ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Твоя забота греет мне душу, – сказал Девлин.

Через некоторое время послышался звук шагов.

– Помоги мне сесть, – скомандовал Девлин.

Ольга просунула руки ему под мышки и подтянула его в сидячее положение. Правой рукой Девлин сжал топор.

Узнать лорда Эгеслика было нетрудно. На лбу молодого барона красовался золотой обруч, который дозволялось носить только дворянам первого ранга, хотя к этому сословию Эгеслик и не относился. Он был одет в пурпурную шелковую рубашку и зеленые штаны; кожаные туфли беззвучно ступали по каменным плитам двора. Барон появился в сопровождении того самого офицера, которого Девлин уже видел, и двух стражников в парадной форме, шагавших немного позади.

При виде Стивена, которого поддерживали двое гвардейцев, барон недобро улыбнулся. Менестрель низко склонил голову, являя собой крайне жалкое зрелище.

– Так это и есть преступник? Я приготовил для него особое наказание, – с жестокой усмешкой произнес лорд Эгеслик.

Теперь. Другого шанса не будет.

– Донесение, – хрипло прокаркал Девлин. – Надо сообщить… барону… только барону.

Он замотал головой из стороны в сторону, будто в приступе горячки.

– Ему недолго осталось, – скорбно заметила Ольга.

Но все внимание барона было приковано к Стивену. Он подошел к менестрелю и, схватив его за подбородок, поднял голову юноши так, чтобы видеть его глаза.

– Совершенно особое наказание, – с подчеркнутой медлительностью сказал барон. Девлин похолодел от страха. Сколько еще продержится Стивен, прежде чем Эгеслик раскроет обман?

– О нет, прошу вас! Сжальтесь надо мной, славный барон, – захныкал Стивен. Его ноги подогнулись, и он не упал только благодаря державшим его стражникам.

Барон расхохотался.

– Донесение, – проговорил Девлин уже громче. Прапорщик Миккельсон подошел к Эгеслику и низко поклонился.

– Милорд, Избранный хочет сообщить вам нечто важное. Это предназначено только для ваших ушей. Боюсь, времени остается все меньше… – Он не договорил.

Барон медленно и неохотно отвернулся от своей добычи, приблизился к носилкам, и лицо его скривилось в гримасе отвращения.

– Н-да, неприглядный вид. Он похож скорее на крестьянина, чем на Избранного.

– Лорд Эгеслик, – прошептал Девлин. Барон подошел ближе и теперь стоял на расстоянии вытянутой руки от носилок.

– Что ты хотел сказать?

– Начали! – рявкнул Девлин, скатившись с носилок и вскочив на ноги.

Эгеслик не успел и глазом моргнуть, как к его шее прижалось холодное лезвие топора. Бойцы Девлина быстро разобрали оружие, спрятанное на носилках, и встали в круговую оборонительную позицию.

Стражники барона сделали шаг вперед, но путь им тут же преградили мечи Дидрика и Миккельсона.

– Что это значит? – вопросил лорд Эгеслик.

– Я пришел свершить правосудие, – громко и четко сказал Девлин. – Прикажите своим людям бросить оружие.

– Ни за что.

Девлин знал, что будет нелегко. Он поднял левую руку над головой – так, чтобы все ее видели.

– Я – Избранный, и все, что я здесь делаю, я делаю во имя справедливости, короля Олафура и народа Джорского королевства. Призываю всех Семерых Богов в свидетели моей клятвы.

Камень в перстне вспыхнул ярким рубиновым пламенем.

– Занятный фокус, – с издевкой бросил барон, хотя лицо его побледнело и покрылось каплями пота.

– Слушайте меня! – провозгласил Девлин. – Вы должны бросить оружие и сдаться на милость короля, иначе я объявлю вас изменниками, и ответственность за это ляжет на вашего лорда.

Старший офицер стражи барона посмотрел сначала на Девлина, потом на Эгеслика.

– Вы не посмеете его тронуть.

– Во исполнение своей клятвы я пойду на все. Оружие на землю, – приказал Девлин, выпуская наружу темный гнев, до сих пор спрятанный в глубинах его души. Он поймал взгляд офицера и пристально смотрел на него, пока тот наконец не отвел глаза.

