ЛитМир - Электронная Библиотека

Он рассмеялся и обнял мать.

– Она вела себя превосходно. Мама, мы обработали весь огород. Джес слонялся поблизости. Он оставался после обеда какое-то время, но я даже не видел, как он ушел.

– Я могу с ним поговорить, – предложила она. Лер покачал головой.

– Нет, так нехорошо. Я знаю, что он старается изо всех сил. Это связано с тем, что папа ушел. Он нам так нужен. Когда он сосредоточен, он работает так же, как папа. Мама, сегодня здесь был распорядитель септа.

– Фордер? – удивилась Сэра. Она взяла свой плащ с капюшоном и повесила на незаметный штырь у двери. – Что он хотел?

– Он посмотрел на поля и спросил, вернулся ли папа. Когда я ответил ему, что нет, он сказал, что новый септ требует уплатить четвертую часть десятины за этот год уже окончательно за сад и поля. Он заметил, что для вспашки полей время почти прошло.

Сэра прислонила тюк к стене.

– Я знаю, Лер. Мы ждали, сколько могли. Теперь мы просто вынуждены пахать землю без Таера. Можем начать завтра. Нет, послезавтра, чтобы у меня было время найти и починить упряжь и плуг. Не беспокойся об увеличении десятины: Таер говорил, что с новым септом следует ожидать повышения такого рода ставок.

– Фордер сказал, что у септа есть лошадь. Если нам надо, мы можем ее взять в аренду.

– Нет. – Сэра покачала головой. Уходя, Таер взял купленного в прошлом году коня, предоставив своему старому мерину отдых. – Скью знает эти поля, и даже в его возрасте он будет работать, пока не вернется Таер. Мы не можем себе позволить арендовать лошадь, при том что септ заберет значительную часть урожая.

За дверью на улице раздался ужасный вой Гуры, больше походящий на вой волка, чем собаки, а в ответ раздался еще более высокое по ноте и более дикое завывание.

– Джес уже дома, – некстати произнесла Ринни. В тот же миг дверь распахнулась, и в проеме возник старший сын Сэры.

– Мама, мама! – прокричал он. – Я нашел кролика на обед. – Он протянул громадного зайца-чернохвостика, уже обезглавленного, со снятой шкуркой и выпотрошенными внутренностями.

– Джесафи, мой любимый, – произнесла Сэра. – Я очень рада, что ты нашел кролика. Но тебе надо избавиться от грязи, прежде чем войти в дом.

Из всех ее детей Джес больше всего был похож на отца. Выше Лера на голову, Джес был худощавый и темноволосый. Лер был тоже худощавым, но у него были светлые волосы, как у Сэры. Как и Таер, Джес не был красавцем, его нос был тонким и слишком длинным. Его левую щеку пересекала глубокая складка, глаза были темно-карими.

– Извини, мама, – ответил он, сбрасывая добычу. – Я не хотел… вымазываться.

Что-то было не то в тоне, каким он говорил, и в том, как он перепачкался.

Он не был умственно отсталым, как сын бондаря, но его несчастье казалось очень сходным, и люди считали их одинаковыми. Сэра не хотела смущать правдой кого бы то ни было, кроме Таера.

– Не беспокойся, – Сэра успокоила Джеса только легким прикосновением – единственное, что он обычно мог стерпеть. – Пока младшие накрывают на стол, пойдем-ка тебя почистим.

– Я сделал что-то не так? – встревожился он. – Нет, дорогой, пойдем со мной. – Она взяла его за руку, и повела за собой помочь ему очиститься.

В середине ночи, так и не уснув, Сэра тихо встала со своей слишком пустой постели и оделась. Она открыла дорожный сундук и вытащила из него большой мешок, который тяжело закачался на потертых шнурах. Перекладины лестницы были тугими и не издали ни звука, иначе мог проснуться Лер, потому что у него всегда был чуткий сон.

У двери в тюке лежали ботинки, которые она купила Джесу: забыла отдать сыну. Сэра их вытащила и отставила в сторону. Принесенный из комнаты мешок она поместила в тюк, где раньше лежали ботинки, и тихо выскользнула наружу.

У порога на нее смотрела Гура. Ее светящиеся глаза наводили на мысль, что среди ее предков были и волки тоже.

