ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Дерик перешел в начальную школу в Темпл-Гроув возле Истбурна. Там было немного спокойнее, чем дома. Однако на каникулах оба мальчика снова оказывались вместе, и все начиналось по новой.

Мальчики редко видели отца, который был в гуще боев во Франции. В 1917 году разрывом шрапнельного снаряда майор Бадер был тяжело ранен в голову. Врачи не смогли извлечь все пули, однако он оправился без поездки домой и вскоре снова вернулся на фронт.

Дуглас последовал за Дериком в Темпл-Гроув, и первая драка состоялась почти сразу. Большой мальчик вывернул ему руку, но Дуглас принялся молотить его по лицу второй рукой. По законам чести должен был состояться поединок. Большой мальчик сразу бросился на него. Дуглас следил за ним, набычившись. Он внезапно выбросил вперед оба кулака, и мальчик с разбега налетел на них подбородком. Нокаут! Он упал на землю, на несколько секунд потеряв сознание. Дуглас подумал, что убил его, и страшно перепугался. Он опустился на колени рядом с мальчиком и с облегчением обнаружил, что тот моргает.

Темпл-Гроув был приятной старой школой со множеством игровых площадок. Новичка быстро вовлекли в организованные игры, и за день он успевал спалить даже свой незаурядный запас энергии, а потому по ночам спал, как убитый. Дуглас буквально заставил взять себя в команду по регби, хотя эта игра сопровождается многочисленными столкновениями и падениями. Но уже после нескольких матчей его взяли в команду более старших мальчиков, и Дуглас нашел себя. Эта игра была тяжелым сражением, в котором закалялись его воля и решимость.

В гимнастике он быстро освоил брусья и коня, а потом перешел на боксерский ринг. Дуглас занимался каждым предметом до тех пор, пока не становился лучшим. И тогда он просто ненавидел тех, кто пытался оспорить его первенство. Или то. Все уже потеряли счет его падениям с параллельных брусьев, однако Бадер научился падать, не получая при этом синяков. Он просто разучился бояться падений. Позднее Дуглас обнаружил, что это было одно из самых ценных приобретений в школе.

Дома во время каникул он не мог давать выход энергии при помощи спорта. Любимчик Дерик уговорил мать купить им луки и стрелы. Сначала они стреляли друг в друга. Когда они научились стрелять, это перестало быть забавным, и тогда мальчики переключились на прохожих. Вдоль одной стены дома шел забор, над которым были видны только шляпы проходящих мимо. Это был страшный соблазн, и очень часто взбешенные мужчины молотили в дверь, держа в руках шляпы, пробитые стрелой.

Война уже закончилась, однако они редко видели отца, который все еще оставался на континенте, помогая восстанавливать разрушенное в годы войны. Даже после этого он остался во Франции, в составе Комиссии по военным захоронениям.

Тем временем Хейзел вышла замуж за капитана авиации Сирила Бэрджа, который провоевал почти всю войну в Королевском Летном Корпусе. Дугласа привели в восторг крылышки и орденские ленточки на мундире, а также рассказы Сирила о войне. Бэрджу тоже понравился мальчик, в котором буквально клокотала жизненная энергия. Больше всего поражало совершенно несвойственное маленькому мальчику властное выражение лица. Дерик очень походил на него, но без неподражаемых превосходных степеней.

Вернувшись в школу, Дуглас начал блистать в крикете тоже. Он стал неплохим подающим, невероятно стремительным полевым игроком и отбивающим, который совершенно точно знал, куда следует послать шар.

Согласно традициям Тремпл-Гроув мальчики выцарапывали свои имена на партах. Дуглас попытался, но у него ничего не вышло, и Дерик высмеял его. Они шли возле садика, где директор школы выращивал огромные кабачки.

«Лучше я вырежу имя на корке этой штуки», — не слишком серьезно сказал Дуглас, указывая на самый большой кабачок.

«А слабо», — подстрекательским тоном произнес Дерик.

Дуглас нацарапал «Д. Бадер» на самом большом, можно сказать призовом, кабачке. Восхищения этот поступок не вызвал.

