ЛитМир - Электронная Библиотека

Капитан осторожно сполз с кровати, готовый моментально запрыгнуть обратно, если и на полу обнаружится еще какая-нибудь пакость вроде эффекта присутствия на дне Марианской впадины. Но нет — кроме все той же духоты, что была здесь еще более противной и липкой, — все было в порядке.

Вакулов, не торопясь, начал передвигаться на четвереньках в сторону прихожей. Врезаться в темноте во что-нибудь он не боялся: все же в родной квартире он знал каждый сантиметр.

Опять раздался прежний гадкий смешок, и Иван пребольно стукнулся лбом о неизвестно откуда взявшийся на его дороге угол журнального столика. Причем удар был такой силы, что капитан не только зашипел от боли, но и в полной мере насладился эффектом целого снопа искр, промелькнувших перед глазами.

— Слышь, паскуда, — заорал, уже не скрываясь, Вакулов, — ты кто есть и что тебе нужно?!

Тишина. Иван мог бы поклясться, что в квартире никого нет, кроме него самого. Но ведь смеялся-то явно не он — тогда кто?

Негромкий скрип. Капитан насторожился. Вот опять! Тонкий и противный, словно гвоздем водят по стеклу — Ивана аж передернуло.

Ладно, посмотрим, кто это там играется! Капитан постарался быстро, насколько это возможно в положении передвигающегося на четвереньках человека, добраться до двери, ведущей в коридор. Она была чуть приоткрыта и тоненький лучик — нет, не света, а полумрака, но полумрака, в котором можно было что-нибудь рассмотреть, — пробивался через эту щель.

Вакулов осторожно выглянул. В коридоре было пусто. А это еще что за хренотень? Входная дверь была распахнута настежь и слегка покачивалась, издавая тот самый противный скрип. В тамбуре перед квартирой было темно, фонарь над распределительным щитком не горел. Чуть дальше угадывалась дверь, ведущая к лифту, — она тоже была открыта. Рассмотреть площадку за ней уже было невозможно.

Иван тихо ошалел. Выходило, что кто-то или что-то преспокойно проникло в квартиру, миновав все замки и сторожевые заклинания, а он даже и не почуял это? И сейчас этот неведомый пришелец находился где-то рядом?! Капитан почувствовал себя неуютно. Давно позабытые детские страхи внезапно ожили в его сознании, пригвождая к полу и парализуя волю. Горячая волна пробежала по спине. Он хотел закричать, но горло пересохло и издавало только какой-то невнятный хрип. Тело словно налилось свинцом и стало чужим и непослушным. Иван не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Он был абсолютно беспомощен, открыт для любых опасностей и совершенно беззащитен перед ними!

Вдруг сам по себе щелкнул выключатель и в узкой полоске света Иван увидел, как из-под двери в ванную полилась вода. Она устремилась по полу весело журчащими ручейками во все стороны. Остановившимся взглядом Иван наблюдал за тем, как они бегут к нему словно резвые змейки. Сходство усиливалось еще и тем, что струйки переливались разноцветными искорками, похожими на чешуйки.

Иван с обреченностью понял, что погиб — это ведь и взаправду были змеи! И явно не какие-нибудь безобидные ужики, а опасные ядовитые гадины! Однажды он уже был в подобном положении, когда летом, в деревне, наткнулся на греющуюся на солнышке гадюку, а убежать не мог, потому что накануне прыгал с пацанами с дерева и сильно ушиб ногу и теперь едва ковылял. Было ему тогда года четыре, но вот то чувство полной беспомощности и ненавидящий злобный взгляд шипящей твари остался в его памяти на всю жизнь. Просто раньше оно дремало где-то далеко-далеко и ничем не напоминало о себе, а сейчас вынырнуло откуда-то из глубин сознания и предстало перед Иваном во всей красе, сминая и разнося в клочья его волю.

Когда первая из змеек достигла его рук, Вакулов все-таки закричал. И это, как ни странно, позволило сбросить ту пелену, что опутывала его сознание.

Вода! Это все же была обычная вода! Прохладная, живительная влага проясняла голову, и Вакулов, стоя на коленях, черпал ее ладонями, сложенными в ковшик, и с удовольствием плескал себе на лицо. Пить отчего-то не хотелось, хотя горло по-прежнему было пересохшим.

И снова тот же смех! Но сейчас Иван смог уловить, откуда он идет. Он мог поклясться, что неведомый «кто-то» засел в ванной. Что ж, сейчас мы посмотрим, кто это тут резвится!

Вакулов поднялся во весь рост, запоздало вспомнив о перепадах давления, но в коридоре с этим все было в порядке, и он двинулся вперед, шлепая по воде.

