Содержание  
A
A
1
2
3
...
91
92
93
...
145

Шаг за шагом план прогрессировал — от дикой фантазии к отчаянному риску. Говорили, что местные хунские букмекеры принимают ставки только один к шестидесяти на то, что план удастся, и больше пока никто не предлагает.

Конечно, каждый раз как они решали проблему, ее сменяли три другие. Но это ожидалось, и Лестер смотрел на растущую сложность как на благо. Быть постоянно занятым — единственный способ избавиться от навязчивых картин, которые снова и снова возникают в памяти.

Золотой туман, опускающийся на крепость Дуден. Только погружение в работу позволяет на время забыть отчаянные крики г'кеков, захваченных ядовитым дождем, который лился с джофурского крейсера.

Крейсера, который он так беззаботно призвал, поддавшись своему величайшему пороку — любопытству.

Не вини себя, Лестер, на галсемь говорила Ур-Джа. Враг все равно вскоре обнаружил бы Дуден. А твои исследования принесли очень ценную информацию. Она помогла покончить с эпидемией квуэнов и хунов. Жизнь состоит из сделок и обменов, мой друг.

Может быть. Лестер допускал, что события могли развиваться и так. Особенно если вы предполагаете, как делают многие, что бедные г'кеки все равно обречены.

Такого рода философия легче дается урам, которые знают, что лишь немногие их отпрыски смогут выжить. Мы, люди, горюем всю жизнь, если теряем сына или дочь. И если уры кажутся нам черствыми и бессердечными, неплохо бы помнить, что они нас считают нелепо сентиментальными.

Лестер пытался рассуждать как уры.

Но у него ничего не вышло.

Пришли новости от коммандос, которые смело проникли в глубину озера, образовавшегося на Поляне Собраний. Сержант Джени Шен доложила о частичном успехе. Удалось освободить нескольких даников из захваченного корабля, но остальных, включая молодого мудреца-еретика Ларка Кулхана, захватили джофуры. С точки зрения Лестера, полная неудача.

Что сейчас делают чужаки с бедным Ларком?

Мне не следовало соглашаться с его опасным планом.

Лестер понял, что у него нет темперамента военного вождя. Он не может посылать разумных, как огонь в топку, даже если это цена победы.

Когда все это кончится — если, конечно, кто-нибудь уцелеет, — Лестер собирался уйти в отставку со своего поста в Совете Мудрецов и стать самым замкнутым ученым в Библосе, ползая, как привидение, мимо полок с древними томами. Или возобновить свою прежнюю практику медитаций в узком Каньоне Благословенных, где, как известно, земные заботы рассеиваются под сладким океаном отчужденного забвения.

Это звучит соблазнительно — возможность уйти от жизни.

Но пока у него слишком много дел.

Теперь Совет собирался редко.

Фвхун-дау, который всю жизнь изучал языки и обычаи знаменитых галактов, теперь отвечал за переговоры с джофурами. К несчастью, похоже, договариваться почти не о чем. Возможны только тщетные просьбы к захватчикам изменить их многокольчатые намерения. Фвхун-дау посылал неоднократные просьбы к тороидным чужакам, указывая, что высокие мудрецы ничего не знают о «корабле дельфинов», который все ищут.

Поверьте нам, о великие повелители джофуры, умолял хунский мудрец. У нас нет тайной связи с вашей добычей. События, о которых вы говорите, никак не связаны друг с другом, это всего лишь ряд совпадений.

Но джофуры были слишком разгневаны, чтобы поверить в это.

В попытках переговоров Фвхун-дау помогал Горш, новый представитель треки в Совете. Но у треки, заменившего Аскса, не было никаких новых мыслей или предложений. Он был членом гильдии взрывников города Тарек, очень способным и ценным техническим специалистом, но ничего не знал о своих дальних родственниках джофурах.

Но Горш обладал особой способностью, которая оказалась необыкновенно полезной. У него было призывающее кольцо.

Переменчивые летние ветры разносили призывный запах треки по всему Склону, обращение Горша ко всем подготовленным грудам колец.

Приходите, приходите туда, где вы/мы необходимы.

