ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Блин, я уверен, что все вчерашнее лечение сегодня пойдет насмарку, потому что меня ждет действительно экстремальный вечерок.

14.50. На работе

Незадолго до ланча звонил Майк и сообщил, что запрет на посещение нашего паба снят. Полагаю, что такое решение было принято в связи с катастрофическим уменьшением продаж, а следовательно, и прибыли в результате нашего отсутствия. По словам Майка, наш коллектив планирует массированное вторжение иа прежде запретную территорию в обеденный перерыв. «Идут все, — сказал он и многозначительно добавил: — Включая тебя».

Я, конечно, опасался, что все пойдет не так, как надо, но на этот раз мои подозрения оказались беспочвенными. Ланч прошел просто шикарно. Кев, правда, до сих пор что-то имеет против меня, потому что, оказывается, его страшилище по-прежнему с ним не разговаривает, а все наши тетки ненавидят его еще сильнее, чем меня. Я этому только рад и вовсе не чувствую себя виноватым перед Кевом. Он получил свое за то, что так жлобски расписывал Эммины достоинства и недостатки в моем присутствии, и этого я ему еще не простил.

Интересно, как же я здорово соскучился по пабу и посиделкам с ребятами. Нет, конечно, проводить время с Эммой — это очень классно, но разве расскажет она мне анекдот про презервативы с запахом сыра? Да ни за что на свете. Да я и сам надеюсь, что никогда такого от нее не услышу.

15.10. На работе

Для проверки позвонил Эмме и рассказал ей анекдот про презервативы с сырным запахом. Она не только не посмеялась, но, насколько я могу судить по ее интонациям, даже не улыбнулась. Больше того, с меня была взята клятва под страхом кастрации не рассказывать ничего подобного ее отцу сегодня вечером.

17.30. Дома

Ну вот. Момент настал. Помытый, побритый и переодетый, вооруженный всеми обрывками сведений по правилам этикета, когда-либо вдолбленных мне в голову, я готов ехать в Нортвуд и осчастливить своим присутствием Эмминых предков. Ну что, ребята, прощайте, иду грудью на амбразуру. В который уже раз.

Понедельник, 17 июля

09.40. На работе

Моя жизнь превратилась в сплошной кошмар. Виной всему тот самый ужин в пятницу вечером. Нет, все прошло хорошо, я вполне продержался, ничего такого не сморозил, никого ни на что не спровоцировал. По-моему, мне даже удалось установить с Зимиными родителями какой-никакой контакт. Хотя при всем том я уверен, что если б я хотя бы прикоснулся к Эмме в присутствии ее папаши, этот бывший легавый отделал бы меня так, что мало бы не показалось. И кстати, когда в субботу, после целого дня, проведенного нами в бесконечном марафоне по магазинам. Эмма позвонила своим предкам и поинтересовалась, как я им показался, ее старик ответил вполне предсказуемо, учитывая его бывшую профессию. Он взял да и заявил Эмме, что мое лицо показалось ему знакомым, и, скорее всего, он видел меня где-то в криминальной хронике или даже на фотографии из серии «Их разыскивает полиция».

Всю эту хрень можно было бы пережить, потому что она просто меркнет по сравнению с той проблемой, которая действительно тяжелым грузом навалилась на меня. Чертова свадьба — только этого мне и не хватало.

