ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Петровы в гриппе и вокруг него
Женщина, у которой выросли крылья (сборник)
Сказка о добром мальчике и его верном друге
Ты письмо мое, милый, не комкай
Лаять не на то дерево
Практический курс трансерфинга за 78 дней
Академия для властелина тьмы. Какого темного?
Мститель. Офицерский долг (сборник)
Только ты одна
Содержание  
A
A

Многих тогда восхитило благородство короля, который, будучи совершенно больным, приказал доставить себя в Париж, чтобы восстановить там мир и спокойствие. Этот акт мужества был поистине героическим; хотя начинать надо было бы с устранения раз и навсегда женщин от участия в государственных делах.

Очень скоро Карл Пятый был в городе Мо. Он уже собирался наброситься на дофина и уничтожить его, когда в армии императора возникли распри между испанцами и немцами. Дофин подумал вполне резонно, что этим следует воспользоваться и отбросить императора от занимаемых позиций. Ликуя при мысли, что хоть раз сможет заслужить титул освободителя, Генрих приготовился к наступлению. Но м-м д'Этамп мгновенно учуяла опасность: окажись любовник Дианы героем-победителем, конец всем ее надеждам.

В таком случае лучше остановить войну.

Она убедила короля в том, что не стоит ставить сохранение короны в зависимость от исхода битвы и что лучше всего заключить мир.

И снова Франциск I согласился с мнением своей фаворитки и 18 сентября подписал в Крепи-ан-Валуа убийственный договор, по которому император получил более двадцати французских городов и при этом давал королю лишь неопределенную надежду на выгодный брак для герцога Орлеанского.

Этого оказалось довольно, чтобы м-м д'Этамп была удовлетворена. И потому, когда Карл Пятый объявил, что возвращается к себе, она решила организовать для него что-то вроде триумфального сопровождения.

Идея, конечно, сумасбродная, потому что Франции случалось терять значительные территории, но чтобы при этом двор согласился безропотно совершить маленькое путешествие, такого не бывало!

25 сентября Элеонора, герцог Орлеанский, восемьдесят человек постоянной свиты короля и м-м д'Этамп, восседавшая в одних носилках с королевой, выехали из Парижа вместе с императором.

В Брюсселе, где произошло прощание, случилась довольно забавная сцена, о которой поведал свидетель Аннибаль Гаро в письме, адресованном герцогу Пармскому: «Церемония целования рук дамам зрелище прелюбопытное; мне показалось, что я присутствую при похищении сабинянок. Не только знатные сеньоры, „но и люди всех званий целовали руку какой-нибудь дамы, и первыми это начали испанцы и неаполитанцы. Я видел, как ради этого галопом примчался герцог Оттавио. Он соскочил с коня, и его императорское высочество в знак особого расположения приказал ему подойти к носилкам королевы… Герцог поцеловал руку королеве и снова вскочил в седло, но император попросил его сойти и сказал: „Подойдите и поцелуйте также руку м-м д'Этамп“, которая сидела по другую сторону от королевы. И герцог, как истый француз, нарушив приказ, поцеловал ее в губы“.

После чего все распрощались, заверив друг друга в своей безграничной дружбе.

Но на следующий год герцог Орлеанский неожиданно скончался.

И все эти немыслимые интриги, вся эта война, все разрушения и человеческие жертвы оказались бесполезными.

Герцогиня Этампская очень расстроилась.

М-М Д'ЭТАМП ЖЕЛАЕТ, ЧТОБЫ БЕНВЕНУТО ЧЕЛЛИНИ ПОВЕСИЛИ

Она меня совсем не любила, а я ей не доверял…

Бенвенуто Челлини

После мира, подписанного в Крепи, простой народ не скрывал своего огорчения:

— Дофина предали! — говорили люди.

Некоторые, понизив голос, добавляли, что «те, кто совершил это преступление, стоят очень близко к королю».

Естественно, появление такого слуха не обошлось без Дианы де Пуатье. Вдова Великого сенешаля надеялась таким способом возбудить в королевстве недовольство и возмущение своей соперницей и заставить короля прогнать ее с позором.

Но м-м д'Этамп была особой ловкой. Стремясь заставить поверить в свою невиновность, она громче других кричала об измене и требовала примерного наказания виновных.

Такое ее поведение успокоило короля.

— Мы их найдем, — сказал он.

