ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Она подумала, что услышала его стон, когда прижалась к нему, а затем он стремительно навалился на нее, прижал к стенке крыльца и расслабился. Его губы легко коснулись ее виска, нежно закрыли глаза, тронули чувствительные уголки рта, лаская до тех пор, пока она не раскрыла свои губы ему навстречу.

Она уже хотела отбросить все предосторожности и предложить ему заняться с ней любовью, как вдруг расслышала звуки быстрых шагов бабушки и неуклюже попыталась высвободиться из восхитительных объятий Коулби.

Коулби также услышал шаги и позволил Лорен выскользнуть из его объятий. Он дышал учащенно, при этом биение пульса у основания его горла отдавалось эхом в беспорядочном биении сердца.

– Поблагодарите бабушку, – насмешливо сказал он, цедя слова сквозь зубы.

– Не сейчас, – возразила Лорен неуверенно, дрожа от одного сознания происходящего, дрожа даже сейчас, когда уже отпрянула от него. Ее трясло так, словно было холодно, и она растирала руки, с беспокойством понимая, что он наблюдает за каждым ее движением.

– Не хотите чашечку кофе?

Лорен повернулась к двери, почти желая, чтобы он сказал, что торопится домой. В данный момент она была слишком уязвима, слишком осознавала его чувственность, чтобы хотеть быть с ним в одной и той же комнате, где была еще и ее бабушка.

– Я бы не хотел огорчать вашу бабушку, – сказал он.

* * *

Коулби не огорчил Кэтрин.

– Он один из приятнейших мужчин, с которыми ты меня когда-либо знакомила, – сказала она Лорен, когда та вернулась, проводив Коулби до двери.

– Я рада, что он понравился тебе, – сказала Лорен, улыбаясь.

– Он тебе подходит.

Лорен уставилась на нее в изумлении.

– Одна короткая встреча, и ты уже готова устроить нашу с ним совместную жизнь? Кэтрин самоуверенно улыбнулась.

– Только потому, что у меня была возможность понаблюдать за вами, когда вы были вместе и думали, что я не вижу. Он любит тебя. Лори.

Кэтрин просияла лучезарной улыбкой, и Лорен интуитивно догадалась, что бабушка уже видит в своем воображении венчание Лорен с Коулби в церкви.

– Не обольщайся понапрасну, Грам, – предостерегла ее Лорен с улыбкой. – Ты меня знаешь.

Кэтрин покачала головой.

– С этим ты бы не смалодушничала, – заявила она. – Раньше в глубине души ты знала, что те парни были не для тебя.

– Да их-то всего было двое, бабушка, – защищалась Лорен. – Ты говоришь так, будто у меня была целая куча поклонников, буквально стучавшихся в дверь, чтобы сделать мне предложение.

– То были парни, Лорен. Коулби Шерман – мужчина.

Лорен не могла и не стала бы оспаривать это.

– И какой мужчина! – дерзко заявила она и, внезапно схватив удивленную Кэтрин, закружилась с ней в вальсе, направляясь на кухню.

– Глупышка! – заявила Кэтрин, восхищенно засмеявшись, и выскользнула из объятий Лорен. – Ничего удивительного в том, что твой бедный папа так волнуется, он в отчаянии, что ты выросла.

– Фи! Папа стал бы волноваться только ради самого по себе волнения, – парировала Лорен, мягко смеясь. – Его проблема в том, что он хочет, чтобы я оставалась его «малышкой». Клянусь! Я уже впаду в старческий маразм, а он все еще будет думать, что должен обо мне заботиться.

– Выходи замуж за Коулби, и этому придет конец, – предложила Кэтрин. – Если бы рядом с тобой был Коулби, я полагаю, что Мэтью подумал бы дважды, прежде чем попытался бы командовать тобой.

– Великолепно! – сухо улыбнулась в ответ Лорен. – Не могу придумать причины хуже, чтобы выйти замуж.

Кэтрин тут же шаловливо перечислила несколько причин, которые были бы значительно хуже, и, смеясь над приведенной в смущение Лорен, пожелала ей доброй ночи и вышла из комнаты.

– Теперь я знаю, откуда у меня такое скверное чувство юмора, – прошептала Лорен, переводя дыхание, при этом ее глаза сияли от едва сдерживаемой радости, глядя на уходящую бабушку.

