ЛитМир - Электронная Библиотека

— Не собьют, Ванечка, не переживай. Ты им живой нужен. Или, по крайней мере, более-менее неповрежденный. Иначе ведь никакой некромант не справится…

— Это в каком смысле? — опешил Вакулов.

— Да неужели ты думаешь, что про наше с тобой возвращение никто из власть имущих еще не прознал? Не-ет, Ванюша, они нас прямо в аэропорту взять попытаются. Ну или куда там нас посадят? На военный аэродром, наверное?

Капитан сразу и не нашелся, что ответить. Нет, он, конечно, давным-давно сбросил розовые очки (да и были ли они вообще? При его-то специфике работы?) и прекрасно понимал, что в среде магов есть превеликое множество агентов государственных спецслужб — и наоборот. Но вот что касалось последнего заявления ведьмы, которому Вакулов отчего-то склонен был очень даже доверять? Ведь Служба, по недавнему заверению Симона, его потеряла. Да и ведьма вполне грамотно изъяла его из череды происходящих событий. Как же их так быстро вычислили? Ну угнал кто-то самолет, ну перехватили его на подлете к столице и вот-вот посадят на пригородный аэродром… и что с того? Мало ли таких, ушлых да отмороженных? Почему именно он, беглый капитан и — как там у классика? — «бывший лучший, но опальный стрелок»?[31]

Вакулов обернулся к живой-мертвой:

— Почему… почему ты так уверена?

— Ох, Ванечка, да ты ж сам прекрасно понимаешь! Ваши следят за нами, наши — за вами… все старо как мир. Что самое обидное, меня хотят прижучить и те, и другие, и третьи, но я тоже кое-что придумала. Так что не переживай, прорвемся. Ты, главное, мне не мешай, ладно… любовничек? — с явной издевкой докончила она.

Капитан смерил ведьму испепеляющим взглядом (ага, очень эффективно, особенно когда имеешь дело с нежитью да еще и наделенной недюжинными магическими способностями!) и молча поднялся. Курить в ее присутствии он не собирался. Нет, не из-за страха или возможного возмездия — просто не хотел.

— Губишь ты себя, Ванечка, — продолжая издеваться, сообщила ведьма ему в спину, — совсем не жалеешь. Алкоголь вон с горла хлещешь, легкие никотином портишь. Ладно, иди уж, курилка. Может, в последний раз дымишь…

Подавив острое желание немедленно разрядить в нее всю обойму из припрятанного пистолета или как минимум обложить трехэтажным матом, Вакулов молча прошествовал в направлении грузового отсека, заставленного какими-то принадлежащими археологам ящиками и контейнерами. Присев на один их них, капитан закурил, от нечего делать читая подписи, сделанные на запаянных в целлофан табличках. Возвращаясь с раскопок, археологи везли с собой инструмент, какое-то оборудование, всяческий «полевой скарб» и четыре контейнера с нарытыми на местах древних поселений будущими экспонатами исторических музеев. Да уж, наломали они им летнюю командировку, сильно так наломали! Что ж, хочется надеяться, что с самолетом ничего страшного не случится, и бесценные артефакты прошлого рано или поздно займут свои места на музейных полках и стеллажах…

Самолет еще раз качнуло с борта на борт, затем он заметно клюнул носом. Несколько секунд спустя ощутимо заложило уши: Ан-148 начал снижение. Что ж, это-то как раз понятно: их заставляли приземлиться на каком-то из подмосковных аэродромов. На каком именно, капитана особенно не волновало: разницы, в общем-то, не было. Куда важнее, что ждало их после приземления. И как ему следует себя вести: добровольно сдаться, положиться на «кое-что придумавшую» ведьму или самому оказать сопротивление? Нет, конечно, он не настолько крут, чтобы противостоять целому антитеррористическому штурмовому отряду, но существенно подгадить им праздник сумеет, благо кое-чему обучен, и обучен неплохо. Это с одной стороны. А с другой… Первое — глупо, второе — еще глупее, третье — и вовсе уж идиотизм. Что остается? Ну, как обычно: действовать по обстоятельствам, разумеется.

