ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

«Хотя он открыл систему, копаясь в образцах грязи и дрейфующих космических облаках пустоты, грубо коррелирует с зонами наибольшей концентрации хаотических миров… Это та самая проблема, на которую я ухлопал полжизни».

Честно говоря, она не имела прямого отношения к успеху или провалу Плана Академии. Как только упадок Империи начнет усиливаться, хаотические миры появляться перестанут. Население Галактики будет занято либо выживанием, либо более классическими формами мятежа — дикими оргиями или утопическим индивидуализмом.

«И тем не менее психоистория навсегда останется незаконченной, если не сумеет ответить на вопрос об этих проклятых состояниях притяжения». Правда, имелся еще один фактор, столь же непреодолимый.

«Сантанни… где умер Рейч. И Сивенна, где в последний раз видели корабль Манеллы и Беллис до того, как он исчез. Оба мира лежат неподалеку от полосы аномалий, обнаруженной Антиком».

Гэри чувствовал, что внутри зреет решение.

Одно он знал наверняка. Он ненавидит свое нынешнее положение. Со времени окончания записей для Склепа Времени он превратился в окруженную почетом историческую личность, ожидающую смерти. Это было не в его характере. Последние два дня он чувствовал себя более живым, чем весь предыдущий год.

Внезапно он решился.

— Что ж, отлично, Хорис Антик. Я полечу с вами.

Сидевший напротив тучный коротышка в серой форме смертельно побледнел. Его глаза выкатились из орбит и уставились на Гэри, а кадык заходил ходуном.

Наконец Антик с трудом проглотил слюну.

— Как… — хрипло начал он. — Как вы?… Гэри улыбнулся.

— Как я догадался, что вы хотите предложить мне принять участие в тайной экспедиции? — Он развел руками, чувствуя себя почти так же, как в старые годы. — Ну, мой юный друг, в конце концов, перед вами сам Гэри Селдон.

Глава 8

Полупросьба-полусоглашение с Комитетом Общественного Спасения предусматривала, что Гэри не будет покидать Трентор. Кроме того, Селдон знал, что Ванда и Пятьдесят ни за что не позволят ему лететь к звездам. Хотя успех Плана уже не зависел от его участия, никто не согласился бы рисковать жизнью отца психоистории. К счастью, у Гэри была лазейка, которая позволяла ему ускользнуть. «Можно улететь по-тихому, официально оставаясь на Тренторе», — думал он, собирая вещи.

Впрочем, собирать было почти нечего. Керс Кантун положил в сумку несколько мелочей и бесценный архив Гэри, включая копию Главного Радианта Плана Академии. Сумка висела на спинке инвалидного кресла и не привлекала к себе внимания.

Слуга-телохранитель возражал против полета и говорил, что Селдону будет трудно выдержать путешествие. Но заставить его послушаться оказалось несложно. Гэри понимал, почему вальморил не слишком спорил.

«Он знает, что моему здоровью больше всего вредит скука. Особенно сейчас. Если я не смогу найти себе дела, то просто угасну. Подумаешь, какая-то маленькая эскапада. В космических путешествиях уже давно нет ничего необычного. Я буду слишком занят, чтобы позволить себе умереть».

На следующее утро они вышли из покоев Селдона, сделав вид, что отправились на обычную прогулку. Но вместо того чтобы отправиться в Императорские Сады, Керс вывез Гэри на дорожку, которая вела к лифту Орион. Когда машина рванулась вперед и металлические стены тоннеля превратились в туманное пятно, Гэри подумал, не остановят ли их по пути. Такая возможность существовала.

Снят ли с него надзор тайной полиции, как предполагал Дорник? Или они следят за ним даже сейчас, с помощью скрытых камер и других приспособлений?

Год назад, сразу после суда, за ним была установлена тщательная слежка. Ищейки Комитета совали нос в личную жизнь Гэри и следили за каждым его шагом. Но с тех пор многое изменилось. Теперь Линь Чен был убежден в лояльности Гэри и Пятидесяти. Никаких крамольных сведений о «неминуемом крахе Империи» наружу не просачивалось. Более того, подготовка к отлету на Терминус шла по плану. Сто тысяч служащих, набранных Гэри для работы над гигантской «Галактической Энциклопедией», собирали вещи и небольшими группами переправлялись на далекую маленькую планету, зачастую не подозревая о ждущей их славе.