Хотя Дуглас всегда старался отличиться в спорте, в классной комнате он не прилагал особых усилий. Впрочем, у него были живой ум и неплохая память, что позволяло выкручиваться в большинстве случаев. Латинский и греческий давались ему легко, он получал высшие отметки, не прилагая к этому особых усилий. В целом Дуглас был довольно ленив, когда предмет не вызывал у него интереса. Математику и подобные предметы он лишь терпел, получая минимально необходимые отметки. Часто учителя со вздохом отмечали: «Очень хорошо, но способен на лучшее, если постарается». Кроме того, Дуглас наотрез отказывался делать то, что не желал делать, проявляя своенравие, доставшееся от матери.

Преподаватель физкультуры Криз, бородатый отставной унтер-офицер, выглядевший как человек с пачки сигарет, учил мальчиков стрелять. Дуглас быстро освоил это искусство и научился стрелять быстро и метко. (Годы спустя это стоило жизни многим.)

Однажды его завербовали в хоккейную команду, сыграть против девочек из соседней школы. Дуглас играл грубо, совершенно не считая нужным соблюдать даже подобие рыцарских отношений. После одного из его бросков мяч, пролетев мимо ворот, с гулким звуком ударил по черепу преподавателя, что привело к немедленному возмездию. Бадер-маленький был отстранен от любых игр с девочками, что привело его в совершенный восторг.

В 1922 году в Кью пришла телеграмма из военного министерства. В ней с прискорбием сообщалось, что майор Бадер скончался от ран в Сент-Омере — последствия шрапнельного ранения в голову в 1917 году. Хотя мальчики редко видели отца, Дуглас довольно быстро ощутил последствия потери. Вскоре Дерик был отправлен в Королевскую Школу в Кентербери. И после этого возникли сомнения, а хватит ли денег на обучение Дугласа. Единственным выходом была стипендия, и совершенно того не желающий парень принялся за учебу, полностью оправдывая пометку в личном деле: «Способен на лучшее, если постарается».

Ни на один день Дуглас не прекращал своих занятий спортом. В последний год он был капитаном команды по крикету, капитаном команды по регби, капитаном футбольной команды. Во время чемпионата школы он выиграл все дистанции, на которых бежал: 100 и 220 ярдов, четверть мили, полмили, бег с препятствиями. После этого Дуглас установил рекорд школы в метании крикетного шара. По окончанию чемпионата директор школы с удовольствием сообщил, что он заслужил направление и стипендию в школе Сент-Эдвард в Оксфорде.

В это же время Джесси Бадер, не потерявшая миловидности в свои 32 года, снова вышла замуж. Отчимом мальчиков стал викарий Спротборо (Йоркшир) преподобный Уильям Хоббс. Это был добродушный холостяк 37 лет, внезапно и резко изменивший свою жизнь. Джесси была ему верна, хотя и сохранила своенравие. Мальчики перебрались в Йоркшир, чтобы жить в домике приходского священника. Там было 8 спален, 2 кухни, множество каморок для слуг (большей частью пустых), насос (нет водопровода), керосинки (нет электричества) и жуткий холод зимой. Между домом и симпатичной церковью находился сад с тисовой аллеей. Церковь была построена в XI веке, как и домик священника. Она была слишком велика для маленькой деревеньки и нескольких соседних коттеджей.

Викарий оказался слишком мягким человеком для такой семейки. Он предложил Дерику и Дугласу накосить травы, однако они наотрез отказались. Джесси, которая была гораздо тверже своего нового мужа, приказала им накачать воды для кухни, что они исполнили. Викарий попытался ввести обычай общих молитв после завтрака, но Дуглас и Дерик фыркали и хихикали, что превращало молитву в балаган. Викарию пришлось отказаться от благочестивых намерений. Джесси была склонна обвинять, как обычно, Дугласа, и он начал чувствовать себя лучше вне стен дома.

Этим летом Дугласа на неделю отправили в Кранвелл к Сирилу и Хейзел Бэрдж. Сирил служил адъютантом в колледже Королевских ВВС (открытый в 1919 году, этот колледж был авиационным эквивалентом знаменитого Сандхерста). Но теперь это было не слишком замечательное место. Вместо белых фасадов, окружающих квадратный плац, осталось несколько неприглядных зданий да горстка домиков на краю большого летного поля.

2
{"b":"4719","o":1}