ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Наконец Бадер выяснил, что правы врачи. Вдобавок обычно сдержанная Тельма поставила жесткое вето на этот проект, и он был вынужден отказаться от самой идеи.

Однажды вечером в Аскот позвонил бывший адъютант 242-й эскадрильи. Теперь он был сэром Питером Макдональдом, достопочтенным членом парламента от консервативной партии. Он сказал:

«Дуглас, речь идет о предстоящих всеобщих выборах. Мы хотим выставить тебя. Ты наверняка получишь место от Блэкпула».

Бадер ответил:

«Мне очень жаль, Питер, но я не собираюсь становиться политиком».

Ерунда, заявил Макдональд. Именно такие парни, как он, должны заседать в парламенте.

Моментально превратившись в старого Бадера, Дуглас язвительно ответил:

«Знаешь, я считаю всех политиков шумными пустомелями. Я не собираюсь попусту протирать штаны в парламенте».

Но это были только первые выстрелы в затяжной кампании, направленной на то, чтобы вынудить его изменить свое мнение. Он продолжал упрямо говорить: «Нет». Однако они продолжали наседать до тех пор, пока не на шутку обозлившийся Бадер заявил:

«Знаете, когда от меня пытаются добиться ответа „да“, я всегда говорю „нет“. Если от меня начнут требовать сказать „нет“, я наверняка произнесу „да“. Поэтому я не буду следовать линии партии. И через 5 лет уже никакая партия не выдвинет меня повторно, не так ли?»

После этого наступила тишина.

Позднее в клубе КВВС он встретил коммодора авиации Дика Этчерли, бывшего пилота Кубка Шнейдера, который предложил:

«Дуглас, мне нужен человек, который возглавит школу командования истребительной авиации в Тангмере. Это должность полковника авиации. Ты согласен?»

Бадер с чувством выпалил:

«Разумеется, да».

Стремясь как можно быстрее окунуться в желанную атмосферу дела, он отменил остаток отпуска и в начале июня прибыл в Тангмер. Оказалось, что Бадер сделал это, не подумав. Место осталось тем же самым, но это было все, что сохранилось с прежних времен. Тактика была новой, лица были новыми, но что самое скверное — новой оказалась атмосфера. Все перевернулось вверх дном. Не сохранилась напряженная, но вдохновляющая военная обстановка. Имелась лишь кучка измученных людей, которые мечтали спрятать подальше орденские ленточки и переодеться в штатское. Он попытался возродить старый дух, но не сумел высечь ни одной искры. Все это принесло горькое разочарование, поэтому, когда штаб истребительной авиации предложил Бадеру стать командующим сектором Норт-Уилда, он охотно согласился.

Теперь он командовал 12 истребительными эскадрильями, развернутыми на 6 аэродромах, однако это не принесло Бадеру радости. Перед ним не было заслуживающей внимания цели, он должен был наблюдать за расформированием собственных сил. Огромную машину КВВС военного времени начали потихоньку разбирать. Выкручивались скрепляющие болты, один за другим снятые куски уплывали на гражданку. Бадер попытался было сохранить ядро, но все его лучшие летчики отказались остаться на военной службе, так как перспективы КВВС выглядели довольно безрадостными. Это было новое разочарование, однако его хотя бы не беспокоили воспоминания, как в Тангмере. На несколько миль вокруг Бадер не смог найти домика для Тельмы, и ему приходилось летать каждый уикэнд, чтобы встретиться с ней. Наконец он получил личный «Спитфайр» с буквами «ДБ» на борту.

Из Парижа пришло письмо. В нем говорилось, что Люсиль и Хике вернулись в Сент-Омер. Он немедленно поднял «ДБ» в воздух и полетел туда. Когда Бадер постучал и дверь отворилась, радость встречи была взаимной и искренней. Все кричали, было много поцелуев и слез. Хике переменились гораздо меньше, чем он опасался. У мадам добавилось морщинок, однако она осталась такой же добродушной, а месье снова оцарапал ему щеки своими жесткими усами. Отважная Люсиль похудела и стала серьезней. Бадер просто не знал, как отблагодарить этих людей. Молодой человек, который провел его по темным улицам, пропал без вести 2 года назад.

