ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Кроваво-красное солнце уходило за западный горизонт, но ещё долго пассажиры и свободные от вахты члены команды судна маячили на верхней палубе, и вовсе не за тем, чтобы полюбоваться впечатляющим зрелищем морского заката.

Скоро над лайнером развернулся звёздный шатёр. Звезды готовы были помочь и другу, и врагу, служа надёжным ориентиром на диком бескрайнем просторе океана. В тот вечер в ярко освещённом ресторанном зале было много пустых мест. Только в курительном помещении оказалось немало стойких пассажиров, которые у бара за виски взвешивали шансы сторон, вовлечённых в конфликт.

* * *

Среди этой роковой ночи радист «Бремена» передал на ходовой мостик SOS, полученный из района близ Гебридских островов. Коммодор Аренс взглянул в радиограмму – и ничего не сделал. День или два назад он сразу бы зашевелился и поднял по тревоге всю команду. Сразу была бы дана команда «полный вперёд» и корабль устремился бы по пеленгу, откуда поступил SOS. На этот раз, покачав головой, Аренс сунул сообщение в карман.

Это «Атения» просила о помощи. Она кричала на весь океан, что торпедирована германской подводной лодкой. Британские эсминцы «Электра» и «Эскорт» подтвердили получение сигнала и шли на помощь «Атении». Норвежское грузовое судно «Кнут Нельсон» и яхта «Саудерн Кросс» тоже передавали радиограммы, что спешат на помощь.

Тысяча триста пассажиров были спасены, сто двадцать лишились жизни.

В 10.40 следующего дня «Атения» затонула кормой вниз. Несколько секунд её нос торчал над водой, словно надгробный памятник, а потом она исчезла в вечном сумраке глубин – первая жертва новой войны.

Однако «U-30» под командованием капитан-лейтенанта Лемпа занесла в свой вахтенный журнал первую победу. Судно, потопленное в темноте ночи, было внесено в журнал как воинский транспорт, шедший без сопровождения на полном ходу. Лишь за несколько часов до этого Лемп получил радиограмму о начале войны с Британией. Его волнение можно было понять, когда он вскрыл запечатанный конверт и прочёл инструкции о ведении подводной войны. В ночи он заметил тёмный силуэт и был уверен, что это не пассажирское судно, и без тени сомнения принял его за воинский транспорт.

Через девять часов после начала войны с Британией и Францией торпеды с шипением вышли из торпедных аппаратов «U-30».

Они хорошо попали в цель. Слишком хорошо. С таким же успехом они могли поразить и «Бремен», о местоположении которого Лемп не знал.

* * *

«U-48» заметила свой первый транспорт.

«Папаша» Шультце приказал расчехлить орудия и дать выстрел по курсу незнакомца. Транспорт застопорил ход и спустил на воду шлюпку. Шультце проверил документы, показывавшие, что это шведское судно «Абердан».

– Всё в порядке, – заявил Шультце, после того как быстро пробежал по бумагам.

Шведское судно продолжило путь, приспустив свой голубой флаг с жёлтым крестом в дружеском приветствии.

На следующий день увидели ещё одно судно. Снова выстрел перед носом. Но на этот раз капитан не остановился. Напротив, чёрное облако дыма вырвалось из трубы. Машинисты поддали пару, и было очевидно, что судно хочет уйти на максимальном ходу.

– Что ж, раз вы так, – пробурчал Шультце, – то мы с вами поговорим иначе – прямо, откровенно и во весь голос.

Следующий выстрел 88-миллиметрового орудия пришёлся точно в цель.

Незнакомец выдохнул облако дыма и застопорил ход. Но его радиостанция продолжала работать, непрерывно посылая сигналы SOS. Какая-нибудь британская радиостанция принимала эти сигналы и передавала дальше. А тем временем команда стала спускать шлюпки.

Шультце не стал больше стрелять. Он не хотел рисковать и попасть в качающиеся на волнах рядом с судном спасательные шлюпки. С переваливающейся с борта на борт подводной лодки, орудия которой не были оборудованы соответствующей системой управления огнём, можно было положить снаряды среди шлюпок.

Наконец команда отошла на шлюпках от своего судна на безопасное расстояние.

