ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Смерть от совещаний
Орфей курит Мальборо
Приморская академия, или Ты просто пока не привык
В ожидании Божанглза
Во имя Империи!
Абхорсен
Серебряная ведьма
Пожарный
Москва и жизнь

Выйдя из спальных покоев и плотно закрыв за собой дверь, Бекрам углубился в безрадостные раздумья. Его нынешнее положение тревожило его самого не меньше, чем Эрдрика, но он ни за что в жизни не признался бы в этом брату.

Предыдущего любовника королевы нашли мертвым в одном из фонтанов в центральном дворе замка. Об этом рассказывали лишь шепотом, с опаской оглядываясь по сторонам.

Бекрам не знал, какую оплошность допустил его предшественник, но намеревался не повторить подобной ошибки. Поэтому вел себя крайне осторожно: никогда в беседах с королевой не заводил речь о политике, не обращался к ней с просьбами и не заговаривал о своей любовнице ни с единой живой душой, за исключением Эрдрика. Тем не менее все придворные знали об этой связи.

Бекрам прекрасно сознавал, что просьба вернуть Варду Хурог могла стоить ему жизни.

Кто бы мог подумать, – размышлял он, медленно двигаясь по длинному коридору, ведущему в сад, – что однажды я решусь рисковать собственной жизнью ради спасения Варда! Только не стоит рассказывать ему об этом. Когда люди делают ему добро, он обожает заключать их в свои объятия. А от этого так болят кости

* * *

Тегедра Фоэнэ Толвен, королева Толвена и Пяти Королевств, лежала на широкой деревянной скамье, устланной мягкими подушками, в своем любимом уединенном уголке сада. Девушка-служанка расчесывала ей волосы.

В этот предобеденный час придворные дышали свежим воздухом, но никто из них не смел тревожить королеву: все знали, что, удаляясь в это свое излюбленное местечко, она предпочитала побыть в одиночестве.

Воздух наполнял сладкий аромат цветущего кустарника. Он действовал на Тегедру успокаивающе, как и руки служанки. Точно такой же куст с бело-розовыми нежными цветами (его название она никогда не могла запомнить) рос под самым окном в ее комнате в родительском доме.

Тегедра закрыла глаза, и ей почудилось, что она слышит добродушно-ворчливый голос матери и дружеский – отца. На ее губах заиграла блаженная улыбка.

– Оказывается, моя красавица отдыхает! – послышался чей-то знакомый голос, и королева открыла глаза.

Улыбка мгновенно сменилась другой, более искусственной. Ей не хотелось, чтобы служанка сообщила королю, что она столь сладко улыбается молодому любовнику.

– Бекрам, дорогой…

Он тоже улыбнулся и окинул ее восторженным взглядом.

Тегедра знала, что хотя бы частично его восхищение ею – искреннее. Она была намного старше этого юноши, но обладала фигурой женщины вдвое моложе своего возраста.

Почему на этот раз король выбрал для меня именно Бекрама? Вопрос этот не переставал мучить королеву.

Онев был старше Бекрама и гораздо глупее. С начала их романа не прошло и года, как Джаковен убил его. Тегедра надеялась, что Бекрам проживет дольше. Ей страстно хотелось уберечь его от гибели, но многолетний опыт подсказывал, что это невозможно.

Поэтому оставалось лишь наслаждаться временем, которое было отведено им двоим… и постараться не привязаться к этому мальчику.

– Что вы сделали вчера с Эрдриком? – смеясь, спросил Бекрам. – Когда он явился после ужина в спальные покои, на нем не было лица.

Королева напустила на себя привычный доброжелательно-снисходительный вид.

– Эрдрик стоял рядом со мной. Я решила, что это ты, и хотела погладить его по руке, только и всего. Он едва не лишился чувств!

Она насмешливо покачала головой, хотя на самом деле была очень тронута невинностью Эрдрика.

Бекрам опять рассмеялся, потом с грациозностью, присущей молодым людям его возраста, присел на край скамьи у ног королевы, взял в руку ее ступню и принялся делать ей массаж.

Тегедра почувствовала прилив настолько приятных чувств, что на мгновение закрыла глаза. Потом снова посмотрела на молодого человека.

– У кого ты этому научился? – с некоторым удивлением спросила она.

