ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Новая любовница невероятно увлекла Карла, и, в который уже раз, он вновь потерял интерес к судьбе своего бедного кузена.

Однако 8 сентября, во время устроенного им бала, он вдруг заметил, что сквозь толпу гостей к нему пробирается запыхавшийся Жорж д'Амбуаз.

— На этот раз, мессир, необходимо действовать, и немедленно. Неприятель ворвался в Новару. Окраины города охвачены огнем пожаров. Герцог Орлеанский в состоянии продержаться всего несколько часов.

Немного раздосадованный Карл все же понял, что пробил час и пора выступать в Новару. Покинув праздник, он отдал приказы, и спустя два часа французы двинулись в путь.

* * *

На рассвете следующего дня он приблизился к войскам, осаждающим город. Но о том, чтобы с ними сразиться, разумеется, не могло быть и речи, и потому Карл VIII с самым решительным видом предложил мир.

В тот же вечер бледный, исхудавший и истекающий злобой на короля, Людовик Орлеанский выехал из города и направился на переговоры о мире. Текст договора обсуждали очень долго. Каждый параграф вызывал бесконечные споры, и подписи под окончательным вариантом документа были поставлены только 9 октября.

Карл, не имея больше причин оставаться в Италии, тотчас вернулся в Кьери, чтобы провести там еще несколько ночей со своей подружкой, и 21 октября отправился во Францию.

Путь домой обошелся без приключений. 7 ноября Карл VIII прибыл в Лион, где обезумевшая от радости Анна смогла прижать его к своей груди.

— Я совершил достойный поход, Мадам, — сказал король.

Королева печально улыбнулась. Зная прекрасно, что больше всего его влечет, она изобразила на лице восхищение и не решилась сказать, что любой славе мира она предпочитает его присутствие…

* * *

В течение нескольких дней в городе продолжались устроенные королевской четой праздники, на которых все дамы Лиона встречали Карла VIII с каким-то «странным ликованием».

Увы, радость длилась недолго. Однажды утром курьер прибыл с двумя скверными новостями: в пакете, полученном из Италии, сообщалось, что Фердинанд Арагонский осадил Неаполь, а в письме из Амбуаза говорилось, что дофин Карл-Орланд, в возрасте трех лет, заболел оспой и находится в тяжелом состоянии.

Через неделю дофин скончался, а Неаполь был снова взят Фердинандом.

По свидетельству историка, королева «скорбела так сильно и так долго, как только может это делать женщина». Она уединилась в своих покоях, и дамам ее свиты было слышно, как она всю ночь стонет «в голос».

На рассвете печальный кортеж двинулся по зимней дороге в сторону Амбуаза. Сидя в своей карете, Анна оплакивала сына; Карл, ехавший в другой, вздыхал о потерянном им Неаполитанском королевстве-После похорон маленького принца королева впала в глубокую печаль, и тогда король, хотя и удрученный, пожелал утешить ее и устроил танцы, пригласив к ней для этого разодетых молодых сеньоров и дворян. Среди них был и герцог Орлеанский, который проявил такую живость, такую чрезмерную веселость, что подействовал на королеву удручающе. Как сообщает нам в своих «Хрониках» де Коммин, ей казалось, что герцог рад этой смерти, поскольку после короля оказался ближе всех к короне». По этой причине она дала понять, что какое-то время ему лучше не появляться при дворе. Это очень расстроило Людовика, который по-прежнему любил королеву.

Что до короля, то он выразил свое неодобрение герцогу, повернувшись к нему спиной и перестав с ним разговаривать.

* * *

Желая немного отдохнуть от военных походов, Карл VIII решил устроить в Амбуазе несколько веселых праздников и поухаживать за хорошенькими девушками, которых довольно много появилось при дворе за время его отсутствия. Он так. старательно выполнял это намерение, что у него не оставалось ни минуты свободной.