В 12.28 торпеда разломила надвое это судно с гордым названием «Ройал Септр» («Королевский скипетр»). Судно исчезло в глубине и с ним – его бесстрашный радист.

– Снять головные уборы, моряки! – приказал Шультце, глубоко тронутый. – Теперь вы знаете, кто наш настоящий противник. Его имя – Героизм, когда речь идёт о чести флага. И раз он готов встретить любую опасность и, если надо, умереть, то он не пощадит и нас.

Юные лица подводников, которые за минуту до этого сияли от радости и гордости, сделались серьёзными и задумчивыми.

* * *

«U-48» некогда было заниматься судьбой спасающихся, потому что с борта заметили две торчащие на горизонте иголочки и пучок дыма. Шультце направился в ту сторону. Надо было постараться перехватить неведомое судно.

– Мы, может, вначале смогли бы сделать что-нибудь для команды этого судна, командир? – спросил вахтенный офицер, и в голосе его послышались нотки неодобрения, которых он и не пытался скрыть.

– Так и сделаем, – ответил Шультце и дружески кивнул офицеру.

Но, странное дело, он не сделал попытки изменить курс, и лодка продолжала идти к другому транспорту. А тот, не ведая ни о чём, шёл навстречу лодке.

Предупредительный выстрел, приказ: «Стоп!»

Британское судно подчинилось сразу. Команда стала суетиться у бортов, спуская шлюпки. Радиостанция судна хранила молчание.

«U-48» подошла на расстояние голоса к шлюпкам, и Шультце сказал капитану, что тут рядом на шлюпках команда судна, которое он только что потопил.

– Идите и подберите своих соотечественников, капитан. Забирайтесь обратно на судно и идите к точке, где затонуло то судно.

Капитан был изумлён. Он стоял в шлюпке и не мог решиться. Он думал, что за этим скрывается что-то недоброе.

– Чёрт возьми, я говорю вам, идите и подберите команду с «Ройал Септр». Я потопил его, говорю вам, вон там! – сердито закричал Шультце и махнул рукой в направлении потопленного судна. – С вами ничего не случится. И с вашим судном.

Наконец те поняли. Они быстро вернулись на судно, на борт британского транспорта «Браунинг» водоизмещением 5 000 тонн.

Это произошло в тот же день, когда была потоплена «Атения», по поводу чего мировая пресса, не ведая о том, что в действительно произошло, поносила немцев за их бесчеловечные методы ведения войны и грубое нарушение международных соглашений.

* * *

Капитан-лейтенант Либе уже имел не одну победу за спиной к этому моменту, когда в один из дней его старшина-рулевой Брюнингхаус в волнении поднёс бинокль к глазам и заметил верхушки мачт. Под мачтами находилась сочная добыча – танкер. Реакция капитана на предупредительный выстрел была моментальной – он застопорил ход.

– Что его осуждать? Я и сам так поступил бы, будь у меня под ногами тысячи тонн нефти, готовые взорваться, – сказал лейтенант Лют, вахтенный офицер, командир торпедистов.

К подводной лодке подошла шлюпка. В ней находился капитан с массой бумаг в руках. Но он зря стал бы тратить время, показывая бумаги, потому что на судне продолжал непрерывно работать радист, что считалось враждебным актом и давало основания для немедленного потопления судна.

Торпеда с шипением вылетела из аппарата и устремилась к цели. Танкер вспыхнул, как извергающийся вулкан. С неимоверной скоростью горящая нефть устремилась во все стороны по водной поверхности. Моряки на шлюпках во всю работали вёслами, стараясь уйти от огненного вала. Однако огненное чудовище дотягивалось своими лапами до некоторых шлюпок. Никому на лодке не было дела до капитана судна, всех захватило и повергло в ужас зрелище огня, жадно набрасывающегося на отчаявшихся людей. Британский капитан держался прямо и с достоинством. Он неподвижно стоял на палубе подводной лодки, но лицо его было бледным как бумага.

Тем временем Либе среагировал быстро. Он коротко сообщил своему механику, капитан-лейтенанту Мюллеру, которого за неугомонный юмор называли «Весельчаком Мюллером», что он собирается сделать. Он решил не воевать с огнём, а попытаться отбуксировать шлюпки из огненного ада в безопасное место.

3
{"b":"4692","o":1}