ЛитМир - Электронная Библиотека

Держись, Мак-Марпи. Ты уже потерял жену номер один и теперь рискуешь потерять жену номер два, если не прибавишь ходу.

Марина уже почти добежала до Центрального парка, когда Джо нагнал ее.

– Пусти! – завопила она, отбиваясь от него своими маленькими грязными ножками. – Чудовище! Скотина!

Джо перехватил ее поперек туловища, стараясь спасти от пинков жизненно важные органы.

– Если ты не заткнешься, я… Девушка завопила пуще прежнего:

– Меня держат против воли! Помогите!

Бедняжка не понимала, что находится в Нью-Йорке. Две женщины о чем-то пошептались, но, когда парень в тенниске остановился понаблюдать за представлением, по­спешили ретироваться.

– Мы женаты, – сообщил ему Джо, вскинув упираю­щуюся девушку на плечо. – Молодожены.

Парень кивнул так, будто объяснение показалось ему исчерпывающим, и пошел своей дорогой.

На Манхэттене такой номер не сошел бы ему с рук. Джо понимал, что его новая жена на этом не остановится. Стоит ему на минуту оставить ее одну, как она повторит попытку. Ни побриться спокойно, ни зубы почистить…

– Ты не сможешь держать меня пленницей вечно, – прошипела девушка, продолжая колотить Джо по спине.

– Я подумываю о приобретении кандалов, – ответил Джо. Автобус остановился на углу, забирая пассажиров с ос­тановки. Пока никто не вмешивался.

– Я узница совести! Меня удерживают по политиче­ским мотивам! – продолжала девушка. – Это противоза­конно!

– Ты не можешь отличить супружество от тюрьмы? В чем-то ты права, детка.

Между тем автобус тронулся с места, огибая угол, на котором их ждал таксист. Плакат с улыбающимся женским лицом был приклеен к заднему стеклу. Белоснежные зубы, светлые в медовый отлив волосы, лазурно-синие глаза.

Эта женщина здорово напоминала Кристину, но только какую-то обезличенную.

Надпись на плакате гласила;

СПЕШИТЕ ВИДЕТЬ! КРИСТИНА КЭННОН!

– Господи, – пробормотал Джо, ошалело глядя вслед удаляющемуся автобусу.

Его Кристина? Он знал, что она в Калифорнии и что дела у нее идут отменно, но такого он не ожидал!

– У меня кровь к голове прилила, – бросила через плечо его новая жена. – Немедленно поставь меня на ноги.

– Попридержи лошадей, детка. Я хочу купить журнал. Джо со своей ношей на спине подошел к газетному киоску.

– «Тайм», – бросил он продавцу.

– Не тяжело? – участливо спросил киоскер.

– И не спрашивайте.

Джо прижал журнал подбородком и, одной рукой при­держивая девушку, другой пошарил в карманах в поисках американской валюты.

– Ох! – простонала Марина, лягнув его коленом в грудь. – Это невыносимо!

Джо протянул продавцу две серебряные монеты по пять­десят центов.

– Кто она? – спросил киоскер. – Ваша дочь? Джо не стал дожидаться сдачи. Еще немного, и его арестуют за подрыв моральных устоев.

– Клади сумки назад в багажник, – приказал он так­систу, который наблюдал всю сцену издали с тем же непро­ницаемым лицом.

Джо запихнул Марину на заднее сиденье, затем залез сам, и вовремя: еще минута – и все повторилось бы сначала.

– Мне очень не хочется делать это, детка, но ты меня вынуждаешь.

Глаза девушки расширились, она прижалась к сиденью так, словно Джо действительно собирался надеть на нее кандалы.

– Ты поклялся отцу, что не тронешь меня и пальцем.

– То, что я задумал, куда хуже, чем добрая трепка, – сообщил Джо, когда водитель занял свое место. – Я везу тебя в Нью-Джерси.

– Грустно, – пробормотала Кристина, откусывая по­лурастаявший батончик шоколада, который отыскался на дне ее сумки. – В самом деле грустно.

Восходящая телезвезда вынуждена была довольствоваться лежалым «Милки вэй» и пакетиком жареного арахиса – остатками угощения на борту самолета. Другой еды на ужин не было.

Как могла она забыть о таких насущных вещах, как пища и средства передвижения? Она позаботилась о том, чтобы не отключали телефон, и электричество. Она органи­зовала поставку всего офисного оборудования, включая бу­магу для факса и лазерного принтера. К сожалению, все остальные аспекты бытия как-то ускользнули от ее созна­ния. Завтра придется взять в аренду машину, а затем от­правиться за покупками.