Блин, Эпидемия не Эпидемия, маги не маги, а результат отчего-то всегда один: «действовать по обстоятельствам»…

Глава 22

Московская область, Щелковский район,

аэродром Чкаловский

…Перехватчик сопровождения качнул крыльями и отвалил в сторону. Типа, пожелал удачи. Ан послушно снижался, по пологой глиссаде заходя на посадку. Сама процедура приземления усевшегося обратно в кресло Вакулова совершенно не волновала: вряд ли для напичканного самой совершенной электроникой самолета это составит хоть какую-то сложность. Да и радиостанция пусть на прием, но работает, если что, диспетчер подскажет, что и как. Но ремень безопасности он, скорее по привычке, все-таки застегнул. Что интересно, ведьма сделала то же самое — интересно, зачем? Ей-то чего бояться?

От нечего делать капитан рассматривал проносящийся внизу пейзаж: сосновые леса, кое-где прорезанные нитками автодорог, поля, небольшое озеро или ставок с коробочками домиков вдоль берега, блеснувшие на солнце рельсы, извилистое русло небольшой реки. Пожалуй, все-таки Чкаловский, на Кубинку что-то не слишком похоже. Да и речка уж больно на Клязьму смахивает, ее всегда при заходе на посадку видно.

— На Чкаловский садимся, — не раскрывая глаз, авторитетно развеяла его сомнения ведьма, — повезло. Нет, у меня сегодня определенно удачный день!

— Это почему еще? — искренне заинтересовался Иван. — Я про день, в смысле?

— Ай-яй-яй, совсем истории не знаешь, — неискренне посетовала живая-мертвая. — А я, между прочим, истфак заканчивала. В прошлой жизни, конечно. Так вот, в восьмидесятые на этот аэродром приземлялись самолеты из Афганистана, примерно тогда же сюда привозили эвакуированных из чернобыльской зоны детей, беженцев, облученных людей…

— Ну и что? — не понял Вакулов, припоминая, что ведьма права: часть печально знаменитых «черных тюльпанов» приземлялась именно на Чкаловском, доставляя на Родину свой страшный груз.

— Это для тебя «ну и что», а для меня… Ты хоть представляешь, сколько здесь осталось эманации боли, страдания, горя, безысходности? Это ведь для меня не только пища, Ванечка, но и сила. При умелом использовании — огромная сила! Конечно, много лет прошло, но ЭТО никуда не девается, не исчезает, а впитывается. В землю, в бетон, в траву, в деревья… во все. Становится их частью, срастается с ними… Ты даже не представляешь, Вакулов, КАКОВО таким, как я, находиться на местах наиболее кровопролитных боев прошлого столетия; не догадываешься, ЧТО такое до сих пор не похороненные солдаты, погибшие в жутких мучениях…

— Тебе это нравится, да? — сам не зная зачем спросил вдруг капитан.

— Ты, правда, хочешь это знать? — ведьма раскрыла глаза, как-то странно взглянув на собеседника. — Впрочем, какая разница. Что ж, я отвечу. Нет, Ваня, мне это не нравится. Мне это просто нужно. Необходимо. Как тебе нужен воздух или вода, так мне нужно это. Удивлен? А знаешь, почему?

— Почему? — глуповато спросил Вакулов, меньше всего на свете ожидавший от живой-мертвой подобных откровений.

— Потому, что тебя воспитали очень хорошим «карателем», из тебя сделали идеальное средство для борьбы с нами, магами. Признайся, ты ведь не слишком привык видеть в нас людей? Равных себе? Мы ведь для тебя изгои, монстры, опасные мутанты — и не более, так? Согласись, ты ни разу не думал о том, что и мы тоже можем испытывать те же чувства, что и вы, обычные люди?

— Ну… — протянул капитан, перед глазами которого вдруг встала мать и та безвестная ведьма, что умирала у него на руках во время рейда на базу псевдопоклонников тьмы. — Не совсем, но… да, ты права! — он все-таки заставил себя взглянуть в ее глаза.

— Молодец, Ванечка, честно ответил, хвалю. И все же мы не столь уж и далеки от вас. Даже я — как ты там говорил? «Дохлая ведьма», да? — живая-мертвая хрипло рассмеялась. — Да ладно, не дергайся, я не обижаюсь. Да и прав ты, как ни крути. Кстати, про мать ты к месту вспомнил, она ведь у тебя, тоже как ни крути, по твоей классификации не совсем человек, правда? Конечно, правда, вон, как глазки-то заблестели!..

вернуться

31

Строка из песни Владимира Высоцкого.

56
{"b":"467","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Затонувшие города
Охотник на вундерваффе
Тенистый лес. Сбежавший тролль (сборник)
Знаки ночи
SuperBetter (Суперлучше)
Сколько живут донжуаны
Дао СЕО. Как создать свою историю успеха
Карта хаоса
Ледяная Принцесса. Путь власти