– Тс-с-с, – приказала Сэра. – Сиди и сторожи.

Гура села и положила морду на передние лапы, а по обеим сторонам свисали ее щеки.

– Я скоро вернусь, – пояснила она, как будто собака понимала. – Просто не могу заснуть. Мне нужно кое-что сделать.

Гура закрыла глаза – она была грустной, из-за того что хозяйка не позвала ее с собой.

Сэра направилась за дом по тропинке, ведущей в лес. Луна взошла высоко, и ее ночного света хватало настолько, что не составляло труда находить путь в темноте.

Она прошла больше мили, пока не вышла на луг, к которому и стремилась. Сняла с плеча тюк, поставила на землю и раскрыла.

– Восемьдесят три, – повторила себе она, вынимая кожаный мешок, приобретенный в городке, а также мешок, вытащенный из дорожного сундука, – и сто сорок один.

Она вынула одну из мермори и вертикально воткнула ее в землю. Затем вытащила другую, измерив ее длину пальцами. Затем шагами отмерила расстояние и опять воткнула в землю. То же самое она проделала с третьей и четвертой. Луна медленно ползла по небу.

– Мама, что ты делаешь?

Она так была занята делом, что даже не слышала шагов. Низкий бархатный голос был так похож на Таера, что ей пришлось сглотнуть ком в горле. Несмотря на свою зоркость и яркий свет луны, она не смогла увидеть Джеса.

– Я тебе рассказывала разные истории о Вечных Странниках, – произнесла она, воткнула последнюю мермори, которую держала в руке, в землю и пошла обратно за следующей партией.

Он пока молчал. Она не слышала звука шагов, но не удивилась, что он последовал за ней к тюку.

– Да, – ответил он так близко, что его горячее дыхание коснулось ее спины и шеи. Хоть она и была не робкого десятка – из породы Вечных Странников, – громадная разница между внешним видом ее сына в дневное время и ночью, привела ее в замешательство: мать не должна бояться своего ребенка, очень опасного Джеса.

– Мы потомки магов, живших в Колоссе задолго до того, как Черный пришел и разрушил человечество, – начала она, не обращая внимания на дрожь от голоса Джеса, пробегающую холодком по спине.

– Да, – подтвердил он, идя рядом с ней. Она взяла в руку небольшое количество мермори, пошла к пустому месту на поляне и продолжила свою работу, вымеряя расстояние. Сын был босиком.

Только она и Таер знали, что их смирному ребенку не подходит их безопасная лачуга.

– Колосс был величайшим городом просвещения, и маги со всего света приходили туда получить знания. В течение многих поколений они собирали и изучали магию, и забыли мудрость, пока в конце концов не создали величайшее зло, которое только можно представить.

Она совсем мало рассказывала детям о Вечных Странниках, надеясь, что все они будут редерни, как Таер. И Лер и Ринни имели соответствующую внешность, а Джес нес в себе проклятье Вечных Странников.

То, что сегодня случилось с ней и священником, который знал слишком много и подтасовал правду ложью, не давало ей уснуть. Пожалуй, имеет смысл уже передавать детям знания. Сегодня ночью она начнет с Джеса.

– К тому времени, когда маги осознали, что они наделали, стало слишком поздно не только уничтожить это создание, но практически невозможно его контролировать. Только великая жертва могла остановить его, и Колосс был разрушен, чтобы лишить свободы Сталкера, пока он не успел уничтожить мир, – рассказывала она. – Маги, которые выжили, отправились странствовать по миру и были свободны от порочности Сталкера, потому что такое зло, хоть ограниченное рамками, не было бессильным. Даже такое жертвоприношение, как город света и знаний, вряд ли могло целиком удержать его или спрятать навсегда.

– Да, – снова согласился Джес. На этот раз она заметила, как в его глазах вспыхнуло красное свечение.

– Что такое? – спросила она. – Здесь кто-то есть?

– Не тут, – ответил он наконец, и в его голосе послышалось совсем не человеческое рычание. – Но в лесу бродят люди, которые считают себя охотниками. Они охотятся из спортивного интереса, а это оскорбляет лес. И, по моему мнению, они прошли слишком близко от нашего дома.

18
{"b":"4718","o":1}