Весной 1496 года на Париж обрушилась жесточайшая эпидемия «неаполитанской болезни», последствия которой оказались столь «гнусны и омерзительны», что у людей появилось стойкое отвращение к Плотским утехам. Этим сразу же воспользовалась Церковь и начала проповедовать целомудрие (явление, почти незнакомое в средние, века), а особы легкого поведения, включая и «наиболее известных в искусстве альковных игр», буквально толпами повалили в монастыри кающихся грешниц. Карл VIII был просто в отчаянии, потому что самые красивые девушки королевского двора стали монахинями.

Поступить же в монастыри стало не просто, поскольку волна всеобщего устремления к невинности увлекала туда для покаяния даже самых целомудренных женщин. Об этом рассказывает Ж.-А. Дюлорг.

«Чтобы попасть в этот монастырь, — пишет он, — девицы должны были представить убедительные доказательства своего распутного поведения, поклясться на Священном писанин в присутствии исповедника и шести свидетелей, что вели развратную жизнь. Последнее требование соблюдалось особенно строго. И после того, как указанный факт был признан, жаждущих монастырской жизни с позором изгоняли из дома.

Бывали случаи, когда молодые девушки по настоянию родителей, желавших от них избавиться, заявляли публично и клялись, что жили в грехе, тогда как на самом деле были девственницами. Этот странный обман вынудил монахинь проверять сделанное заявление, и не доверять клятвам претенденток. Всех их до единой стали подвергать тщательному осмотру.

И если после осмотра просительница оказывалась девственницей, ее отсылали как недостойную для вступления в монастырь».

Но кающиеся грешницы были не единственным предметом размышлений Карла VIII: иногда он мечтал о Неаполе и о прекрасных неаполитанках.

— Я скоро снова побываю там, — говорил он своим приближенным.

Увы!..

РАДИ ВОЗМОЖНОСТИ ЖЕНИТЬСЯ НА — АННЕ БРЕТОНСКОЙ ЛЮДОВИК VIII ДАРИТ ЖЕНУ СЫНУ ПАПЫ

Маленькие подарки укрепляют дружбу.

Народная мудрость

В мае 1476 года Карл VIII объявил, что отправляется в Лион, чтобы восстановить свою армию и повторить поход на Неаполь. Лионцы, и в особенности лионские дамы, ждали короля с нетерпением. Для его торжественного въезда в город были воздвигнуты триумфальные арки, ткачи заготовили ткани, затканные геральдическими лилиями, танцоры разучили дивертисменты.

Но так как к 10 июня королевский кортеж все еще не был замечен на подступах к Лиону, горожане начали немного беспокоиться. Навстречу королю была выслана группа всадников.

— Как только вы их встретите, — сказано было всадникам, — пусть один из вас немедленно возвращается сообщить нам, далеко ли король и когда он предполагает прибыть в город.

Проходили дни, а всадники все не возвращались. Это вызвало удивление — ведь навстречу Карлу VIII были посланы лучшие молодые люди. Скорее всего, думали в городе, король задержал их у себя.

На самом деле все было иначе.

Выехавшие из Лиона всадники добрались до Амбуаза, так никого и не встретив по дороге.

— Что могло случиться с нашим благородным государем? — спрашивали они себя, быстро спешиваясь.

Им сообщили, что как раз тогда, когда они выезжали из Лиона, король отправился в Тур с одной из фрейлин королевы и до сих пор не вернулся…

— Но что думает об этом королева? — удивились они.

— Мадам Анна в настоящее время ожидает наследника н так счастлива, что закрывает глаза на выходки короля.

— Да она и не подозревает ничего, — добавил кто-то, — потому что государь сказал ей, что едет в Тур поклониться мощам Св. Мартина.

Лионцы добрались до Тура, но не сумели попасть на аудиенцию к Карлу VIII, который был занят тем, что утешал прекрасную даму, «очень опечаленную тем, что королева исключила ее из числа своих придворных дам». Всадники возвратились в свой город, где поведение короля, как только о нем стало известно, вызвало сильное осуждение.

* * *

А тем временем королева продолжала ненавидеть герцога Орлеанского. С того самого бала, на котором он вел себя так бестактно, она не переставала им возмущаться и искала возможность ему навредить. Она ненавидела его гак же страстно, как когда-то любила.

15
{"b":"4699","o":1}