ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Бедняга погрузчик извивается, пытаясь выбросить меня газовым залпом. Но мне удается ухватиться за что-то, и тогда он, выгнув шею, хватает меня за ногу. Рывок… и моя конечность откушена!

Винить его я не могу. Но все же упрямо лезу дальше, не обращая внимания на вонь, пробиваюсь по тошнотворной клоаке.

Тем временем внутри меня нечто выедает внутренности. Моя плоть стала питательной средой для ужасной реакции и…

Черт, ну и денек же…

Глава 20 СЛИШКОМ МНОГО РЕАЛЬНОСТИ

…или как реальный Альберт узнает, что больше не может вернуться домой…

Боже, ну и пустошь!

Полчаса назад мы отъехали от дома Риту Махарал, выбрались на серую ленту шоссе и передали управление «вольво» гиду-лучу, подчинив ему двигатель машины, которая медленно, с «максиэффективной» скоростью, поползла через зону плотного движения. Мимо проносились циклисты, получавшие от компьютеров приоритетное право проезда. Что ж, там реальные люди, использующие собственную мышечную силу, а здесь, в машине, всего лишь дитто.

За окном потянулись пригороды, каждый из которых отличался собственным архитектурным стилем, от средневековых замков цвета имбиря до китча XX века. Загородное соперничество помогает людям отвлечься от двух поколений безработицы, поэтому местные и их дитто трудятся как маньяки, чтобы создать нечто близкое к настоящим шедеврам, часто сосредоточиваясь на этнической теме.

Что-то напоминающее эстакадную дорогу из показательной версии «Мир мал» протянулось на сотню километров. Глобализация так и не покончила с культурным разнообразием человечества, но трансформировала этническое в еще одно хобби. Вот вам другой способ, с помощью которого люди находят ценность в самих себе, когда только по-настоящему талантливые могут получить достойную и подходящую им работу. Конечно, все понимают, что это чепуха, как и так называемая «фиолетовая» зарплата, социальное пособие для неработающих, но таким образом люди побеждают куда более опасные альтернативы — скуку, бедность и реальную войну.

Я вздохнул с облегчением, когда мы выехали за пределы последнего пояса и покатили по настоящей пустыне с ее сухим природным воздухом. Серая копия Риту не отличалась многословием. Должно быть, во время импринтинга она пребывала не в самом жизнерадостном настроении. Удивляться нечему, ведь тело ее отца еще не успело остыть. Кроме того, идея поездки принадлежала не ей.

Чтобы завязать разговор, я спросил ее о вике Каолине.

Риту знала магната с тех пор, когда Йосил Махарал поступил на работу во «Всемирные печи» двадцать шесть лет назад. Девочкой она видела Каолина довольно часто, но потом он удалился от сует мира, став отшельником, одним из первых аристо, переставших лично встречаться с людьми. На протяжении десяти лет даже близкие друзья не видели Каолина во плоти. Впрочем, большинству до этого не было никакого дела. Какое это имело значение? Вик приходил на деловые встречи, появлялся на приемах, даже играл в гольф. А Платиновые вполне могут сойти за реального человека.

Риту, должно быть, тоже пользуется своими связями в «ВП» для получения первоклассных заготовок. Даже при тусклом свете я видел, что ее копия реалистична, полнокровна, с хорошей кожей. Ну, в конце концов, я и просил ее прислать хорошего двойника, чтобы помочь мне в расследовании.

— Не совсем уверена насчет тех фотографий, о которых вы говорите, — ответила она, когда я осведомился о пропавших фото, тех, которые снял со стены Каолин. Риту пожала плечами. — Вы же знаете, привычные вещи становятся частью фона.

— И все же спасибо за то, что постарались вспомнить.

Она опустила ресницы, скрыв стандартные для дитто голубые глаза.

— Думаю… там могла быть фотография Энея и по семьи. А на другой мой отец мог стоять рядом с первой гуманоидной моделью… Это был такой длиннорукий сборщик фруктов, если мне не изменяет память.

Риту покачала головой.

— Мой оригинал, возможно, помнит лучше. Пусть наш риг спросит ее.

— Возможно.

