ЛитМир - Электронная Библиотека

Водя острием сабли по оперативной карте, генерал говорил:

— Стратегия наша проста. Обогнув с юга пустыню Мохаве, гнурры вторглись в Аризону. В Неваде крупные силы противника нацелены на Рино и Вирджиния-сити. Но главный удар, похоже, обрушится на границу Орегона. Как вам известно, у меня свыше двух миллионов сабель, то есть, около трехсот дивизий. Через час мы выступаем. Нам предстоит контратаковать неприятеля на севере, на юге и в центре, опрокинуть его и обратить в бегство. Затем, когда большая часть оккупированной гнуррами территории будет очищена, Папа… виноват, мистер Шиммельхорн сыграет на своем инструменте, и в бой вступят передвижные радиостанции.

Генерал дал понять, что пресс-конференция закончена, вышел из штаба, вскочил на гнедого мерина — подарок жителей Луисвилля — и отправился на фронт.

По свидетельствам очевидцев и мнению историков, в Войне с гнуррами генерал Поллард проявил себя инициативным, энергичным полководцем, а также величайшим знатоком непреложных принципов стратегии и тактики. Хотя впоследствии завистники из Пентагона наградили его кличкой «Полл-Скотогон», факт остается фактом — за пять недель он добился полной победы. (Надо сказать, правительство Бобовии утвердило «Пятилетний план обеспечения населения брюками» лишь спустя несколько месяцев после этого события). Доблестные всадники генерала Полларда неудержимо теснили гнурров. Пронзительный писк перепуганных зверушек слышался на много миль вокруг. По ночам от их мерцания было светло, как днем. На юге гнурров удалось сбить в тесное стадо, и три радиостанции на колесах заставили их исчезнуть. На центральном участке фронта потребовалось семнадцать радиостанций, а на северном хватило двенадцати. Мощный громкоговоритель, установленный на машине, разом очищал от гнурров несколько квадратных миль. Правительство не жалело наград для многочисленных героев, а Джерри Колливера, потерявшего в сражениях четыре пары брюк, сам генерал Поллард произвел в офицеры.

Избежавших окружения гнурров вскоре переловили кошки. А что касается нарушений воинской дисциплины, которыми сопровождалось шествие победоносных войск через города с обнаженными жительницами, то ликующие обыватели вскоре попросту забыли о них.

Выиграв компанию, Папа Шиммельхорн и генерал Поллард отправились в Вашингтон. Оба выезжали тайно, опасаясь охваченных восторгом толп, но тем не менее, чтобы расчистить для них путь, едва хватило трех конных полков — в полном составе и с саблями наголо. Наконец, герои добрались до Пентагона. Рука об руку прошли они по коридорам и остановились у двери в кабинет генерала Полларда. Благоговейно коснувшись гнурр-пфейфа, генерал произнес:

— Папа! Мы с тобой делали историю. И впредь будем делать, черт бы меня побрал!

— Йе, — подтвердил старый часовщик и подмигнул генералу. — Будем делайт, только не сегодня. У меня свидание с Кэти. А для тебя, зольдатик, она пригласить подружка. Ну как, кутнем?

Генерал Поллард поколебался.

— А это не отразится на дисциплине войск? — спросил он.

— Не волнуйся, зольдатик. Мы не сказайт никому. — Папа Шиммельхорн засмеялся и распахнул дверь.

За дверью стоял массивный генеральский стол. Возле стола вытянулся по струнке бригадный генерал Хансон. У стены стояли Кэти Хупер и Джерри Колливер. Лейтенант Колливер самодовольно улыбался, обнимая Кэти за талию.

А в любимом кресле генерала восседала чопорная дама в длинном темном платье и постукивала зонтиком по лежащему на столе пресс-папье.

Увидев эту даму, Папа Шиммельхорн остолбенел. Она оставила в покое пресс-папье и ткнула зонтиком в его сторону.

— So! — прошипела дама. — Ты думайт, что сумел убежать? С любимый фагот кузена Антона? Чтобы играйт на нем мышам и докучайт военным девушкам? — дама повернулась к Кэти Хупер, и они обменялись многозначительными взглядами. — Очень хорошо, что ты позвонил, девушка, — продолжала дама, обращаясь к Кэти. — Ты есть умница. Умейт разглядеть волка в овечий шкура!

Она встала, подошла к Папе Шиммельхорну и вырвала у него из рук гнурр-пфейф. V-образный кристалл выскользнул из мундштука и хрустнул у нее под каблуком. Никто даже глазом не успел моргнуть, а вмешаться и подавно.

— Все! — заявила дама. — Никаких гнурров. Никаких голых задниц. Баста!

Схватив папу Шиммельхорна за ухо, она повела его к двери, приговаривая:

— Домой, домой. Ты здесь ухлестывайт за зольдатка, а дома пора делайт ремонт.

Папа Шиммельхорн не сопротивлялся.

— До свидания, — удрученно попрощался он. — Я должен идти домой с Мама Шиммельхорн. — Однако, проходя мимо генерала, он подмигнул ему и шепнул на ушко: — Не волнуйся, зольдатик. Я опять убегайт. Я же гений!

4
{"b":"4694","o":1}