ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Нам говорят, что <в ответ > гид рос предоставили нам всю Пятую Галактику, но разве мы <ежедневно> не слышим разговоры о странных зрелищах и волнениях в нормальном пространстве, которые могут быть только результатом деятельности <вероломных > зангов?

А как же <вышедшие из строя > пункты перехода? Как же маршруты в гиперпространстве <уровня А и Б>, которые стали медлительными и ненадежными? Почему <великие, но подозрительно бездействующие > институты не рассказывают нам правду?

И комад закончил, указав слишком человеческим пальцем прямо на Гарри, который в своей форме казался удобным представителем Института Навигации. Покраснев под своей шерстью, Гарри торопливо попятился.

Жаль. Начинало становиться интересно. По крайней мере кто-то начинает жаловаться на то, как глупо ведут себя соро и другие сильные кланы. И выступление комад касалось будущего, это не обычная одержимость прошлым. Да, конечно, оно слегка параноидальное. Но если в него поверят многие разумные, это может облегчить положение Земли и дать бедным дельфинам возможность вернуться домой.

Гарри показалось ироничным, что вольномыслящие комады в целом не любят землян. Со своей стороны, Гарри считал, что выглядят они неплохо и замечательно пахнут. Какая жалость, что это восхищение не взаимно.

Шум сзади заставил его повернуться — как раз вовремя, чтобы присоединиться к толпе, бегущей к ближайшей стене. У Гарри по спине пробежала дрожь, когда он увидел, кто приближается к куполу. Отряд из двадцати наводящих ужас, похожих на богомолов воинов танду, невооруженных, но снабженных смертоносными, острыми как бритва когтями, цепочкой двигался по середине бульвара; верхние, на стебельках, глаза воинов раскачивались под самым ребристым потолком. Все, кто их видел, старались побыстрей уступить Дорогу. Никто не оспаривал их право на проход, и ни один Продавец не пытался навязывать товары этим существам с Многочленными конечностями.

Перед самым отлетом в последнее дежурство Гарри видел, как танду откусил голову упрямому паха, который отказался уступить ему дорогу. Почти немедленно предводитель группы танду наказал нападавшего, небрежно разорвав на кусочки его брата. Таким образом была восстановлена простая справедливость «око за око» и не потребовалось обращаться к властям. Тем не менее главный урок был всем предельно ясен.

Не мешайте нам.

Никакого следствия не было. Даже предводители паха признали, что такое безрассудное и смелое поведение граничит с самоубийством.

Пульс Гарри замедлился, только когда страшный отряд прошел мимо и свернул в переулок.

Пожалуй… не стану больше задерживаться, подумал он, неожиданно чувствуя себя угнетенным этим шумом и толчеей. Вер'Кв'квинн будет плеваться желчью, если я немедленно не представлю ему отчет.

Ему также хотелось расспросить старую змею обо всем, что видел и слышал с момента приземления, — о хунах, интересующихся пространством Е, о вышедших их строя п-пунктах, о проповеднике-комаде, который утверждает…

И сердце у него едва не выпрыгнуло, когда неожиданно плечо ему сжала костлявая рука толще его предплечья. Тонкие белые пальцы, вооруженные присосками, держали осторожно, но прочно.

Гарри повернулся и увидел просторное серебристое одеяние на двуногой фигуре, которая должна весить не меньше метрической тонны. Голова напоминает резной нос корабля, но если фигуры на древних судах имели пару раскрашенных глаз, у этого существа их было две пары, одна над другой. Ниже располагалась плоская челюсть, похожая на таран греческой триремы.

Это… скиано… Гарри вспомнил то, чему его учили во время тренировок. Он не ожидал столкнуться с представителем этой расы на улице, тем более что скиано обратится непосредственно к нему.

Что же мне делать?— встревожился он, готовясь пройти еще через одну процедуру унизительного подобострастия и преклонения.

На широком плече скиано сидело похожее на птицу разноцветное существо, что-то вроде земного попугая.

— Прошу прощения за то, что так удивил тебя, брат, — мелодично произнес титан, предупреждая извинения Гарри.

Говорил он через специальный прибор, который держал в другой огромной руке. Рот скиано не шевелился и не издавал ни звука. Напротив, мягкий свет струился из нижней пары глаз. И прибор преобразовывал его в звуки.