С какой стати Чен станет платить опытным полицейским за надзор над умирающим дряхлым профессором, если профессионалов можно использовать в других местах?

Вскоре раздался сигнал, извещающий, что они добрались до места. Гэри и Керс оказались в огромном помещении, основание которого раскинулось на двадцать километров, а верхние этажи тонули в туманной дымке.

В центре зала стояла чудовищная черная колонна, вздымавшаяся вверх на сто с лишним метров. На первый взгляд казалось, что она поддерживает крышу, но то был оптический обман. Это была вовсе не колонна, а длинный трубопровод, выходивший наружу через отверстие в потолке, пронзавший атмосферу Трентора и связывавший поверхность планеты с огромной космической станцией, которая находилась на орбите, в пятидесяти тысячах километров отсюда.

Вдоль всего лифта Орион взад-вперед сновали «жучки», похожие на гладких металлических насекомых. Это были кабины, частично укрытые гибкой мембраной, которая защищала пассажиров от опасной радиации и головокружительного зрелища.

У основания лифта кишели люди, вылезавшие из только что прибывших капсул. Они быстро проходили иммиграционный контроль и устремлялись в лабиринт пандусов и эскалаторов. В противоположном направлении двигался поток улетающих. Для каждой социальной касты существовала своя линия. Керс выбрал один из самых коротких маршрутов, который был зарезервирован для меритократов, относившихся к категории «очень важных персон». «Вообще-то можно воспользоваться специальным залом для высшей аристократии, — думал Гэри, глядя на проход, загороженный шелковой шторой, где предупредительные служащие старались угодить желаниям космических вельмож. — Любой бывший премьер-министр Империи имеет такое право. Даже смещенный со своего поста, как я. Но это привлекло бы ко мне ненужное внимание».

Они остановились у киоска с надписью «ЭМИГРАЦИОННАЯ СЛУЖБА» и предъявили удостоверения. Керс предложил воспользоваться фальшивыми документами, которые он мог купить на черном рынке, но это превратило бы их маленькое приключение из проступка в уголовное преступление. Гэри не собирался ставить под удар будущее Проекта Селдона ради удовлетворения собственного любопытства. Если сойдет, хорошо. Не сойдет — он вернется домой, и все закончится ко всеобщему согласию.

Казалось, экран уставился на него испытующе.

— Пункт назначения?

Наступил самый ответственный момент. Все зависело от правильности определения.

— Демархия, — громко сказал Гэри. — Неделю-другую хочу понаблюдать за сессией имперских законодателей. А по окончании вернусь к себе домой, в Стрилингский Университет.

Он не лгал. Вся хитрость заключалась в неопределенности понятия «окончание». Казалось, машина на мгновение задумалась.

«Демархия, — молча думал Гэри. — Один из двадцати ближайших миров, официально являющийся частью Трентора. Испокон веков связанный с ним политическими и традиционными узами, которые укреплялись многими поколениями Императоров и премьер-министров… Но полиция может считать по-другому».

Если Гэри ошибся, компьютер откажется выдать ему билет и тут же сообщит Комитету Общественного Спасения о «попытке к бегству». Тогда останется только одно — вернуться домой и ждать визита агентов Линь Чена, которые явятся для допроса. Хуже того, Стеттин Пальвер и другие психоисторики поднимут шум, начнут грозить пальцем, удвоят бдительность, и больше он ни на секунду не останется без присмотра.

Ну же, взмолился он, желая обладать ментальными возможностями Дэниела Оливо, позволявшими тому копаться в мыслях людей и роботов.

Внезапно экран снова засветился.

«СЧАСТЛИВОГО ПУТЕШЕСТВИЯ. ДА ЗДРАВСТВУЕТ ИМПЕРАТОР».

Гэри кивнул.

— Да здравствует, — послушно ответил он и проглотил комок в горле. Машина выплюнула два билета для следования в специальную кабину, которая соответствовала их общественному положению и месту назначения. Керс взял билеты, и Гэри заглянул в них.

10
{"b":"4734","o":1}