ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Гэри кивнул. Антик описывал то, что на математическом языке называется состоянием притяжения: ситуацией, когда все окружающие объекты тянутся вперед, не в силах сопротивляться неодолимой движущей силе, пока траектории не пересекаются в одной точке. В данном случае на веру принималось то, что все пути эволюции неизбежно ведут к возникновению человека.

Но только он один знал, что это чудовищное заблуждение. Такого состояния притяжения никогда не существовало. Несколько лет назад Гэри использовал методы психоистории для анализа генетических данных, полученных со всей Галактики, и быстро определил, что люди должны были появиться внезапно откуда-то из сектора Сириус, и произошло это примерно двадцать тысяч лет назад. А прочитанная недавно «Детская энциклопедия» подтвердила данный факт.

Конечно, он не собирался кричать об этом на всех углах и опровергать теорию конвергенции. Ничто не могло бы повредить Плану Селдона больше, чем привлечение внимания всей Галактики к крошечному мирку в секторе Сириус и возникновение множества вопросов о событиях двухсотвековой давности!

— Продолжайте, — кивнул Гэри. — Я правильно догадываюсь, что эта схожесть распространяется и на распределение типов почвы?

— Да. Именно так, профессор! Между планетами существует геологическая разница… иногда очень значительная. Но некоторые параметры являются почти универсальными. Я уже упоминал о пахотных землях. Так вот, природная пригодность равнин к земледелию являлась главной чертой для колонистов, когда те начали искать миры, подходящие для заселения. У нас есть такие древние данные, относящиеся примерно к миллиону планет. В каждом случае состояние почвы было похожим — размельченным и проницаемым на глубину до нескольких десятков метров, с изобильной знакомой растительностью на ее поверхности. Иными словами, подобная почва представляет отличные возможности для сельского хозяйства. Конечно, целью моего ведомства является содействие сохранению такого состояния благодаря тщательному уходу и обработке, защищающим земли от эрозии или потерь в результате промышленного загрязнения. Увы, нередко это вызывает трения с крестьянами и местными аристократами, но ведь мы обязаны осуществлять надзор, верно? Я хочу сказать вот что: если все перестанут думать о будущем, с чем мы останемся? Иногда становится так обидно…

— Хорис! — прервал его Гэри. — Вы отклоняетесь от темы. Ближе к делу.

Антик моргнул, а затем усиленно закивал.

— Вы правы. Извините. — Он тяжело вздохнул. — Как бы там ни было, теоретики давно предполагали, что наличие пахотных земель — еще один универсальный феномен наряду с наличием кислородно-азотной атмосферы. Но только…

Антик сделал паузу. Хотя в начале беседы он дважды проверил наличие защитных экранов, это не помешало коротышке вытянуть шею и еще раз оглядеться по сторонам.

— Но только… сотрудники моего ведомства всегда знали другое, — вполголоса продолжил он.

Хорис полез в карман и вынул оттуда плоский камень.

— Внимательно посмотрите на эти отпечатки, профессор. Видите симметричные узоры?

Гэри помедлил. Меритократы испокон веков не любили прикасаться к камням и пыли. Именно это заставляло их носить традиционные перчатки. Никто не знал происхождения данного обычая, но он был древним и соблюдался свято.

«Только не мной. Я всегда любил пачкать руки и наслаждался реакцией моего академического начальства». Гэри взял камень и полюбовался рядами извилистых желобков, на которые указал Антик.

— Это называется «окаменелость». Ископаемые остатки. Видите странные отпечатки, похожие на глазницы? Замечаете пентагональную симметрию? Пять ног! Это не имеет ничего общего с сорока стандартными типами! Я подобрал камень на Глориенне, но это не имеет значения. Окаменелости можно найти примерно на десяти процентах обитаемых планет! Стоит только подняться в горы или отойти подальше от обрабатываемых земель! Жители гор знают о них все, но на разговоры об окаменелостях наложено табу. Поэтому они предпочитают помалкивать и не обращаться к местным грамотеям, которые начинают сердиться и тут же меняют тему.