— Мне показалось, что ты выглядишь растерянным. Гарри покачал головой.

— Прошу прощения за то, что возражаю тебе, старший патрон. Твоя забота радует душу этого жалкого клиента. Но я знаю, куда иду. Поэтому — с благодарностью — я должен идти даль…

И тут насмешливым и резким тоном вмешалась птица:

— Идиот! Дурак! Не твое тело. Твоя душа! Твоя душа! Твоя душа!

Только теперь Гарри сообразил: разговор ведется на англике, языке волчат его родины. И он вторично внимательно посмотрел на птицу.

Поскольку полет предъявляет очень строгие требования к организму, пернатые летающие существа везде примерно одинаковой формы, на каком бы кислородном мире они ни возникли. И все же в этом случае ошибки не было. Перед ним действительно попугай. Настоящий. Типа «йо-хо-хо и бутылка рома…» И поэтому скиано казался еще более необычным.

Неправильное количество глаз, тупо подумал Гарри. Тебе следовало носить повязку на одном… вернее, на трех! И нога должна быть деревянная… а вместо руки крюк…

Действительно, моя добрая обезьяна, — продолжал через прибор бубнить скиано, соглашаясь с птицей. — Именно твоя душа в опасности. Ты уже подумал о спасении?

Гарри замигал. Он никогда не слышал, чтобы скиано занимались проповедями, тем более на англике и с земным попугаем в роли помощника.

— Ты говоришь обо мне? — переспросил он.

— Да, о тебе.

Гарри продолжал недоуменно мигать.

— Обо мне… лично?

Попугай испустил раздраженный вопль, но в глазах скиано как будто появилось удовлетворенное выражение. Звуки машины звучали торжествующе.

— Ну наконец-то хоть кто-то сразу ухватил концепцию! Впрочем, мне не следовало удивляться, учитывая твое благородное происхождение.

— Благородное происхождение? — повторил Гарри. Никто еще не обвинял его в этом.

— Конечно. Ты же с Земли! С благословенной родины Моисея, Иисуса, Будды, Магомета, Типлера и Ваймберга-Чанга! Места, где в явном случае непорочного девственного рождения появились волчата — без вмешательства какой-либо грешной галактической расы, но как безупречный дар самого Космоса!

Гарри сделал шаг назад, изумленно гладя на скиано. Но тот продолжил:

— Планеты, с которой пришла благая весть, способная изменить вселенную. И ты, дорогой брат, пришел, чтобы помочь нам распространить эту концепцию!

Огромный евангелист наклонился к Гарри, демонстрируя пылкое рвение — как в звуках, так и в страстном огне глаз.

— Идею Бога, который любит каждого! Который считает важными не расу, не клан или любую великую абстракцию, но каждое существо, которое сознает себя и способно к самоусовершенствованию.

Творца всех, который обещает блаженство, когда мы воссоединимся с ним в пункте Омега.

Того, кто обещает блаженство — не коллективно, а каждой индивидуальной душе.

Гарри мог только ошеломленно мигать, потому что мозг и горло были охвачены оцепенением и он потерял способность говорить.

— Аминь! — закричал попугай. — Аминь и аллилуйя!

ДНЕВНИК ОЛВИНА

Теперь у меня появилась возможность хорошо разглядеть происходящее. Мои друзья — Ур-ронн, Гек и Клешня — в других частях корабля, и им приходится обходиться тем, что они видят на мониторах. Но когда мы уходили от Измунути, я стоял всего в нескольких метрах от доктора Баскин, видя то же, что видит командир.

Все происходило прямо передо мной.

Официально я находился на командирском мостике, чтобы присматривать за вонючими глейверами. Но эта работа сводилась к тому, чтобы время от времени кормить их синтетическими таблетками, которые у меня в сумке… и убирать, когда они пачкали. А в остальном я мог смотреть, слушать и гадать, как я все это опишу в своем дневнике. Ничто в моем прошлом — когда я рос в маленьком хунском рыбачьем поселке или читал старинные земные книги — не подготовило меня к тому, что происходило в эти напряженные мидуры опасности и перемен.

28
{"b":"4729","o":1}