ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

«Кто бы мог подумать? – мелькнуло в голове Гайлет. – Кто бы мог подумать, что она на это способна?»

Они продолжали смотреть. Помочь они все равно ничем не могли.

Глава 107

ГАЛАКТЫ

– Это дело требует осторожности, внимательности, праведности! – провозгласил сюзерен Праведности. – Если придется, мы встретимся один на один.

– Но это дорого! – завывал сюзерен Стоимости и Бережливости. – Возможны потери!

Верховный священник наклонился со своего насеста и мягко проворковал подчиненному:

– Консенсус, консенсус… Раздели со мной видение гармонии и мудрости. Наш клан потерял здесь многое и может потерять еще больше. Но мы не отказались от того, что поддержит нас даже ночью, даже во тьме, – от нашего благородства. Мы не утратили своей чести.

Они начали раскачиваться, и полилась мелодия.

«Зууун…»

Если бы с ними был их сильный третий! Слияние кажется таким близким.

Они уже послали срочное приглашение сюзерену Луча и Когтя, призыв присоединиться, вернуться, стать наконец единым с ними.

«Как? – думал сюзерен Праведности. – Как он может сопротивляться, зная, понимая, заключая, что его судьба – стать самцом? Неужели можно быть таким упрямым?»

«Мы втроем были бы так счастливы!»

Но посыльный вернулся с известием, разрушившим все надежды и чаяния.

Военный крейсер с сопровождением поднялся и направляется в глубь континента. Сюзерен Луча и Когтя решил действовать. Никакой консенсус его не прельщает.

Верховный жрец горевал.

«Мы были бы так счастливы».

Глава 108

АТАКЛЕНА

– Что ж, можно считать, ответ получен, – покорно сказала Лидия.

Атаклена сосредоточенно правила лошадью, ибо делала это впервые.

Впрочем, в основном она просто позволяла ей идти следом за другими. К счастью, лошадь попалась спокойная и хорошо реагировала на пение Атаклены.

Тимбрими на мгновение отвлеклась и посмотрела в направлении, указанном Лидией Маккью, где облака и дымка частично скрывали западную часть горизонта. Взгляды шимпов тоже устремились в ту сторону. Потом Атаклена увидела сверкание корпуса летящего корабля. И кеннировала приближающихся. Смятение… решимость, фанатизм… сожаление… отвращение… невероятная смесь чуждых чувств обрушилась на нее. Но было ясно одно.

Подавляющее преимущество губру в силе.

Отдаленная точка начала приобретать очертания.

– Я думаю, ты права, Лидия, – сказала Атаклена подруге. – Похоже, мы получили ответ.

Женщина – морской пехотинец сглотнула.

– Приказать рассеяться? Может, кому-то удастся уйти. – В голосе ее звучала растерянность.

Атаклена покачала головой. Создала глиф печали.

– Нет. Мы заплатим за все сполна. Собери все отряды и кавалерию на холме.

– Зачем облегчать им задачу?

Глиф над головой Атаклены отказывался превращаться в знак отчаяния.

– Есть причина, – ответила она. – Лучшая причина в мире.

Глава 109

ГАЛАКТЫ

Насест-полковник Когтя смотрел на экран, показывающий разношерстную армию повстанцев, и слушал радостные крики своего командующего.

– Они сгорят, превратятся в дым, распадутся углями под нашим огнем!

Насест-полковник чувствовал себя несчастным. Это неподобающая речь, несдержанная, лишенная должных соображений о последствиях. В глубине души насест-полковник понимал, что даже самые гениальные военные планы обречены на провал, если не принимать во внимание цену, бережливость и праведность.

Равновесие – суть консенсуса, основа способности выжить.

Земляне бросили вызов в соответствии со всеми правилами чести! Его можно игнорировать, или даже ответить силой. Но то, что планирует командующий, неприятно, он прибегает к крайностям.

Насест-полковник отметил, что уже думает о сюзерене Луча и Когтя как о «нем». Сюзерен Луча и Когтя – великолепный предводитель, он умеет вызывать воодушевление. Но теперь, став принцем, он разучился смотреть правде в глаза.

