ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Бесконечные дни
Факультет судебной некромантии, или Поводок для Рыси
Игра Кота. Книга четвертая
Царство льда
Вернуться домой
Аромат желания
Не надо думать, надо кушать!
Академия магических секретов. Раскрыть тайны
Единственный и неповторимый

— Но откуда же объявились эти четверо «правдолюбов» — и почему именно сейчас? — в отчаянии пробормотал Портер.

— Двое заявили, что просто боялись, когда узнали, что дело касается сотрудника полиции. Третий сказал, что потерял сон и аппетит, храня эту тайну, а четвертый недавно вернулся из отпуска и только буквально вчера узнал о смерти Фитчета.

— И вы поверили всей этой чепухе?

Хейлс ответил проницательной полуулыбкой:

— Не имеет значения, Терри, верю я или не верю. Речь идет об информации, проходящей по мокрому делу. Так что мы должны подойти к ней с предельной серьезностью.

— Что мы знаем о них? — поинтересовался Аллен.

Джарвис оторвал глаза от пола и затем выпрямился.

— Они не входят в группу, которую мы преследовали по пути в Италию, — устало произнес он. — Однако они оказались в числе тех, кто был задержан и депортирован после случившегося у бара «Сан Марко».

Портер покачал головой, не поднимая глаз:

— Просто не верится… какая подлость, какие сволочи…

Хейлс посмотрел на него и попросил Джарвиса сесть на свое место.

— Послушайте, Терри, все четверо свидетелей были допрошены сегодня утром, но никто из них не упоминал о том, что вы полисмен. — Метнув взгляд в сторону Аллена, Хейлс продолжил: — Однако, если сказанное вами правда… — он умышленно не договорил, оборвав себя на полуфразе. — Это дело времени, чтобы вычислить все, не так ли? Мы не должны упоминать ваше имя в документах. Хотя бы на первое время. Но сейчас, пока идет расследование в Италии, это не представляется возможным.

— Какое… расследование? — вырвалось у Портера, который только сейчас начал понимать всю серьезность своего положения. Что же это получается? Отныне он — подследственный?

Хейлс участливо посмотрел на него и снова вздохнул:

— Терри, пока мы не опровергли воздвигаемых против вас обвинений, вы подлежите аресту. И содержанию под стражей там, в Италии. Если не за убийство, то, во всяком случае, за нападение с холодным оружием.

Портер откинулся в кресле, зажмурившись. Он просто не верил в то, что такое могло случиться. Происходящее казалось каким-то бредом. Этого просто не могло быть.

— Все это мог придумать только один человек, — заявил Джарвис. — Это Эванс, сомнений нет.

Хейлс кивнул:

— Согласен. Именно он и был тем неведомым, кто вошел в контакт с итальянской и британской прессой, и он откопал этих четверых свидетелей, заставив дать ложные показания. Но прежде чем мы выведем их на чистую воду, предстоит сделать очень многое. Доказать будет трудно. И его в угол не загонишь — случись что, и он станет утверждать, что ему сказали про Терри, — тогда вся линия допроса провалится.

— Все равно надо попытаться, что бы вы ни говорили. — Портер стал подниматься.

— Нет, Терри, — немедленно ответил Хейлс. — В свете случившегося мне не остается ничего другого, как поместить вас под стражу до поступления дальнейших распоряжений. Пока дело не прояснится.

— Что? — воскликнул Портер. — За что? Я же ничего не сделал! Это чистая подстава!

— У него нет выбора, Терри, — спокойно и рассудительно сказал Аллен. — Ты же сам понимаешь.

Портер оглядел присутствующих. Из всех четверых лишь Джарвис не избегал его взгляда. Некоторое время Портер не сводил с него глаз и затем повернулся к Хейлсу:

— Скажите начистоту, сэр: плохи мои дела?

Высокий человек в чине главного детектива-инспектора посмотрел ему прямо в глаза, прежде чем ответить:

— Плохи, Терри. Так плохи, что хуже некуда.

Аллен дождался, пока Терри Портер покинет кабинет, после чего встал и приблизился к окну.

В кабинете повисло неловкое молчание, нарушаемое лишь скрипом пера: детектив-сержант Джеффри записывал какие-то сведения, выяснившиеся из разговора с Терри Портером.

— И каким же будет следующий шаг, Колин? — спросил он.

Хейлс, вздохнув, опустился в кресло:

— Все зависит от того, как поведут себя свидетели на очной ставке и последующих допросах. Но вы же знаете этот народ: они будут держаться до последнего — еще бы, такая возможность — засудить полицейского. И в таком случае…

— Что? — отрывисто спросил Аллен, оборачиваясь.