Кристина начала привыкать к тому, что другие люди обеспечивают ей безбедное существование, но только сей­час, оказавшись в квартире с пустым холодильником и без машины, она поняла, как далеко продвинулась за последние шесть лет, с тех пор как в последний раз спала под этой крышей. На прошлой неделе, разговаривая с голливудским продюсером, она произнесла буквально следующее: «Я попрошу своих людей связаться с вашими людьми», – и тут же легла на стол, скорчившись от смеха. Служащие создан­ной Кристиной компании с вежливым вниманием смотрели на нее. Никто не решался изобразить улыбку. Джо, навер­ное, покатился бы со смеху. Ничто не веселило его больше, чем абсурдные ситуации, уязвляющие чье-либо непомерно раздутое самолюбие.

Кристина доела орешки, затем пошла на кухню за во­дой. Уже в шестой раз за сегодняшний вечер она вспомнила своего бывшего мужа. Впрочем, тому было весьма простое объяснение: как она могла не думать о Джо, находясь в доме, в котором они собирались жить долго и счастливо?

Трубы протяжно загудели, стоило ей открыть кран. Водопроводчик как-то предупредил ее, что здесь многое придется менять. «Однажды вы откроете кран, но из него не вытечет ни капли», – предсказал он.

Но они не прислушались ни к этому предупреждению, ни к тем тревожным сигналам, которые подавал их брак, прежде чем окончательно развалиться. А если и прислушивались, то никогда не говорили об этом вслух. Как будто проблема исче­зает оттого, что ее замалчивают. Но они умели притворяться, будто ничего страшного не происходит, и даже улыбались тог­да, когда их сердца разрывались на части.

Со стаканом воды в руке Кристина не спеша побрела в гостиную. Слейд лежал все в той же позе: распростертый на спине, одну ногу свесив с дивана. Голова его была повер­нута набок, он спал, уткнувшись лицом в подушку. Удивительно, как он вообще мог дышать. Ему, должно быть, было чертовски неудобно в этой позе, в тесных джинсах и теплом свитере. Как бы там ни было, от такого рода не­удобств еще никто не умер.

Кристина присела на подлокотник дивана и, глядя на спящего Слейда, спросила:

– Ну как, чувствуешь себя завсегдатаем салонов клаб-класса[5]?

Неизвестно, знаком ли был с этим термином Слейд, но он встрепенулся и открыл глаза. Прядь волос упала ему на глаза, и Кристина наклонилась, чтобы убрать ее с лица молодого фотографа. Волосы, оказались неожиданно мягки­ми и шелковистыми. Лоб был прохладен. Кристина прислу­шалась к своим ощущениям, ожидая, что хоть что-нибудь в ее душе отзовется, но так ничего и не дождалась.

Ну пусть не вспышка страсти, пусть хоть какая-то теп­лая приятная волна, крохотный огонек. Что-нибудь, что напомнило бы ей о существовании другой Кристины Кэннон, Кристины – женщины, а не карьеристки, отчаянно карабкающейся вверх по скользким ступеням профессио­нального роста.

– Проклятие, – пробормотала она.

Совсем ничего. Неспособная найти замену любви в физи­ческом влечении, прекрасно сознавая, что последнее гораздо крепче и живучее первого, она оставалась бесчувственной.

Для Джо не было секретом, что он плохо ориентируется на местности, но, признаться честно, такого позора он не ожидал. Они уже почти доехали до Принстона, когда он вспомнил, что впереди должны быть горы, а не заросшие плющом холмы.

– Здесь где-то должна быть развязка, – сообщил Джо водителю, когда на обочине показался подсвеченный фарами их автомобиля указатель на Хакетстаун.

Шофер свернул направо с главной дороги.

И тут Джо с неожиданной ясностью вспомнил все. Банк напротив церкви, пиццерию на углу. Разбитую, в колдоби­нах улицу, ведущую вверх, к их дому на холме. «На этой чертовой дороге мы себе все внутренности отобьем», – сказал он как-то Кристине в сердцах – машину нещадно трясло. «Пустяки, – беспечно ответила она, – когда мы разбогатеем, наймем рабочих, всего-то проблем».

вернуться

5

Нечто среднее между экономическим и бизнес-классом

4
{"b":"4708","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Холокост. Новая история
Стеклянная магия
Любовь & Дружба. Деньги… Нет, Любовь!..
Кремль 2222. Охотный ряд
Большие девочки тоже делают глупости
Борн
Ледяной укус
Так держать, подруга! (сборник)