Лицо Бекрама стало вдруг необычно серьезным. Королеве даже показалось, что в нем сейчас нет ни капли притворства. А при дворе общаться с искренними людьми представлялось практически невозможным – таковых здесь просто не было.

– Я научился этому у кузена. У Варда, – ответил Бекрам.

Нет! – взмолилась про себя Тегедра. – Только не рассказывай мне о своей семье. Не хочу знать о тебе ничего личного. Не хочу касаться твоей души…

Лицо же ее оставалось невозмутимым. Лишь тонкая бровь вопросительно поднялась вверх.

– Мой брат Эрдрик мечтает стать фермером, – продолжил Бекрам, и Тегедра с облегчением вздохнула.

Разговор об Эрдрике не таил в себе никакой опасности. Эрдрика она знала. Он был невиннейшим созданием из всех, кого ей доводилось встречать.

– И?..

– Если бы после смерти отца мы оба получили в наследство Ифтахар, то Эрдрик занялся бы фермерством. А военные и политические задачи решал бы я.

Ярко светило солнце, и Бекрам слегка щурил глаза. Он выглядел таким юным и чистым!..

Этот мальчик – дитя света и красоты, – с горечью в сердце думала Тегедра. – А я – черная вдова и заманила его в свою паутину…

–  По-видимому, нашим планам не суждено осуществиться, – произнес Бекрам.

Его голос прозвучал довольно беспечно, и Тегедра настроилась услышать какую-нибудь милую глупость, например: «ваша красота околдовала меня, и я решил больше никогда не уезжать отсюда».

– Король объявил моего кузена Варда неспособным быть новым Хурогметеном. После того как его разыщут, то поместят в сумасшедший дом.

– Его не могут разыскать?

Тегедра моргнула.

Она прекрасно помнила Варда. Он был хоть и глуповатым, зато очень добрым. А это качество, по ее мнению, – достаточная редкость в мужчинах.

Вард танцевал даже с самыми некрасивыми из девушек. При мысли, что этого парня упрячут за решетку ужасного заведения под благородным названием «психиатрическая лечебница», которое ее муж создал специально для того, чтобы избавляться от неугодных людей, у королевы по коже побежали мурашки.

Король помещал в психушку тех, кого не решался убивать. Там же находился его младший брат. Тегедра не раз представляла, что и сама очутится однажды в стенах этого проклятого дома – очень даже запросто.

– Его не могут разыскать? – повторила королева невозмутимым тоном, будто задавала этот вопрос из обычного любопытства.

– Пока нет. Но когда-нибудь это произойдет, – ответил Бекрам и взглянул ей в глаза – открыто и серьезно, а не игриво и притворно, как обычно. – Вы не могли бы попросить короля вернуть Варду право управлять Хурогом? Он не очень умен, но вовсе не идиот. Ненормальным был мой дядя.

Тегедра рассеянно отвела взгляд в сторону. В ее памяти всплыл образ умершего недавно отца Варда. Его боялся даже сам король.

– Ни наш отец, ни мы не хотим становиться владельцами Хурога, – продолжил Бекрам. – Быть Хурогметеном почетно, но нам это совсем ни к чему.

Тегедра почувствовала, как руки ее служанки на мгновение замерли, и у нее внутри все похолодело.

Джаковен непременно заинтересуется причинами, побудившими Бекрама обратиться ко мне с подобной просьбой , – подумала она. – Я могу поверить в искренность этого мальчика, хоть и прожила при дворе так много лет. Король же ни за что не согласится принять невинные объяснения Бекрама за правду.

–  Мне кажется, ты чего-то недоговариваешь, – соблазнительно улыбаясь, сказала она, желая дать ему шанс на спасение. – Наверное, существует нечто более серьезное, что заставило тебя заговорить со мной на эту тему. Может, ты что-то задумал?

Если бы он сказал сейчас что-нибудь правдоподобное, то она непременно попыталась бы поговорить с супругом. Король не любил оставаться в долгу и обычно щедро одаривал любовников жены, пока они были живы.

Бекрам покачал головой.

– Просто мне страшно представить, что Варда засадят в этот жуткий дом. Мой кузен принадлежит Хурогу. – По его губам скользнула смущенная улыбка. – Он знает каждый камень в родных землях, обожает волю и горы и наделен невиданной силой.

29
{"b":"4717","o":1}