В секторе Норт-Уилд одна из его эскадрилий получила реактивные истребители «Метеор»[22]. Бадер решил опробовать его, благо служебная обязанность совпала с горячим желанием. Как ни странно, «Метеор» стал первым двухмоторным самолетом, на котором летал Бадер. Он обнаружил, что, не имея ног, управлять этим истребителем проще, чем другими самолетами. «Метеор» не имел пропеллера, поэтому не было нужды заботиться о компенсации вращающего момента. Бадера это обрадовало. Тихоокеанская война постепенно перемещалась на север, дело шло к высадке в Японии, и там жаркий климат не мог подействовать на его ноги. Он начал размышлять, как попасть туда, но вдруг пришло известие о взрыве атомной бомбы, и вскоре военные действия прекратились.

Разумеется, Бадера радовало окончание войны «в плане судеб всего мира». Но его собственное будущее сразу стало туманным и неопределенным. При этом перед ним стояли совсем иные проблемы, чем перед остальными военными. Он мог решить материальные проблемы, оставшись в Королевских ВВС, но это было психологически сложно. Он заслужил лавры но не мог на них почивать. В любом случае, пока не было поводов для беспокойства. Подождем, пока опустеют места в офицерской столовой, а там посмотрим.

1 сентября в корзинке «Входящие» он обнаружил письмо из штаба авиагруппы. В нем говорилось, что он будет участвовать в воздушном параде победы над Лондоном 15 сентября, назначенном, чтобы отпраздновать величайшую победу и пятую годовщину Битвы за Англию. В нем должны будут задействованы 300 самолетов. Возглавить парад предстояло 12 ветеранам Битвы. Полковник Бадер должен был организовать и вести этот парад.

* * *

15 сентября рано утром Склочник Даудинг прибыл в Норт-Уилд и остановился поговорить с избранной дюжиной. Они нашли, что Даудинг почти не изменился за эти 5 лет. Остальные выглядели несколько иначе. Краули-Миллинг, который был лейтенантом во время Битвы за Англию, теперь носил шевроны подполковника, а также Орден за выдающиеся заслуги и Крест за летные заслуги. То же самое имел Боб Так и многие другие. Изменилась и сама атмосфера. Они говорили более серьезно и почти не вспоминали бои. Бадер обмотал вокруг шеи голубой шелковый шарф и сказал:

«Пошли».

Над Лондоном сгущались тучи, но на серых улицах собрались целые толпы народа. У многих на глазах стояли слезы. Они смотрели, как 300 истребителей проносятся над самыми крышами. Бадер не видел их. Справа от него летел Тэрнер, слева — Краули-Миллинг, и он был слишком занят, так как нужно было выдерживать правильный курс в дымке. Уже находясь над Лондоном, он на один миг вспомнил битву и с какой-то ностальгией подумал, что хорошо бы сцепиться еще с кем-нибудь.

Промежуточный эпилог, специально написанный автором

Проблема, что теперь делать в жизни, встала перед Бадером вплотную. Старые мечты исполнились. ВВС все еще хотели вернуть. Хотя в должностных инструкциях на сей счет не говорилось ничего определенного, командование предложило засчитать пропущенные годы и дать ему старшинство, как если бы он не разбился в 1931 году. Он мог сохранить 100 процентов своей пенсии по инвалидности. Если бы он еще раз разбился, то получил бы добавочные 100 процентов сверх того. Это было даже больше, чем он мог мечтать, но ноги все равно не позволяли ему служить на заморских базах в жарком климате. Это ограничивало его опыт, и как следствие — его ценность как офицера, и затрудняло производство в звании.

Компания «Шелл» прислала вежливое письмо, и Бадер отобедал со своим старым боссом, который был исключительно любезен. Он заявил: «Мы нашли работу именно для вас, если вы пожелаете вернуться». В этом случае он должен был получить собственный самолет и летать по всему миру по делам, связанным с авиационным бизнесом.

Свой собственный самолет! Постоянно. И что за прекрасная работа! Неделя или две, проведенные в тропиках, никак не повлияют на его ноги. Это дает ему шанс путешествовать по всему миру, в противном случае он навсегда лишится этой возможности. Они назвали предполагаемый оклад и предложили подумать, заявив, что не торопят с ответом.

вернуться

22

Вскоре этот истребитель установил мировой рекорд скорости — 600 миль/час. За штурвалом находился кузен Тельмы, Тэдди Дональдсон.

85
{"b":"4719","o":1}