– Милорд, мы должны подчиниться, – сказал офицер барону, расстегнул пояс, на котором висел меч, и положил его на землю. Остальные стражники быстро последовали его примеру. Однако, кроме этой небольшой группы, в поместье наверняка были и другие люди с оружием.

Один из солдат Девлина перерезал веревки на запястьях Стивена, и юноша принялся растирать онемевшие руки.

– Миккельсон! Возьмите пленников под стражу. Остальных – найти и арестовать, – приказал Девлин и снова повернулся к барону. – Лорд Эгеслик, я обвиняю вас в измене королю и народу Коринта. Эта провинция была отдана под вашу власть в обмен на верность империи, но вы не сумели защитить ни землю короля, ни его подданных. Вы заплатите за свое предательство.

– Безумец! Ты даже не представляешь, кто я такой и что ты сейчас наделал! – злобно ощерился лорд Эгеслик. – Я прикажу вздернуть тебя на виселице!

– Я не боюсь мелкого лордишки. Оставьте свои угрозы. Если вам повезет, вы лишитесь только титула.

Но если суд докажет, что барон – изменник, он лишится жизни.

* * *

Взять под охрану все поместье оказалось почти невозможно – слишком много находилось народу как в самом замке, так и в многочисленных постройках вокруг него. Кроме того, эти люди были у себя дома, где знали все входы и выходы, все тайные лазейки. В одной из казарм Миккельсону и его солдатам удалось застать врасплох около сорока дружинников барона и арестовать их, но примерно столько же человек из охраны лорда Эгеслика где-то скрывались. Они либо сбежали, либо сняли с себя форму и смешались с челядью. Некоторые слуги тоже покинули поместье. Со стены замка Девлин видел, как они врассыпную бросились в разные стороны, и жалел, что не может выслать за ними погоню – в отряде и так мало бойцов. Многие из сбежавших действительно испугались, что им придется отвечать за деяния своего хозяина наравне с ним, но кое-кто, несомненно, ускользнул из замка с целью предупредить союзников барона.

Времени оставалось в обрез. Девлин понимал, что в случае осады замок не удержать. В отряде всего двенадцать стражников и десять солдат, да еще он со Стивеном. На стражников барона, взятых под арест, рассчитывать не приходилось. Их вместе со слугами временно заперли в кладовых замка, хотя, конечно, это решение тоже было не из лучших.

Девлин отчаянно растягивал силы отряда, чтобы обеспечить охрану пленников и создать хотя бы видимость караула. Миккельсон и Дидрик занялись допросом слуг, а Стивен осматривал комнаты замка в поисках бумаг, которые подтверждали бы преступные замыслы барона.

Самое трудное – допрос барона – Избранный взял на себя, но часы превращались в дни, и бессильный что-либо доказать Девлин уже стал отчаиваться. Надменность барона просто поражала. Он отказывался отвечать на вопросы и всем своим видом показывал, что Избранный – всего лишь мелкая неприятность, которую очень скоро устранят могущественные союзники барона. Кто эти таинственные союзники, Эгеслик не говорил. Даже если бы Девлин захотел применить к барону более крутые меры, заклятие уз этого бы не позволило, ведь пока Избранный не мог обвинить барона в чем-то еще, кроме плохого управления провинцией.

С захвата замка прошло уже почти три дня. Последний допрос барона закончился возмущенной тирадой Избранного. Постепенно Девлин пришел к выводу, что барон нарочно доводит его до белого каления. Он оборвал свою гневную речь и, хлопнув дверью, вышел. Пусть Эгеслик поразмыслит над его словами, а Девлин тем временем отдохнет. Он не спал уже три ночи. Ему нужно хоть немного расслабиться, чтобы привести в порядок мозги.

Девлин прошел по незнакомым коридорам замка. Стражник, стоявший внизу у главной лестницы, объяснил ему, как пройти в комнату, отведенную для Избранного и его офицеров.

Свернув за угол, Девлин увидел, что кто-то идет ему навстречу. Когда фигура приблизилась, Девлин узнал Фрейю, одну из подчиненных Миккельсона. В двух шагах от Девлина она встала по стойке «смирно» и отсалютовала.

– Все спокойно? – спросил он.

– Да, милорд Избранный. В этом крыле все тихо, – спокойно и по-военному четко ответила девушка.

65
{"b":"4665","o":1}