Гэри заморгал. Он был не в силах оторваться от узора на камне. В мозгу копошились вопросы. Сколько лет может быть этому камню? О чем говорит узор? Ему хотелось услышать рассказ Антика о том, что известно крестьянам бесчисленного множества планет, но ускользнуло от внимания меритократов.

Однако все это было слишком далеко от проблемы, которая сидела в его мозгу как заноза.

— Хорис, в вашей статье говорится об аномалиях пахотных земель. Пожалуйста, расскажите мне об исключениях. О том, что показалось вам подозрительным.

Бюрократ снова закивал.

— Да-да! Видите ли, профессор, пригодность к пахоте — вовсе не такой универсальный феномен, как может показаться на первый взгляд! За свою долгую службу на посту инспектора я посетил столько миров, что давно сбился со счета. Среди них были и такие, которые не подчинялись правилам. Планеты, равнины и долины которых состояли из земель грубой консистенции, более разнообразных, без намека на влаго-и теплопроницаемость, характерные для почв этого типа. От любопытства и желания чем-то заполнить время я начал перечислять другие необычные черты этих планет: например, наличие большого количества генетически необычных животных. В некоторых случаях были признаки того, что в данном регионе вспыхнула сверхновая звезда, в том числе и за последние тридцать тысяч лет. Земная кора одной планеты была фантастически радиоактивной, на нескольких других попадалось множество курганов из оплавленного металла, разбросанных по всей поверхности. Я начал составлять карту этих аномальных миров и обнаружил, что они группируются в длинные извилистые полосы…

— И эти полосы тоже связаны с космическими течениями, о которых вы говорили? Как вы это обнаружили?

Антик улыбнулся.

— По счастливой случайности. Я проводил поиск в файлах галактографических данных и познакомился с одним чокнутым… таким же бюрократом, как я, у которого было тайное хобби. Мы сравнили наши «пунктики»… и если мое увлечение кажется вам странным, то вам надо послушать его. Он без умолку твердит о приливах и отливах этих разреженных космических атомных облаков! Он убежден, что видит в них систему, которая ускользнула от внимания Имперской навигационной службы. Что вполне возможно, поскольку эту службу заботит только одно — безопасность торговых маршрутов. Рутина, рутина заеда…

— Хорис!

— Что? Ах, да. Так вот, мы с моим новым другом сравнили наши заметки. Кроме того, я набрался нахальства и использовал математический аппарат, который описан в популярных книжках, посвященных вашим работам, профессор. Результатом стала галактическая карта, которая вчера вызвала ваш интерес. — Антик шумно выдохнул. — Вот и все!

Гэри нахмурился.

— Статья подписана только вашим именем.

— Ну да… но мой друг очень стеснительный. Он считает, что у нас пока недостаточно доказательств для публикации. И что чисто умозрительная статья без твердых, неопровержимых доводов может повредить нашей карьере.

— В то время как вы считаете подобный риск оправданным. Антик улыбнулся и полез в карман за новой таблеткой.

— Мой доклад вызвал у вас интерес, профессор Селдон. Вы сидите со мной за одним столом. Догадываюсь, что вы бы не стали тратить свое драгоценное время на что-то совершенно тривиальное.

Тон Антика стал самодовольным, как будто «Серый» ждал, что его плечи вот-вот окутает голубая мантия меритократа. Но Гэри было не до обмена любезностями. Он был раздосадован.

«Я не стал бы тратить время на тривиальности? Вы уверены в этом, мой юный друг? Может быть, я явился сюда от скуки… или из-за старческого маразма. Сейчас я найду бросающийся в глаза изъян, и ваша любительская гипотеза рухнет, как карточный домик во время землетрясения на Тренторе».

Однако найти изъян не удавалось. Аналитическая работа Антика была простенькой, но безукоризненно честной. Проверка по справочникам и сборникам статистических данных не обнаружила ни одной фактической ошибки.

9
{"b":"4734","o":1}