстра сообща.

По сравнению с его народом джорскианцы казались покорными и вялыми. Они привыкли, что их должен защищать кто-то другой, будь то королевская стража, армия или Избранный. Но при всем том они создали могущественную империю…

– Наши силы не беспредельны. Иначе Дункейр по сей день был бы королевством, а не заброшенной провинцией Джорска, – с горечью сказал Девлин.

– Мы завоевали Дункейр, но как долго сможем его удержать? – пробормотала капитан Драккен.

* * *

Через несколько дней после возвращения в Кингсхольм Девлин явился в Большой зал на еженедельный обед, который король устраивал для придворных. Как обычно, Избранный сел за самый дальний стол с правой стороны от входа. Места за этим столом принадлежали менее знатным членам королевской свиты. Слуги разлили по бокалам вино, и король приказал Избранному подняться. Чувствуя неловкость под взглядами придворных, Девлин выслушал похвалы короля, который поднял тост за храбрость Избранного, в жестокой схватке победившего гигантского скримзаля. Находясь в центре внимания, Девлин пережил несколько неприятных мгновений. К счастью, все быстро кончилось – после короткой речи короля о подвиге Избранного больше не упоминалось.

Он уже успокоился и решил, что о нем забыли, но спустя неделю получил свиток, в котором говорилось, что завтра утром король ждет его на аудиенцию. Приглашение было составлено в изысканных выражениях, но приказ оставался приказом. Девлин гадал, зачем королю понадобилось его видеть. Неужели у него есть задание для Избранного – задание, которое позволит Девлину покинуть ненавистный ему город? Он мог только надеяться на такой благоприятный случай.

На следующее утро он, по обыкновению, встал еще до рассвета и сделал «зарядку», наколов дрова. Когда замок начал просыпаться, Девлин вернулся к себе и велел принести ему горячей воды, чтобы смыть пот. Освежившись, надел парадную форму Избранного и вышел из комнаты, хотя до назначенного часа оставалось еще немного времени. У двери ждала служанка, которая должна была сопроводить его в королевские покои. Они спустились по лестнице и миновали несколько коридоров, прежде чем добрались до старого крыла замка. Здесь полы покрывал не паркет, а мрамор, со временем истершийся до блеска. На то, что за дверями находится сам король, указывало только присутствие молодой стражницы. Когда Девлин приблизился, девушка один раз стукнула в дверь.

– Его величество ожидает вас, – сказала она, и двери как по волшебству отворились.

К своему удивлению, Девлин очутился не в зале для аудиенций и даже не в кабинете, а в небольшой комнате, чуть просторней его собственной. Стены, обшитые темным деревом, были увешаны яркими шелковыми гобеленами. Окон не было – множество свечей в изящных канделябрах заливали комнату ярким светом. В центре располагался столик, за которым сидели король Олафур и принцесса Рагенильда.

– Ваше величество. Ваше высочество. – Девлин поклонился сначала королю, затем принцессе, стараясь скрыть изумление.

Король ответил на приветствие легким кивком.

– Избранный, моя дочь и наследница принцесса Рагенильда.

Принцесса встала и сделала короткий реверанс.

– Милорд Избранный, – холодно произнесла она, не сводя с него голубых глаз.

Девлин смутился. Король – его повелитель, с ним все понятно. Но как вести себя с ребенком, который принадлежит к королевской семье?

– Принцесса, я счастлив видеть вас, – выдавил он наконец и снова поклонился.

Принцесса села в кресло, и король жестом пригласил Девлина присоединиться к ним за столом. Двое слуг внесли тарелки с рыбным супом, блюдо с печеньем и наполнили бокалы бледно-розовым вином. На стол перед королем поставили кружку кавы. Вторая кружка появилась перед Девлином, и он схватился за нее, как утопающий хватается за соломинку.

В этот момент до него дошло: во-первых, присутствие принцессы означает, что король не намерен давать ему поручений, и во-вторых, предполагается, что Избранный разделит с ними трапезу, как будто всю жизнь только тем и занимался, что обедал с монаршими особами. Спина Девлина взмокла от напряжения, и на секунду ему захотелось очутиться отсюда подальше. Все что угодно, даже битва со скримзалем, только не эта пытка.

Король Олафур пригубил каву, взял ложку и принялся есть суп. Принцесса сделала то же самое, и Девлину пришлось последовать их примеру. Суп был ароматный и вкусный, но Девлин почему-то представлял себе, что король вкушает более изысканные яства.

– Моя дочь хотела поговорить с тобой, – сказал король после небольшой паузы. – Я решил, что в неофициальной обстановке ты будешь чувствовать себя свободнее.

И это называется неофициальной обстановкой? Охрана за дверью и двое слуг, которые постоянно толкутся в комнате. Какую же обстановку король считает официальной? Девлин поймал себя на мысли, что ему совершенно не хочется об этом знать.

– Уже много лет я не разговаривал ни с кем из кейрийцев… Скажи-ка, мои подданные все еще верны империи?

Девлин сделал глоток густой кавы, обдумывая ответ. Заклятие уз заставляло его сказать правду; с другой стороны, он сознавал, что, если оскорбит короля, ничего хорошего из этого не выйдет.

44
{"b":"4665","o":1}