— В таком случае мы ничего не сможем сделать. — Почесав задумчиво нос, он искоса посмотрел на Джарвиса. — Тем более, когда замешана пресса, информацию не прикроешь. Итальянцы потребуют его выдачи.

Джарвис сердито замотал головой:

— Но этих четверых мы знаем как облупленных…

— Не будьте так наивны, — осадил его Хейлс. — В суде это не сработает. Во время процесса это будут независимые заявления от четырех разных лиц, в разных участках, на разных концах страны. А то, что эти люди из одной компании — безразлично в высшей степени. В конце концов, они там и оказались потому, что приехали «болеть» за свою команду. Патриоты, как ни верти. Так что это будет даже им в плюс на судебном процессе. И поди докажи, что они умышленно оговаривают полицейского. Судья не настолько хорошо знает, что за личность Эванс, оттого ему будет трудно проникнуться вашей убежденностью.

Он снова посмотрел на Джарвиса — участливо и в то же время осуждающе:

— Инспектор, операция была не продумана и с самого начала обречена.

Аллен сердито развернулся:

— Теперь еще всех собак на нас повесьте…

— Нет, Питер, — оборвал его Хейлс. — Во-первых, с самого начала этим должна была заняться Спецура — ей и следовало передать всю информацию. Это их работа. Во-вторых, тот факт, что Фитчет использовал настоящее имя Терри — это чистый прокол. Он и вызвал все сложности.

— У нас не было выбора, — ответил Джарвис. — Надо было представить его Эвансу. Да и потом, уже было поздно.

Хейлс на некоторое время умолк, глубоко вздохнув.

— И наконец, Терри Портер ни в коем случае не должен был сближаться с Эвансом и входить с ним в контакт, пока тот находился под допросом. Это против всех правил. И, если уж хотите начистоту и без обиняков, эти правила как раз и придуманы, чтобы предотвратить ситуации, подобные той, в которую мы сейчас вляпались.

Аллен со вздохом уселся за стол. Конечно, Хейлс был прав. Они сами впутали Портера в это.

— И что теперь? Что мы можем сделать? — тоскливо спросил Джарвис.

Хейлс покачал головой:

— Мои ребята прошерстят всю операцию от начала до конца. Посмотрим, удастся ли сбить с толку этих лжесвидетелей. И еще: я лично хотел бы встретиться с теми, кто заявляет, будто видел, как Портер напал на Фитчета.

— Это те самые парни из «Челси», — подсказал Джарвис.

Хейлс кивнул:

— Хотелось бы, конечно, перекинуться и парой слов с Эвансом, но если он в самом деле такой хитрый лис, как вы рассказываете, сомневаюсь, чтобы это имело успех.

Пожатие плеч стало красноречивым жестом, договорившим все остальное, и Аллен стал рассеянно барабанить пальцами по столу, силясь отыскать выход из этого тупика.

— Дело плохо, Колин? — тихо спросил он. Хейлс вздохнул и посмотрел в окно. Впервые он заговорил в пространство, ни к кому в особенности не обращаясь:

— Конечно, итальянцы хотят допросить его. Но с такими показаниями против него ясно как дважды два, что его арестуют. Как минимум за непредумышленное убийство. А может, и за предумышленное.

Он обернулся и поочередно обвел Аллена и Джарвиса скорбным взором.

— На их месте я сделал бы то же самое.

ГЛАВА 26

Вторник, 8 февраля 2000, 14.45

Терри Портер сел на место и попытался уложить в голове только что услышанное. Нет, этого просто не может быть. Тут какая-то нелепица. Они не могут его обвинять. Он не сделал ничего Дурного. Как они могут выдвигать против него такие обвинения? Он посмотрел в противоположный угол зала суда, на Хейлса, но тот ответил ничего не выражающим взглядом. В то же время его лицо ясно говорило о владевших им чувствах. Рядом с ним сидел Джарвис, избегая встречаться глазами с Портером. По вине этого сукина сына он сел на скамью подсудимых, и Джарвис прекрасно отдавал себе в этом отчет. Терри закрыл глаза, прокручивая в памяти события последних трех дней. Еще не теряя надежды, что все это дурной сон, который вот-вот должен развеяться. Даже не сон, кошмарный бред — вот как следовало назвать происходившее с ним. Нет, скоро он проснется, и с этим будет покончено. Он снова окажется дома или на работе, за своим столом. Теперь все казалось таким привлекательным в том оставшемся в прошлом мире. Разгребать стопки бумаг, мыть посуду — все что угодно. Но, сколько он ни закрывал глаза, сон не кончался. Наверное, потому, что это была реальность. Слишком реальная реальность.

61
{"b":"4722","o":1}