ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Его спиральные линии тесно сплетаются. Очевидно, кульминация драмы приближается.

И вот Эмерсон остается зрителем, наблюдает, как на карте, изображающей отчаянные маневры «Стремительного», корабль уходит от упрямой хватки гигантской Измунути, пролетает через ураганы ионизированного жара, напрягает свои защитные поля и меняет курс, продолжая агрессивно продвигаться к скоплению бледных мерцающих огоньков.

Отряд кораблей… или чего-то ведущего себя, как корабли, движется в космосе по воле мыслящего разума.

Эмерсон слышал, как Сара помолчала, прежде чем произнести необычный термин на галшесть. Редко используемое слово, в котором слышится страх и благоговение.

Занг.

И неожиданно, вопреки своему недостатку, Эмерсон понимает, какой совет дает молодой джиджоанский математик. И вздрагивает. «Стремительному» не раз приходилось рисковать, но так — никогда. Даже попытка пройти новым пунктом перехода была бы лучше. Сама мысль об этом вызывает ответ из каких-то глубочайших участков мозга. Драгоценное, как бриллиант, единственное слово сверкает горячо и безнадежно.

Отчаяние…

Вскоре тактика «Стремительного» замечена.

Враг джофур — всего в двадцати пактаарах — начинает неожиданно поворачивать, сбрасывая псевдоскорость, чтобы перехватить «Стремительный» на его новом курсе.

А толпа других находится еще ближе.

Синие огоньки обозначают хрупкие машины-сборщики — Эмерсон видел графические изображения и узнал тонкие паруса. Сейчас половина беспомощных кораблей группы уже поглощена быстро расширяющейся солнечной бурей. Остальные лихорадочно набирают скорость, их недостаточно мощные двигатели ведут корабли к убежищу старого пункта перехода.

И среди этих хрупких огоньков движутся величественно четыре желтые точки, ускоряются, чтобы помочь осажденным механическим формам жизни. И вот неожиданный резкий поворот «Стремительного» мешает их усилиям.

Две желтые точки продолжают свои усилия по спасению, мечутся от одного сборщика к другому, забирают центральное ядро, предоставляя сгорать огромному хрупкому парусу.

Третья желтая точка поворачивает к кораблю джофуров.

А последняя направляется на перехват «Стремительного».

В ситуационной комнате все прерывают свои занятия, когда из громкоговорителей раздается резкий потрескивающий звук. Хотя Эмерсон потерял свои центры речи, его слух остается нормальным, и он сразу понимает, что это не похоже ни на один из галактических языков — или языков волчат, которые ему приходилось слышать.

Звук кажется воинственным, нервным и разгневанным.

С каждым взрывом этих звуков голограмма Нисса вздрагивает. Дельфины бьют плавниками, испускают стоны. Сара заткнула уши и закрыла глаза.

Но тут спокойно заговорила Джиллиан Баскин, своим сухим тоном успокаивая товарищей. И через мгновение помещение заполнилось звуками дельфиньего смеха. Сара улыбнулась, опустила руки, и даже путаные линии голограммы Нисса словно распрямились.

У Эмерсона все горело внутри: ему так хотелось узнать, что сказала Джиллиан, какая шутка избавила товарищей по команде от испуга. Но он мог различать лишь какофонию звуков, такую же непонятную, как послание другого порядка жизни.

Машина Нисс тоже произнесла несколько скрипучих звуков.

Эмерсон догадывался, что она пытается общаться с желтой точкой. Или, вернее, с тем, что представляет эта точка… одним из тех легендарных полужидких шаров, которые служат в качестве кораблей могучим и загадочным водорододышащим существам. Он вспомнил, как во время обучения его неоднократно предупреждали, что нужно избегать контактов с непредсказуемыми зангами. Даже тимбрими умеряли свой необузданный характер, когда речь шла об этих смертоносных загадках. Если этот занг воспринимает «Стремительный» как угрозу — или если он сейчас просто раздражен, — шансы на выживание практически равны нулю. И обломки корабля землян вскоре присоединятся к хорошо перемешанным атомам в кипящей атмосфере Измунути.