Я кивнул. Ни к чему сообщать, что Альберт Моррис собственной персоной сидит рядом с ней.

— Скажите, какие в последнее время были взаимоотношения между Каолином и вашим отцом? Особенно перед исчезновением Йосила.

— Взаимоотношения? Они были большими друзьями и работали вместе. Эней многое прощал отцу: его необычное поведение, частые отлучки, отказ проходить проверку на детекторе лжи, которую проходили дважды в год все сотрудники.

— Дважды в год? Должно быть, приятного мало. Она опять пожала плечами.

— Часть Новой Системы Верности. Обычно просто спрашивали: «Не держите ли вы в секрете что-то такое, что может причинить вред компании?» Обычные меры, никто не совал нос в чужие дела. А проверяли всех, независимо от уровня занимаемой должности.

— Всех?

— Да. Не могу припомнить, правда, чтобы кто-то настаивал на сканировании лично Энея.

— Боялись?

— Страх ни при чем. Его уважали. Он хороший человек. Если Эней не хочет лично встречаться с другими, с какой стати кто-то в семье «ВП» должен ставить под сомнение его причины?

Действительно, с какой стати? Никаких оснований для этого нет… Я просто по-старомодному любопытен. Вот и еще одно подтверждение того положения, что личность определяет карьеру. Такие, как я, просто не созданы для этого нового мира с его клятвами на верность и большими «семьями».

Мы замолчали, против чего я не возражал. Вообще-то мне даже был нужен повод, чтобы закрыть рот, то есть притвориться, что я перешел в режим дремоты. «Вольво» будет идти на автопилоте до самого домика Йосила Махарала. Я же, воспользовавшись ситуацией, смог бы по-человечески выспаться.

К счастью, помощь пришла от самой Риту.

— Я дала этому дитто несколько заданий. Вы не против, если я начну сейчас?

На коленях у нее лежал чемоданчик с «чадрой», несомненно, последней модели, с матовым капюшоном, закрывавшим голову, плечи и руки.

— Отлично, — сказал я.

— Хотите поставить экран?

Она кивнула и улыбнулась той милой улыбкой, которую я запомнил еще с первой встречи.

— Надеюсь, вы не против?

Некоторые полагают, что любезность в отношениях с дитто ни к чему. Но я никогда не понимал такой точки зрения. Я ценю вежливость и тогда, когда я копия, и тогда, когда притворяюсь таковой. Так или иначе, наши желания совпали.

— Конечно, нет. Поставлю экран на шесть часов. К тому времени мы будем уже около домика.

— Спасибо… Альберт.

Она снова улыбнулась, а я покраснел.

Мне не хотелось выдавать себя, и я, кивнув, без дальнейших церемоний нажал кнопку «РЭ» на ручке между сиденьями, и в тот же момент сверху опустились тончайшие нанонити, разделившие нас черным экраном. Какое-то время я смотрел на этот барьер, забыв о действительной причине моего импульсивного решения отправиться в путь лично, а не послать двойника.

Потом вспомнил.

Клара. О да, Клара.

Я вытащил из кейса шапочку для сна и натянул на голову. Теперь эти несколько часов будут более приятными. А Риту ни о чем не узнает.

Проснулся я от звонка. Настоящий кошмар, в котором армия каких-то темных фигур билась насмерть с врагом на голой, безжизненной планете. Мои ноги приросли к земле, и я застыл, как умирающее дерево, не имея сил сдвинуться с места, окруженный со всех сторон какими-то жуткими существами с кровожадными мордами.

Часть меня сжалась в ужасе, поглощенная этим миражем. Другая же часть как бы отступила, как мы делаем порой во сне, абстрактно понимая, что сцена взята из какого-то голофильма, напугавшего меня в далеком детстве. Моя сестра порой обходилась со мной очень жестоко, показывая перед сном какую-нибудь страшилку с предостерегающей надписью: «Опасно для детей до 10 лет».

Я проснулся в состоянии дезориентации, что часто случается после БДГ-сна, и не сразу сообразил, где я и что я тут делаю.

— Что…

От резкого движения индуктивная шапочка сползла с головы и упала мне на колени.

45
{"b":"4726","o":1}