Нет-нет, пока что под венец тянут еще не меня, но мне от этого не легче. В общем, как только мы сели за стол. Эммина мама сообщила радостную, по ее мнению, новость: двоюродная сестра Эммы, которая должна выйти замуж через три недели, уступила нажиму родственников и решила изменить внешнее оформление этого события. Первоначально планировалась лишь скромная церемония в бюро регистрации, где самые близкие друзья и родные могли бы выпить по бокалу шампанского, но теперь на повестке дня стоит весь полномасштабный ритуал с церковным венчанием и прочей дребеденью. Устраивается все это где-то в Суррее. От Эммы требуется участие в качестве свидетельницы или, говоря по старинке, главной подружки невесты. Это приглашение она тотчас же приняла с необычайным воодушевлением, подписавшись на это дело от нас обоих. Очень жаль, что она не поинтересовалась моим мнением, поскольку то, что нам теперь предстоит, я не могу назвать иначе как трагедией. Дело в том, что как раз через три недели открывается новый футбольный сезон. Расписание первого круга я, разумеется, помню наизусть. В три секунды я сосчитал, что именно в тот день и час, на который назначена свадьба Эмминой кузины в какой-то дыре в глубинке графства Суррей, я лично рассчитывал быть в не менее глухой дыре в глубинке графства Йоркшир и благоговейно созерцать, как наши «Шершни» будут мочить «Хаддерсфилд». Если я даже совершу святотатство, не стану участвовать в ритуальной послематчевой пьянке и нарушу все правила, ограничивающие скоростной режим на автотрассах, мне все равно не удастся появиться на свадьбе раньше восьми, а то и девяти часов вечера.

Честно говоря, я знал, что рано или поздно что-нибудь подобное случится. Неожиданностью оказалось лишь то, что коса нашла на камень столь внезапно и по столь серьезному поводу. Познакомились мы с Эммой, когда прошлый сезон был на исходе, и нам не довелось поговорить на тему футбола, а точнее, обсудить ту роль, которую он играет в моей жизни. В общем, Эмма осталась в абсолютном неведении относительно того, что мое присутствие на всех домашних матчах нашей команды является обязательным, равно как и на первой и последней выездной игре. Таким образом, во избежание подобных недоразумений все мероприятия вроде свадеб, крестин, тяжелых болезней или похорон следует планировать так, чтобы они приходились на свободные от футбола дни или — что еще лучше — на период межсезонья. Это известно всем нормальным людям. По крайней мере, я так думаю. Всем, похоже, кроме Эммы, ее двоюродной сестры и того, вероятно, скрытого гомика, за которого та выходит замуж. Насчет его сексуальной ориентации я не шучу. Скажите мне, какой нормальный мужик не любит футбол настолько, что согласен не только сам пропустить открытие сезона, но и испортить этот день куче друзей и знакомых из-за какой-то хрени, именуемой свадебной церемонией? Что ему стоило настоять на переносе свадьбы на любой другой день? Нет, он точно пидор и мужиком только прикидывается. Ну да хрен с ним, сейчас меня куда больше волнует, что скажет Эмма, когда я посвящу ее в свои мысли по поводу этих событий.

Единственное, что меня в пятницу порадовало, — это Эммина мамаша, а точнее, ее внешний вид. Очень даже ничего, честное слово. Это внушает мне некоторый оптимизм относительно нашего с Эммой будущего, если, конечно, после всей этой истории еще есть смысл говорить о каком-то там будущем от имени каких-то там «нас».

11.30. На работе

С Эммой все катится к чертовой матери. Я не про отпуск, а про свадьбу. Последняя полученная от нее новость — это то, что сегодня она остается ночевать у родителей, а на завтра берет отгул. Оказывается, завтра они везут ее в Суррей, чтобы снять мерку на платье в тамошнем ателье.

Из хороших новостей… твою мать. Ни хороших новостей, ни намека на то, что они в ближайшее время появятся. Все хреново, как никогда.

20.50. Дома

Подбросил Эмму до дома ее родителей и поехал в спортзал. Слава богу, Джулии там не оказалось, и я по полной программе загрузился упражнениями, параллельно размышляя над тем, как лучше всего — я имею в виду, наименее болезненно. — сообщать людям нерадостные для них новости.

Если разобраться, лучше всего было бы выложить карты на стол перед Эммой и ее предками сразу же, как только зашел разговор об этой идиотской свадьбе. А теперь мало того, что она обидится, так ее родители (на которых, причем на обоих, папашина служба в полиции не могла не сказаться) решат, что я как минимум человек ненадежный, а скорее всего еще и бесчестный. Твою мать, ну почему жизнь меня так колбасит?

Вторник, 18 июля

09.15. На работе

76
{"b":"4721","o":1}