Вскоре сканирование на предельное расстояние показало лицо неизвестного. При максимальном увеличении стало видно изображение, искаженное вихрями огненной плазмы, — объект приблизительно сферической формы, края которого странно рябили. Это изображение напомнило Эмерсону не мыльный пузырь, а скорее комок дрожащего жира, окруженный густыми теплыми потоками.

На глазах у Эмерсона на боку у шара образовался выступ. Он отделился и, казалось, поплыл куда-то в сторону.

И неожиданно взорвался.

Из огненного шара выскользнула узкая огненная полоска и понеслась к «Стремительному»!

На мостике и в ситуационной комнате взревели клаксоны тревоги. На пространственной карте возникла прямая линия, отходящая от желтой точки и быстро преодолевающая расстояние до орбиты земного корабля. Если это оружие, то Эмерсон никогда ничего подобного не видел.

Он подготовился к уничтожению…

…и перевел дыхание, когда луч скользнул сразу перед носом «Стремительного».

Лейтенант Тш'т сухо заметила:

Предупредительный выстрел
(Действия говорят гораздо громче слов) —
это было здорово.

Пока Эмерсон пытался разобраться в смысле этой хайку на тринари, дверь ситуационной комнаты открылась и показались три фигуры. Двуногий и мохнатый, ростом с туловище дельфина, с выступающим сквозь кожу ребристым позвоночником и висячими кожными складками под подбородком. Далее следовали две светлые спотыкающиеся фигуры, шли они, опираясь костяшками пальцев, как протошимпанзе, у них большие круглые головы и глаза хамелеона, которые старались смотреть во всех направлениях одновременно. Эмерсон и раньше видел хунов и глейверов, поэтому не обратил внимания на этот приход. Все смотрели, как Джиллиан и Сара напряженным шепотом обмениваются какими-то замечаниями.

Приказа не смотреть не было. Сара мрачно поджала губы, и Эмерсон понял. Сейчас у них больше нет выбора. Воспользоваться вторым пунктом перехода невозможно. Достигнуть его сомнительной безопасности первыми, раньше джофуров, не удастся. Не может «Стремительный» и спастись в глубоком космосе или попытать удачи на одном из уровней гиперпространства. Двигатели дредноута — лучшие, какие только может себе позволить богатый клан, — догонят «Стремительный» в любом случае.

Зангам совсем не обязательно уничтожать земной корабль. Им достаточно не обращать на него внимания, предоставляя грязным кислородникам решать свои мелкие распри.

Возможно, так и будет… или корабль-шар уничтожит их вторым залпом. Однако произошло нечто такое, что застало Эмерсона врасплох.

Возле высокого нура — Эмерсон вспомнил, что этого подростка зовут Олвин — вспыхнула голограмма Нисса и опустилась ниже, к ничего не понимающим глейверам. С тревожными звериными криками они отпрянули от плывущей сети спиральных линий… и тут Нисс начал передавать скрипучие звуки. Те самые, что несколько минут назад слышались из громкоговорителей корабля.

Быстро мигая, пара глейверов начала рефлекторно раскачиваться. Эмерсон готов был поклясться, что они удивлены не меньше его и вдвое сильней испуганы. Однако они, должно быть, находили эти звуки побуждающими к чему-то и скоро начали сопровождать их собственными криками, вначале негромкими и неуверенными, потом все с большей силой и энергией.

Экипаж испытал сильный шок. Главный оружейник, могучий дельфин-самец с пятнистыми боками, направил свой аппарат для ходьбы к глейверам, собираясь очистить помещение. Но Джиллиан запретила ему приближаться, она с глубоким интересом наблюдала за происходящим.

Сара захлопала в ладоши; она словно ожидала чего-то подобного.

На лице молодого хуна удивление сменилось пониманием. Из горлового мешка Олвина послышался негромкий раскатистый звук. Эмерсон разобрал только одно слово…

…легенда…

…но смысл его не понял, значение, как всегда, ускользало от него. Сосредоточившись, он едва не уловил это значение, но ему помешали возобновившиеся вопли громкоговорителя. Занги продолжали свои непонятные угрозы, запрещая «Стремительному» быстрое приближение.

20
{"b":"4729","o":1}