Сама мысль о командующем вызвала у насест-полковника физическую боль.

Он испытывал глубокое внутреннее противоречие.

Двери главного лифта открылись, и на командный помост вышли три белоперых посланца: священник, чиновник и один из дезертировавших офицеров. Они направились к адмиралу и передали ему ящичек резного дерева.

Вздрогнув, сюзерен Луча и Когтя приказал открыть его.

Внутри находилось одно роскошное перо, ярко-красное по всей длине, кроме самого верха.

– Ложь! Обман! Явный подлог! – закричал адмирал и выбил ящичек с его содержимым из рук ошеломленного посыльного.

Насест-полковник смотрел на перо, которое медленно опускалось на пол.

Оставить лежать его там – святотатство, но насест-полковник не смел подойти и поднять.

Как может командующий игнорировать это? Как может он отказаться признавать богатую расцветку, которой окрасились и его собственные перья у основания?

– Можно изменить ход Слияния! – кричал сюзерен Луча и Когтя. – Это произойдет, если мы одержим победу!

Но то, что он предлагает, не победа, а бойня.

– Земляне собрались, соединились, столпились на вершине одного холма, – доложил адъютант. – Они представляют, демонстрируют, предлагают нам единую цель!

Насест-полковник вздохнул. Не нужно быть священником, чтобы понять, что это значит. Земляне, понимая, что честной схватки не будет, сошлись вместе, чтобы умереть. И так как они идут на верную гибель, на это есть только одна-единственная причина.

«Они хотят защитить уязвимую экосистему этой планеты. Ведь у них лицензия на спасение Гарта». Их беспомощность предрекала насест-полковнику горечь поражения. Они предлагают губру выбор между силой и честью.

Алое перо зачаровало насест-полковника, в его крови начались изменения.

– Я прикажу своим солдатам Когтя высадиться и встретиться с землянами, – с надеждой предложил он. – Мы высадимся, подойдем и нападем в равном количестве, легковооруженные и без роботов. – Нет! Ты не можешь, не должен, не будешь! Я уже расписал действия наших сил. Нам они понадобятся, потребуются, нужны будут все, когда мы встретимся с теннанинцами! Больше никаких напрасных потерь!

– Слушайте все. В этот момент, в это мгновение земляне испытают, почувствуют, ощутят мою праведную месть! – воскликнул сюзерен Луча и Когтя. – Приказываю снять замки с оружия массового уничтожения! Мы сожжем эту долину, за ней следующую, затем еще, пока вся жизнь в горах…

Этот приказ не был выполнен. Насест-полковник моргнул и бросил свой сабельный пистолет на палубу. Стук пистолета сопровождался глухим ударом: тело командующего тоже упало.

Насест-полковник дрожал, демонстрируя явные признаки царственности.

Кровь адмирала окрасила синий царский плюмаж и, струясь по палубе, достигла, наконец, лежащего алого пера царицы.

Насест-полковник сказал своим ошеломленным подчиненным:

– Сообщите, доложите, передайте сюзерену Праведности, что я помещаю себя под арест, ожидаю суда, решения, определения свой судьбы. Сообщите их величествам, что это следует сделать.

Какое-то время по инерции корабль продолжал приближаться к землянам.

Все молчали. На командном мостике никто не шевелился.

Сообщение уже не было новостью. Все губру погрузились в траур.

Прежний сюзерен Праведности и прежний сюзерен Стоимости и Бережливости вместе исполнили печальную панихиду.

Какие надежды, какие ожидания испытывали они, вылетая сюда, к этой планете, к этой песчинке в пустом пространстве. Повелители Насестов так тщательно подобрали нужную печь, правильный тигель и необходимые ингредиенты – трое лучших, три самых образцовых продукта генной инженерии, трое самых подготовленных.

"Мы должны были принести домой консенсус, – думала новая царица. – И консенсус наступил.

Но все пошло прахом: мы ошибались, считая, что настала великая эпоха".

142
{"b":"4735","o":1}