Сотни треки уже стояли цепочкой жирных груд, которая растянулась почти на лигу, извиваясь меж стволов бу. Каждый доброволец сидел на отдельной роскошной груде разлагающейся материи, которую постоянно подбрасывали рабочие команды, как подбрасывают поленья в топку парового двигателя. Пыхтя и дымясь от напряжения, химико-синтезирующая группа каплю за каплей отправляла блестящую жидкость в импровизированные желоба, сделанные из расколотых и выдолбленных стволов; получались ручейки, которые сливались в дурно пахнущий поток.

Неподвижные, бессловесные, они ничем не походили на разумные существа. Скорее высокие жирные пчелиные ульи, выстроенные в ряд вдоль дороги. Но наружность обманчива. Лестер видел, как по телу ближайшего треки пробегает разноцветная рябь — тонкая игра теней, которая вначале возникала между двумя соседними кольцами, как будто они непрерывно разговаривают друг с другом. Но затем создавался единый рисунок из света и теней в точках, которые ближе всего располагались к соседям с обеих сторон. Те груды, в свою очередь, отвечали изменениями на своей поверхности.

Лестер узнавал волнообразный мотив — это смех треки. Работники обменивались шутками и от кольца к кольцу, и от груды к груде.

«Они самые странные из всех Шести, — подумал Лестер. — И все же мы понимаем их, а они нас.

Сомневаюсь, чтобы даже самые мудрые и высокоразвитые галакты могли то же самое сказать о джофурах. Там вся их передовая наука не может достичь того, чего мы достигли, просто день за днем живя рядом с треки».

Лестер мог заметить, что шутки грубоватые. Многие из этих работников — аптекари из поселков со всего Склона. Тот, что ближе всего к Лестеру, рассуждает, как еще можно использовать вещество, которое они готовят, возможно, как надежное средство от постоянной проблемы хунов — запора, особенно если применение средства сопровождается обильным теплом.

Так по крайней мере Лестер интерпретировал игру света. Но он не эксперт в нюансах и оттенках. И конечно, работники могут обмениваться грубоватыми шутками. Они напряженно работают день за днем и все еще отстают от графика.

Но с каждым мидуром по призыву запаха, посланного их мудрецом, прибывают все новые треки.

«Теперь нам остается надеяться, что джофуры слишком привыкли к высокой технологии и городскому образу жизни, чтобы пользоваться такими методами и определить наше местонахождение по запахам, приносимым ветром».

Мудрец квуэн — Ум-Острый-Как-Нож — несет на своей широкой синей спине все административные обязанности.

Надо размещать беженцев, организовать доставку припасов, распределять отряды милиции, подавлять вспышки гражданской войны между Шестью. Недавно удалось добиться большого успеха — подавить эпидемию, размножив образцы вакцины, которые Джени Шен принесла с озера Поляны, и с помощью курьеров на глайдерах разослав их по всему склону.

Но несмотря на такие отдельные успехи, социальная ткань Общины продолжала распадаться. Приходили новости об урских отрядах, которые пересекают официальные границы Склона, пытаясь уйти от судьбы, которая угрожает всем Шести Расам. Равнина Уоррил охвачена пламенем войны между темпераментными и вспыльчивыми урскими кланами. И плохие новости все продолжают поступать.

В последнем сообщении говорилось, что несколько ульев серых квуэнов открыто объявили о полном разрыве с Общиной, восстанавливая суверенитет над своими древними территориями. Подстегнутые разрушением города Овун, некоторые серые принцессы даже заявили об отказе подчиняться собственному высокому мудрецу.

«Мы не собираемся слушаться какого-то простого синего, — сообщил один из серый ульев, унижая Ум-Острый-Как-Нож и восстанавливая древний фанатизм. Будешь давать нам советы, когда обретешь подобающее имя».

Разумеется, красные и синие квуэны никогда не пользуются именами как таковыми. Жестоко и высокомерно упоминать об этом недостатке, унаследованном от древних времен и других миров.

И что еще хуже, приходили сообщения, что ульи серых начали собственные переговоры с джофурами.

92
{"b":"4724","o":1}