Капитан рывком дернул дверь, разозленный на все — на себя, на детские страхи, на незнакомца, — и замер, пораженный открывшейся ему картиной. Давешний клоун лежал в ванной, а через края бодро лилась странно-темная вода. Иван в первую секунду не понял, в чем дело, а когда сообразил, отшатнулся к стене — это была кровь. Полная ванна крови! Но ведь этого не могло быть — в человеке всего каких-то пять с половиной литров крови — разве могут они заполнить такой большой объем? Или она просто перемешалась с обычной водой? Да, так, наверное, и есть, но что здесь происходит? Неужто клоун забрался к нему домой, чтобы вскрыть себе вены в чужой ванной комнате? А почему закрыт кран? И кто, мать его, тогда смеялся?!

Вакулов, преодолевая отвращение, приблизился к телу клоуна. Над водой торчала, словно поплавок, голова в намокшем рыжем парике. Его спутанные пряди закрывали лицо человека, но капитан все равно видел размазанный грим, кляксы краски вокруг закрытых глаз, бесформенное пятно на месте рта, съежившийся шарик на резинке, сползший с носа на щеку…

— Эй, ты живой? — неуверенно спросил зачем-то Иван. Дотрагиваться до тела и проверять пульс ему не хотелось.

— Я-то жив, а ты? — шевельнулись вдруг бесформенные губы. Вакулов снова отскочил назад. Клоун медленно приподнялся, повозился пару секунд, устраиваясь поудобнее, и сел, ухватившись руками за бортик. Вода полилась сильнее, а Иван с ужасом уставился на иссеченные вены на его запястьях, из которых сочилась кровь.

— Ты что же это, а? — бессмысленно спросил Иван, таращась на самоубийцу. — Ты ведь истечешь сейчас весь, тебе ж хоть жгут наложить надо!

— Вот еще! — фыркнул клоун. — Любите вы на всякую чушь реагировать! Лучше бы о себе подумал — ты что ж это с собой сотворил, а? Зачем настройку сбил, дурень? Неужели не понимаешь, что все вразнос могло пойти? Хорошо еще, что успел «якорь» принять, а то… Думать же надо — как бы ты без подключения через Барьер пошел бы — даже пепла бы не осталось! Твои-то вон, кукловоды-чароводы, побоялись сами лезть, потому как знают, что к чему, а тебя, дурачка, под винты бросили не задумываясь. Хотя, может, и они не в курсе были, что тот обряд, — клоун поднял правую руку вверх и потряс ею в воздухе — кровавые брызги полетели и на кафель стены, и на Ивана, — может, в конфликт с информационной средой войти. Правда, — он опустил руку и задумчиво уставился на кончик собственного носа, отчего выражение его лица приобрело комический вид, — канал я успел снова на тебя замкнуть, но все равно, — клоун зло ощерился, — больше с кровушкой не играйся — ни со своей, ни с чужой, понял?! Я тебе не нянька, чтоб такого здорового лба постоянно за ручку водить и из дерьма вытаскивать — в следующий раз просто доступ закрою и забуду, как тебя звали! В общем, считай, что я тебя предупредил! — Клоун погрозил Ивану пальцем и снова улегся в ванну, но на этот раз его голова ушла под воду. Вакулов бросился к нему, чтобы вытащить и заставить объясниться, но…

— …очнись!!! Слышишь, урод?! — чужой крик резанул по ушам, и Иван вскинулся, машинально вцепившись в какой-то металлический поручень. От картины, представшей перед его глазами, захватывало дух — он мчался на огромной скорости над бездной, пытаясь направить в нужную сторону хрупкий дельтаплан, а ветер яростно швырял неуклюжую конструкцию в разные стороны!

— Слава богу, очухался! — облегченно проорал чей-то голос. Вакулов проморгался, мотнул головой — на него смотрел бледный до синевы профессор Михров…

Глава 19

— Будешь еще вякать — заткну в рот кляп, — лениво предупредил Иван раздухарившегося профессора, не прекращая сторожко осматриваться — обещанная группа, что должна была принять «груз» и заняться его переправкой на борт транспорта, отчего-то запаздывала. Вакулов ждал в условленном месте уже минут пять, потихоньку начиная задумываться над тем, что дела пошли не совсем так, как было спланировано изначально. В принципе, повода для паники пока не было, ведь, в конце концов, с местными помощниками Симона могло произойти все, что угодно, — от банально пробитого колеса на машине до столь же банально пробитого черепа. Правда, последнее для капитана и его пленника было бы куда более неприятным сюрпризом.

48
{"b":"467","o":1}