Лорен опустилась на кушетку и укрылась пледом. По воскресеньям она любила читать. Она легко поддавалась на уговоры детей, которые агитировали округу во время различных кампаний по распродаже литературы, и постоянно получала от них журналов намного больше, чем смогла когда-нибудь прочитать.

Но среди журналов у нее были любимые, и она обычно находила время, чтобы их почитать. Откинувшись на диванные подушки, Лорен начала листать самый последний выпуск серии «Эллери Квин». Но она не смогла сосредоточиться. Ее мысли были снова с Коулби.

Прижимая журнал к груди, она закрыла глаза и погрузилась в воспоминания о тех нескольких минутах с Коулби на крыльце дома.

Права ли ее бабушка? Он ухаживает за ней из-за того, что она ему нравится, или Лорен просто одна из многих женщин, чье расположение ему удалось завоевать?

Она нахмурила брови, вспомнив о той рыжеволосой официантке из закусочной Данди.

Затем еще эта, Энн Малруни.

Что за вздор! Отбросив журнал, Лорен встала с кушетки и пошла на кухню за стаканом теплого молока. Только время покажет, была ли она дурой, испытывая по отношению к Коулби Шерману то, что она чувствует. И уж, по крайней мере, не стоит лишаться из-за этого сна.

Глава 7

Вскоре наступило утро. Спросонок Лорен всегда была сердита, пока не выпивала первую чашку кофе. Она бросилась на кухню, чтобы сварить кофе по своему особому рецепту и выпить чашечку до того, как проснется бабушка. Это не дало бы возможности Кэтрин увидеть внучку опять в подавленном настроении.

Пока готовился кофе, она быстро приняла душ, завила волосы, надела белые слаксы и черную трикотажную блузку. Чтобы не огорчать бабушку, которой не нравилось видеть ее босиком, она надела сандалии.

Когда Лорен поспешно вошла на кухню, чтобы выпить кофе, то увидела у плиты Кэтрин.

– Не надо никакого завтрака, Грам, – сказала она и остановилась, чтобы поцеловать Кэтрин в щечку прежде, чем подойти к шкафу за чашкой. – В эти дни у меня по утрам только чашка кофе и кусочек поджаренного хлеба.

– Так вот почему ты стала сплошная кожа да кости, – последовал колкий ответ.

– Я не сплошная кожа да кости, – быстро и весьма решительно возразила Лорен, но ее улыбающиеся глаза противоречили серьезности выражения лица.

Кэтрин выглядела элегантной. На ней был темно-синий халат и подходящие к нему комнатные туфли. Волосы были убраны под ночной чепец, отделанный рюшами. Кэтрин выглядела хрупкой. Но, по мнению Лорен, это впечатление было очень обманчиво. На всем своем жизненном пути бабушки проявляла редкую стойкость.

– Когда буду отправлять тебя назад домой, я буду выглядеть, как выброшенный на берег кит, – пожаловалась Лорен, раздувая щеки и так расширяя глаза, что они того и гляди готовы были выскочить из орбит.

– А через неделю, если будешь так питаться, опять будешь похожа на скелет, – ответила ей Кэтрин с веселой ухмылкой. – А сейчас присядь и подожди, пока будет готов завтрак.

С преувеличенным вздохом Лорен поставила на стол кофейную чашку и села ждать.

– Не хочешь пару яиц?

– Вернуть курице? – с надеждой предложила Лорен.

– Ты получишь их в виде глазуньи.

В тихом голосе прозвучало предупреждение.

– Боже упаси! Сделай яичницу-болтунью, пожалуйста.

Лорен изящно передернулась. Нет ничего хуже, чем глазунья рано утром!

После завтрака Лорен в наказание за то, что ела яичницу с кетчупом, вымыла посуду и отправилась работать, оставив кухню на попечение Кэтрин и предоставив ей возможность делать все, что та пожелает.

Время от времени в течение всего утра Лорен слышала бабушкину возню на кухне.

Позвякивание кастрюль и сковородок напомнило ей о детстве, когда она посещала дедушку и бабушку в Мендосино. Как правило, бабушка готовила с энтузиазмом.

К полудню дом был полон самыми восхитительными ароматами, вызывающими у Лорен, несмотря ни на что, аппетит. Она глубоко вздохнула, напрягая память, чтобы идентифицировать различные запахи.

– Что бы ты ни готовила, ты заставляешь меня быть прожорливой! – крикнула Лорен бабушке.

21
{"b":"4691","o":1}