И он приказал начать расследование.

— Я все возьму на себя, — сказала на это фаворитка и поручила дело кое-кому из своих друзей.

Через пять дней добрый десяток совершенно ничего не понимавших несчастных людей был брошен в тюрьму по обвинению в государственной измене.

Одна деталь, впрочем, делает эту историю почти комичной. Среди тех, кого арестовала полиция, по ошибке оказался человек, которого м-м д'Этамп действительно использовала для передачи информации Карлу Пятому. Она ужаснулась, когда узнала его среди задержанных, приказала немедленно выпустить и уломала следователей извиниться перед ним.

Все остальные арестованные были осуждены на пожизненное заключение, что принесло огромное удовлетворение народу, всегда жаждущему правосудия.

* * *

Это скандальное заключение в тюрьму стало, однако, началом одной любопытной любовной истории.

В числе жертв фаворитки оказался и юноша, молодая жена которого, Луиза, была одним из украшений королевского двора. Звали его Ангерран де Ланьи.

Вначале, когда Луиза узнала, что ее мужа обвинили в умышленной выдаче французской крепости императору, бедняжка пришла в отчаяние. Но потом она подумала, что освобождение Ангеррана, чья верность королю не вызывала у нее ни малейшего сомнения, зависит исключительно от нее, и поклялась помочь мужу доказать свою невиновность.

Осуществление задуманного плана основывалось целиком на силе ее чар. Не медля, она приступила к делу. Не прошло и месяца, как в результате многократных посещений, нежных уговоров, многообещающих взглядов ей удалось влюбить в себя надзирателя тюрьмы, в которой гнил Ангерран. Наконец однажды ночью, когда она уступила надзирателю в том, чего он больше всего желал, Луиза прошептала:

— Если вы действительно так любите меня, позвольте мне остаться рядом с вами. Посадите меня в камеру вместо моего мужа.

Почтенный служака оторопел от такого предложения.

— А если ваш муж меня выдаст?

— Совершенно исключено, потому что его снова бросят в тюрьму.

На другой же день белокурая Луиза оказалась в королевской тюрьме, а ее муж, сразу отправился на север Франции, где сражения еще продолжались. Дело в том, что если с Карлом Пятым мир был подписан, то с Генрихом VIII война не кончилась, и здесь ощущалась острая нужда в рыцарях, владевших мечом.

Под вымышленным именем Ангерран присоединился к французским солдатам и сражался с таким жаром, что известие о его несравненной доблести дошло до короля. Некоторое время спустя Франциск I приехал навестить свои войска и лично поздравил Ангеррана.

— Вот один из самых храбрых рыцарей моего королевства, — сказал король. — Не желаешь ли ты попросить меня о чем-нибудь?

— Да, сир. Я прошу освободить мою жену, которая находится в тюрьме.

Король был страшно удивлен.

— А что она сделала?

— Она заняла мое место…

И он рассказал изумленному королю свою историю, закончив ее словами:

— Я лишь хотел доказать Вашему Высочеству, что я ваш верный слуга, неспособный на предательство, и что мое осуждение было несправедливым.

Король ничего на это не ответил и только обнял его. Но в тот же миг в Париж был отправлен курьер.

Наутро после трех месяцев тюремного заключения и любовных свиданий, во время которых она старалась не находить никакого удовольствия, Луиза была освобождена. Ее тюремщик расставался с ней с тяжелым сердцем, зная по опыту, что подобные приключения не сваливаются на голову служителя тюрьмы дважды в жизни.

Что же касается Ангеррана, которому совесть не позволяла упрекнуть жену за то, что она, спасая его честь, чуть-чуть пожертвовала своей, он предпочел закрыть на это глаза и, если верить историку, «очень быстро стер в своей памяти то время, когда прекрасная Луиза, исключительно из любви к нему, заставила его побыть некоторое время рогоносцем».

В начале 1545 года весь французский двор был взбудоражен странным событием.

Франциск I, бывший тогда под сильным влиянием всего итальянского, окружил себя знаменитыми художниками, прибывшими с Апеннинского полуострова по его приглашению. Вслед за Леонардо да Винчи, прибывшим во Францию после битвы при Мариньяно и скончавшимся в 1519 году, здесь жили и трудились во славу Франции Андреа дель Сарто, Приматиччо, Россо. и многие другие.

51
{"b":"4699","o":1}